Напарник обмену и возврату не подлежит (СИ) - Тулинова Лена - Страница 21

– Ну так пусть сразу едет в Ремо, – нетерпеливо сказала Эрманика, – чего время зря терять?

– Я так ей и передам, – чуть приободрившись, промямлил Гатто. – Хотя знаете… Кама ди Маджио произвела на меня такое впечатление…

– Ди Маджио? – Ферра остановилась посреди коридора.

Мир определённо сдвинулся с места. Не настолько, чтобы что-то всерьёз поменялось. Но шеф, который вчера говорил, что ни за что не выпустит Орнеллу, сегодня отпускал её под залог, Леона отказалась от сеанса психотерапии, на улице стояла жара, хотя вчера по радио обещали холод и дождь… так почему бы женщине с фамилией, как у Альтео, не явиться из другого города по какому-то старому делу?! Да ещё именно тогда, когда Эрманика задумала поискать что-то о гибели или исчезновении маленького ребёнка с таким именем?

– Я уже ничему не удивляюсь, – произнесла Ферра, – даже если ты внезапно превратишься в кота – честное слово, я бровью не поведу.

– Зачем? – а вот Чезаре удивился.

– Что – зачем? – она поспешила к своему кабинету, и стажёр за нею.

– Зачем мне превращаться в кота?

– Так ты не оборотень, стажёр Котёнок? Я так и представляю, как ты становишься чёрным, усатым, с карими глазами… котом.

– Детектив, – кажется, юный Чезаре изволили обидеться.

– Впрочем, ладно. Коты – это ведь хорошо, – фыркнула Ферра. – По крайней мере, их приятно гладить.

Тут они пришли. И пожилая женщина, сидевшая возле стола Ферры на шатком стульчике, вскочила навстречу.

– Добрый день! Мне сказали, что я могу положиться на вас в моём вопросе, – выпалила она.

Эрманика обвела взглядом кабинет – кто ж такое сказал? Ну конечно, Луиджи, он стоял у окна, сложив руки на груди. Танита бы не стала. Тем более, её тут не было. Или всё-таки Чезаре?

– Садитесь, рассказывайте, – Ферра села, привычно поставив стул поудобнее и закрыв ящик стола, который почему-то был немного выдвинут.

– Меня зовут Дженна ди Маджио. Я хочу оставить заявление. У меня пропал сын, – начала женщина. – Пропал вместе с семьёй: жена и ребёнок.

Ферра была готова к этому. Даже обрадовалась, подалась вперёд:

– Как давно это произошло?

– Три дня назад! Я ходила, много ходила, во все участки Понто-Виэста, но вы же знаете этот городок? Без взятки там никто и пальцем не пошевелит. Вся надежда на вас, вы всё-таки центр провинции, вам…

– Три дня? – Эрманика, вопреки своему утверждению, удивилась. Она ожидала куда большего промежутка времени.

Это должно было произойти давно! Пятнадцать, двадцать, тридцать лет назад?

– Сколько лет было ребёнку?

– Девять, – ответила Дженна. – Ему было девять, и он был немного странный мальчик, очень замкнутый, почти ни с кем не общался – мы все считали его умственно отсталым, но ведь это не повод, не повод, правда же?

– Не повод для чего? – отметив про себя, что возраст ребёнка женщина указала несколько бОльший, спросила Ферра.

– Я боюсь, что моего сына убили из-за того, что видел Альтео.

– Альтео – так звали вашего внука?

– Его зовут Альтео, – подчеркнула женщина, встряхнув седыми кудрями, едва сдерживаемыми чёрной кружевной косынкой, завязанной бантом на затылке. – А сына – Марсио…

– А его супругу?

– Джулия, её зовут Джулия! Она ровесница моей дочери, – на глаза Дженны вдруг навернулись слёзы. – Альби утонула в детстве, и я всегда думала, что небо послало мне Джулию взамен… Такая молоденькая, такая славная девочка! Подумать только, она вышла замуж за Марсио, будучи всего на восемь лет старше моей милой Альби…

Лицо пожилой женщины заставило Эрманику задуматься. На вид этой Дженне было не меньше семидесяти. А то и больше! Сколько же тогда лет было этому Марсио? Что-то не сходится.

– Обычно на побережье рано женятся и обзаводятся семьёй, – осторожно сказала Ферра, чтобы подтвердить мелькнувшую догадку, – но ваш сын, похоже, не из таких? Который ему сейчас год?

– Что вы, моему Марсио всего тридцать! – сказала Дженна.

Так, тут была какая-то путаница с годами, возрастами и вообще со всей этой историей…

– Кама ди Маджио, – мягко спросила Ферра, – а какой сейчас год?

– Да какой-какой? Пятьдесят второй! – всплеснув руками, сказала пожилая женщина. – Разве вы не знаете?

– Простите, кама ди Маджио, я должна на минутку выйти, – чувствуя, что у неё начинают болеть голова и одновременно все пальцы рук, сказала Ферра.

И не просто вышла, а вытолкала заодно и Луиджи.

– Слушай, свяжись-ка с полицией города Понто-Виэста, срочно, – сказала она. – Позвони или телеграфируй, но только пусть дадут точный ответ как можно скорее.

– Какой ответ?

– Когда пропала семья Дженны ди Маджио, – нетерпеливо произнесла Ферра. – Ты же слышал, она думает, что сейчас пятьдесят второй год. Выходит, тридцать лет сейчас могло бы быть уже не сыну, а её внуку! Марсио ди Маджио с женой и сыном пропал двадцать один год назад, Луиджи. Поэтому позвони, друг мой детектив. Уточни, пожалуйста, дату и обстоятельства дела. Бедняжка просто не осознаёт, что ходит в полицию не три дня, а двадцать лет…

– И что нам с нею делать? Если в родном городе её не отправили в лечебницу, то, быть может, это сможем сделать мы? – нахмурился Луиджи.

– Потом подумаем, – Эрманика развернула Луиджи по направлению к одной из дверей. – А пока просто пойди и позвони из соседнего отдела, чтобы зря не тревожить пожилого человека. Я очень жду.

Она вернулась в комнату и увидела Чезаре, который поил каму ди Маджио чаем.

– Расскажите о вашей пропавшей семье, Дженна, – попросила Ферра. – Что было в тот день, когда они пропали? Быть может, они странно вели себя? Может, у них были какие-то враги? Кем ваш сын работал?

– Марсио был служащим таможни, – ответила пожилая дама. – Но особых врагов у него не могло быть! Грузы досматривал не он, Марсио служил кладовщиком.

– Какие-то вещи мог забрать из конфиската? – спросил Чезаре.

– Что вы, молодой человек, это ведь грозило тюремным сроком, – с упрёком сказала Дженна, но Ферра лишь слегка усмехнулась.

Кто не тащил конфискат с таможни при первой же возможности?

– Нет, ничего ценного он в дом не приносил, – сказала кама ди Маджио, заметив эту усмешку. – Жалованья ему хватало на себя и на семью. Впрочем, Джули тоже не сидела без дела, она давала уроки музыки на дому.

Ферра прикрыла глаза, пытаясь представить эту картину: уютный маленький дом на побережье Срединного моря, сына, идущего с работы, сынишку, бегущего ему навстречу. Из дома льётся фортепианная музыка… А на пороге стоит кама Дженна ди Маджио, ещё не старая женщина с усталым добрым лицом. И смотрит на внука с любовью, а вокруг тихий тёплый вечер, пахнущий чем-то вкусным, домашним.

«Что на ужин?» – спрашивает Марсио.

«Спагетти с острым соусом», – говорит Дженна.

Музыка прерывается, из окна выглядывает миловидное лицо, окружённое кудрявыми каштановыми волосами. Блестящие тёмные глаза озарены светом любви.

– Кама Ферра, – тихо окликнул Гатто.

– Что, стажёр?

– Кама ди Маджио спрашивает, можно ли ей уйти.

– Напишите заявление, – вырвалось у Ферры. – Напишите подробно, какого числа, при каких обстоятельствах вы обнаружили, что домочадцы исчезли. И оставьте мне свой телефон и адрес.

– Я пока буду в гостинице, – просительно сказала Дженна. – Я хочу знать, как скоро…

– Боюсь, что скоро не получится, – ответила Эрманика. – Но как хотите. Какая гостиница?

– «Лучана», – сказала пожилая дама.

Видимо, на что-то лучшее у неё не хватило денег. Ферра слегка качнула головой.

– Хорошо. Но адрес в Понто-Виэста на всякий случай оставьте тоже.

Луиджи вошёл как раз в тот момент, когда Дженна ди Маджио закончила писать заявление. Едва заметно кивнул, и сердце Эрманики дрогнуло. У бедняжки матери время остановилось давным-давно, двадцать лет назад, и всё это время она жила теми двумя-тремя днями, которые прошли между исчезновением её семьи и отказом полиции их искать.

А может, полиция и не отказала?