Газлайтер. Том 34 (СИ) - Володин Григорий Григорьевич - Страница 12

Совсем по-другому себя вел княжич Паскевич, с которым Маша общалась до Дани. Тот бы не обратил внимания на «жалких простолюдинов». И самое неприятное, что раньше, будучи под его влиянием, Маша сама бы поступила так же. Стыдно признать, но так и было бы. Однако телепат перевернул её представления.

Маша шагнула ближе и твердо бросила:

— Сударь, прекратите угрозы. Разбирайтесь, как положено по царским законам.

Мужик стал оборачиваться на голос княжны:

— А ты ещё кто такая?

В этот миг под его ногами образовалась наледь. Подошвы кроссовок предательски заскользили, и мужик, навернувшись, с глухим треском угодил челюстью прямо на колено, которое Маша выставила вперёд.

Она посмотрела на вырубившегося сверху вниз:

— Я — княжна Морозова. Попрошу не тыкать.

Шофёр, выпрыгнув из лимузина, уже подбегал, и Маша махнув ему рукой, — мол, забей –села в салона. Машина тронулась, а она снова ушла в свои мысли. Княжна понимала, что Данилу Степановича постоянно отвлекали от свадьбы его враги. И не то чтобы она завидовала Насте Лопухиной, но неприятный осадок оставался. Ведь именно ей, Маше, Данила сделал предложение первой. А теперь получалось, что весь свет увидит: подруги выходят замуж раньше неё. Это могло бросить тень не только на её имя, но и на репутацию самого Данилы.

К тому же, очевидно же, что казах Гриша поднялся и стал достойным женихом для княжны только благодаря дружбе с Данилой. Возвышение молодого батыра — заслуга связей, которые дала дружба с телепатом.

Конечно, неудивительно что Данила был очень занят. Он уже не просто дворянин, он король-конунг, правитель иномирного государства. Сложно даже представить, где закончится вершина его карьеры. Просто Маша устала быть вечной невестой, ждать у моря погоды. Скоро общество начнёт шептаться, что король Данила не спешит на ней жениться.

Она уже хотела было связаться по мыслеречи с Лакомкой, как главной женой, чтобы спросить совета, но тут первой вышла на связь Камила:

— Слушай, Машенька, ты бы не могла приехать в Шпиль Теней?

— В королевство Дани? Зачем? — удивилась Маша.

— Я продумываю оформление интерьера. Хочу подготовить замок Шпиль Теней специально к вашей с Данилой свадьбе.

— К нашей свадьбе? Шпиль Теней? — переспросила Маша, не веря ушам.

— Ну конечно! Даня закончил миссию в Херувимии. Скоро он съездит на японский праздник Сэцубун, а потом с радостью закроет ваш общий гештальт. Нам нужно подготовить богатое убранство к церемонии. Я посоветовалась с Лакомкой и решила: не стоит королю отмечать свадьбу где-то ещё, только в своем королевстве. Пусть альвы видят, что их монарх уважает подданных.

Маша ощутила, как сердце забилось быстрее. Если её свадьба с Даней состоится в королевском замке, то вся задержка будет оправдана — ведь ещё ни один аристократ в Русском Царстве не венчался на Той Стороне. Она станет первой! Машу в свадебном платье покажут в новостях по всему миру, её лицо напечатают на первых полосах газет, и весь свет будет обсуждать именно её.

Княжна выдохнула, глаза её загорелись:

— Камила, я приеду! Уже еду!

Астральный Прорыв, Херувимия

Габриэлла находилась в Астральном Прорыве неподалёку от стен Сторожевого города. Её гвардейцы с явной опаской вытаскивали из ящика-холодильника небольшой контейнер. В этот момент к ним подлетел капеллан Рома из Кровавых Рвачей.

— Леди, приветствую, — капеллан спустился, складывая крылья. — Прошу простить, что тревожу вас здесь, но у меня поручение от разведки гвардии короля Данилы. Мне нужно уточнить: не знаете ли вы о других укрытиях Лорда Тени, кроме главной Цитадели?

Габриэлла нахмурилась, не обращая внимания на черные щупальцы Спрута, обвившиеся вокруг ее талии:

— Я была только в Цитадели Тени, — ответила она растерянно.

— К сожалению, не могу помочь королю Даниле в этом вопросе. Но разве одной Цитадели недостаточно? Это главная резиденция теневика.

Рома покачал головой.

— Боюсь, больше нет, леди. Король Данила её взял.

— Данила взял Цитадель Тени? — Габриэлла округлила глаза.

Вот так новость. Она сама на себе испытала остроту ума менталиста и знала, что с ним шутки плохи, но чтобы он сумел захватить крепость, которая столетиями считалась неприступной… Это поражало. Настоящий прорыв. Она глубоко вздохнула, перевела взгляд на контейнер, и в её глазах мелькнула твёрдая решимость. «Что ж, и я не должна подводить короля Данилу. И Херувимию тоже. Он делает так много для общего блага… не побоялся уничтожить гнилого теневика, которого все остальные терпели годами».

Рома, заметив её тревожный взгляд и задержку у контейнера, насторожился:

— Простите, могу я узнать, что в контейнере, леди?

Габриэлла, собираясь с духом, отрывисто бросила:

— Там мясная похлёбка.

Капеллан тут же отшатнулся.

— Суп? Там суп? Леди, это же чистое безумие! — выдохнул бесстрашный Рвач, дёрнув крыльями.

— Может быть, — спокойно ответила Габриэлла. — Но это нужно ради построения исследовательского центра короля Данилы.

Из её собственной тени в тот момент высунулось щупальце, коснулось крыльев и мягко скользнуло по ним, словно проверяя её решимость. Блондинка и бровью не повела и велела гвардейцам:

— Открывайте контейнер.

Гвардейцы переглянулись, но послушались. Взялись за специальные держатели на ручках, осторожно отомкнули замки и приподняли крышку. Один из них заглянул внутрь, замер, потом облегчённо выдохнул, перекрестившись по-херувимски:

— Фуххх… не ожило! Лапы и пасть тоже не отрасли!

Габриэлла сама склонилась, посмотрела внутрь и удовлетворённо улыбнулась:

— Киксовая добавка королевы Лакомки сработала. Мы сможем возить припасы в Прорыв. Это всего лишь суп.

Она взяла ложку, зачерпнула бульон и попробовала.

— Пускай и остывший, — произнесла блондинка, облизнув губы.

— Филинов! Ты должен был сдохнуть, чёртов гайдзин! — орёт Генерал вулканов и швыряет в меня потоки лавы. Целые реки жидкого огня растекаются по воздуху.

Я ухожу в портал, выскакиваю с другой точки и снова бросаю пси-дротики. В этот раз делаю конструкты меньше и слабее — мне нужен живой легионер, а не труп с пережжённой нервной системой. Его доспех уже ослаб, а значит, перегружать снарядами нельзя.

— Откуда такая ненависть, дайме? — удивляюсь я, продолжая бомбардировать пси-дротиками. — Мы ведь никогда даже не виделись!

Генерал накрывается магматическим коконом, ревёт, захлёбываясь собственной яростью. Сил у него и без того немного, а он ещё надрывается ором.

— Иностранец не может быть дайме и ровней мне! Я чистокровный самурай! Я!..

— Очередной расист, — хмыкаю я и накрываюсь Облаком Тьмы, чтобы магматик мазал чаще и сильнее. Пусть палит, пусть изматывает себя, пока доспех окончательно не сорвётся.

Тем временем положение накаляется. Вражеская гвардия прибывает целыми отрядами. Насте и Светке уже тяжело держать натиск: одна в облике волчицы кроет толпу звуковыми ударами, вторая швыряет Огненные вихри, поражая по тройке за раз. Но вижу — нагрузка растёт, и благоверных могут банально задавить числом, завалить телами. До этого времени я уж подоспею.

— Ты в меньшинстве, гайдзин! — из-за кокона глухо орет Генерал. — Это мой остров!

Я бросаю мыслеречью, давя как прессом:

— Недолго он будет твой. Скоро сюда заглянут имперские инспекторы и увидят, что ты устроил. Афганский десант на японской земле, да ещё и твои рабы всплывут наружу. Конец тебе, «самурай». Император как пить дать отожмет остров.

Испуганный вопль:

— Нет!

Я усмехаюсь и добиваю:

— Знаешь, я бы всё равно пришёл за тобой. Но приятно видеть, как такие выродки сами себя закапывают.

Генерал окончательно захлопнулся в свой магматический кокон и уже даже не бомбит лавой. Выдохся, сдулся. Стоит, как смоляной жук, и только трещит оболочка. У меня выбор непростой: вложить больше силы в пси-дротик и прожечь доспех до конца. Но тогда он откинет копыта сразу. Поэтому придерживаю основные конструкции и пока работаю по-другому: маленькие пси-ножики улетают в сторону афганцев-физиков, что сидят за скалой неподалёку, прячась от бешеного Грандбомжа и Змейки.