Война, торговля и пиратство… (СИ) - Гринчевский Игорь Леонидович - Страница 18

Речь мою, как и самовольство с подарком, тем не менее, все приняли одобрительно. Я поцеловал девушку в лоб и передал её руку главному Серебряному. Дескать, возвращаю.

Почему-то при этом взгрустнулось, будто предстоит долгое расставание, хотя я знал, что это не так, и через несколько дней состоится наше с ней обручение. Но чувства нам не всегда подвластны. Оставалось надеяться, что это не предчувствие, а обычная мнительность.

После этого был пир, формально — небольшой и скромный, но… Сами подумайте, может ли быть действительно скромным торжество по случаю обретения дочери главой одного из самых богатых родов Царства и его окрестностей? Правильно, не может! Опять тосты, возлияния и угощения. А завершилось всё уже в привычном стиле: «А вас, Штирлиц, я попрошу остаться!»

Арам, отговорившись возрастом и состоянием здоровья, покинул пир ещё в самом начале, поэтому для беседы накоротке Серебряные задержали Исаака и меня.

— Руса, мальчик мой, ты уже почти муж обретённой мной сегодня дочки, вот и зови по родственному — дядя Аждаак[2]! Понятно? Что, и тебя на улыбку пробило? Да, сейчас я уже не так красив, как в молодости, что поделать — возраст сказывается. Но еще лет десять назад ты бы не смеялся, а завидовал. Вот, Исаак может подтвердить! Или Вигена спроси…

— Привет, Строитель! — поздоровался с Вигеном Исаак. Ага, понятно, это — тот самый Строитель. Именно с ним и Исааком Храм Предков обсуждал идею сватовства меня и Агавник[3]. Как охарактеризовал его дед — «самый производственный из Арцатов».

— Потом наговоритесь! Я не сильно младше Арама, так что тоже хочу поскорее отправиться отдыхать. Потому и скажу коротко и прямо — у нас с вами неожиданная проблема.

— Давай покороче! — согласился Исаак.

— После победы под Гавгамелами[4] царь царей Александр легко занял Вавилон и Сузы. И взял там много серебра и приличное количество золота. Но Дарий и его сатрапы пробежали там раньше. Руса, мальчик, как ты думаешь, они прихватили что-то из казны?

— Обязательно! — весело ответил я. — Царь прихватил наиболее знаменитые и освященные богами вещи. А кроме этого — самое лёгкое и дорогое. Драгоценные камни, ювелирные изделия и золота, сколько мог увезти. Сатрапам, скорее всего, досталось сколько-то золота.

— Верно. Полгода потом войско Александра гонялось за Дарием, но его сатрап Бактрии Бесс арестовал последнего из династии Ахеменидов и убил его.

— Ты же хотел покороче! — проворчал дядя Изя. — А рассказываешь всем известные вещи.

— Хорошо, скажу покороче. После смерти Дария Александр изменился. Он теперь ведёт себя не как завоеватель державы персов, а как её царь. Простил многих бывших сатрапов и допустил и в своё окружение. Ты можешь сказать, что это тоже многим известно, и я не стану спорить. Но вот чего почти никто не знает: персы начали доносить друг на друга. Дескать «такой-то унёс столько-то золота и камней…»

— Итог вполне предсказуем! — тут же сообразил «главный финансист Еркатов». — Доносы стали системными. Некоторых после этого под пытками заставили вернуть украденное из казны, которую Македонский считает своей.

— А остальные начали возвращать кое-что добровольно, стараясь этого избежать, — согласился Арцат. — Вот только крали они, в основном, золото, а было его в казне много. Очень много! И даже некоторая часть от этого «много» — весьма значимая сумма. Часть из которой нам с вами надо срочно освоить!

Опаньки! Ну, вот я и дожил! Мне — в прошлом простому учителю, предлагают поучаствовать в «освоении» крупной суммы из бюджета.

— Тоже мне, сложности! — отреагировал Виген. — Строительство способно «скушать» любые суммы. Увеличьте количество и прочность мостов, размер складов в портах и на развилках торговых путей, добавьте кораблей… И всё!

— Это-то понятно… — досадливо поморщился Глава Рода. — Но Александр унаследовал не только казну и придворных, но и чиновников. Чтобы увеличить пропускную способность дорог и портов, нужно увеличить и объём перевозимых грузов. Сильно увеличить!

Кажется, впервые на моей памяти Исаак не понял, что ему сказали.

— Вы имеете в виду, что вместо кучи товаров подороже Еркаты теперь должны быстро начать делать очень много, пусть и не таких дорогих?

— Именно, мальчик мой! Только не «вместо», а — в дополнение! Больше скажу, количество дорогих товаров тоже желательно нарастить!

— Зачем? — тут уже не понял я.

А Исаак рассмеялся.

— Очень просто, Руса! Из этой внезапно обнаружившейся кучи дополнительного золота и серебра мы будем давать кредиты. Чтобы их снова и снова тратили на наши дорогие товары. В итоге они окажутся у нас, но заметь — совершенно законно!

— И что мы с этого будем иметь, я вас спрашиваю? Нет, я рад за Арцатов и за наших родственников из Эребуни, но что с этого поимеем мы, живущие на Хураздане?

Опаньки! Гайк впервые на моей памяти показал, что уже считает «своими» не только Речных или Долинных, а всех, живущих на Хураздане. Интересно, только Еркатов или уже весь Союз племён?

— Уймись, брат! — резко ответил дед. — Вопрос ты задаёшь правильный, вот только не тому человеку. Русе просто не по возрасту его решать. Так что сам об этом с Исааком и поговоришь. И с Арамом.

— И с Арцатами! — согласился Гайк. — Так я ж мигом!

— Не торопись. Сначала давай Русу выслушаем. Внучек, скажи, что мы можем сделать в этом направлении?

Не скажу, что вопрос застал меня врасплох, но подумать было нужно. Впрочем, рассуждать же можно и вслух!

— Этот мирабилит — просто подарок богов. Я уже отправил туда Дикого, он научит колхов отделять от него воду. За один рейс Рыжий привезет пятьсот талантов груза, два рейса в месяц. Это получается…

Получалось много. Пятнадцать тонн серной кислоты и чуть больше восемнадцати — соды. Ежемесячно. И большую часть кислоты я мог использовать повторно.

— Мы теперь можем сласти и спирт не из зерна, а из камыша получать.

— Так и сейчас получаем же? — удивился Гайк.

— Сейчас — низкого качества. А с этого года сможем самый лучший сироп получать. А плохой — весь на спирт пускать. Так что спирта и сахара мы сможем делать сколько угодно, лишь бы камыша и торфа хватило.

— Этого добра у нас валом! — довольно осклабился Гайк.

Это точно. Мало того, что с Севана везут, так наш род еще и вдоль Хураздана захапал себе три участка. Пусть они, даже вместе взятые, озеру Севан уступали, но зато они были свои! Да еще и в той долине, где меня ранили, камыша оказалось весьма прилично. Говорю же, Маугли теперь сильно «приподнялся».

— Получается, что по кагору нас ограничивает только количество бочек и виноматериала. Если завести еще пару мест, куда мы будем поставлять доски для бочек, обручи, заклёпки, спирт и сироп… Короче, всё необходимое. Так вот, тогда только кагор можно тысячами бочек делать и продавать. То же и с краской. Сделать я её могу сколько угодно. И шерсти можно закупать намного больше. А вот кто будет нам её чесать, прясть, а потом — ткать? Где взять столько мастериц и станков?

Тут мне оставалось только хлестать себя ушами по щекам. В разных книжках и на форумах я слышал про прялки Дженни[5]. Только вот что это такое — понятия не имел! Для обучения ребят химии это было совершенно не нужно. То же и про ткацкие станки повышенной производительности. Честно признаться, я и про обычные для этого времени технологии так и не узнал. Некогда было!

— Вообще не вопрос! — отмёл мои затруднения Гайк. — Баб по деревням да сёлам много, зимой им делать нечего, вот пусть и прядут. И ткут тоже. Мы станем покупать готовую ткань и красить. Как ты предложил — в разных частях страны. У нас, в обоих портах, на южной границе и возле старой и новой столиц.

— Бедная моя задница! — закряхтел я по-стариковски. — Бедные мои жёны! Вы хоть понимаете, старые, что ближайшие годы я с такими делами буду в дороге проводить. Чтобы присмотреть, научить, исправить…