Дуэт в интерьере или Он, Она и Все Остальные (СИ) - Мах Макс - Страница 52

- Чем я располагаю на данный момент? – спросила она о главном.

- Миллиард сто восемьдесят миллионов четыреста тридцать два золотых гульдена, - сразу же ответил директор-распорядитель. - Но в свободном доступе находится всего лишь пятьдесят миллионов. Остальное вложено в ценные бумаги нашего банка. Такова многолетняя практика Монте дей Паски ди Майен. Если владелец счетов по каким-то причинам не может отдать распоряжение о том, как использовать имеющиеся средства, они вкладываются в высоконадежные, но малодоходные акции Большого Банковского Пула, в котором состоит и наш банк.

- Разумная политика, - сдержанно прокомментировала Кьяра последний пассаж.

Она при любом раскладе не собиралась на данном этапе вносить изменения в инвестиционную корзину. Она вообще пришла сегодня сюда всего лишь на разведку, но раз уж вляпалась, глупо было бы не сделать один-два очевидных хода. Ведь иди знай, как все обернется с этим ее наследством.

- Скажите, мастер Джеларди, можете ли вы открыть для меня несколько счетов на предъявителя в обычных банках?

- Хотите вывести наличные? – ничуть не удивившись вопросу, уточнил банкир.

- Часть наличных.

- Да, мы можем оказать вам эту услугу, - заверил ее мужчина. – О какой сумме идет речь и куда доставить реквизиты счетов, чековые книжки и прочие банковские документы?

- Тридцать миллионов, - решила Кьяра. – Как быстро вы с этим справитесь?

Вопрос не праздный. Невеликий опыт Кьяры в ее взаимоотношениях с банками подсказывал, что дело это небыстрое, и значит ей будет лучше самой наведаться в Майен, чтобы не привлекать ненужного внимания к ее финансовым делам.

- Полагаю, завтра после полудня все будет готово.

«Так быстро? – удивилась Кьяра. – Одни чековые книжки отпечатать… Впрочем, такой банк и для такой клиентуры может, наверное, сделать невозможное возможным».

- Завтра в 14.00, в Амбассада Отель, - решила Кьяра.

Номер в гостинице был снят не только для того, чтобы без спешки и «нагнетания» сходить с Гертом в банк. Послезавтра прием в императорском дворце, и попасть туда проще из Майена, чем из Академии. Получить заказанное заранее бальное платье, - а также туфли, сумочку и веер, - тоже лучше прямо в столице, чтобы уже «два раза не ходить». Впрочем, относительно отеля у нее была еще одна абсолютно задняя мысль. Ей вдруг примерещилось, что поездка в Майен может стать отличным первым шагом навстречу отношениям с Гертом. И сейчас в кабинете директора банка она поняла, что, если все сложится, как надо, эту ночь она проведет в постели с гранд-принцем, но, разумеется, не потому, что он родственник императора, - ее Род ни разу не хуже, - а потому что он Герт, как бы странно это ни звучало.

- Продолжим? – вырвал ее из «мыслей о главном» голос банкира.

- Да, разумеется. – Она не показала вида, что захвачена врасплох, все-таки Кьяра умела держать лицо, но от неожиданности сердце, словно бы, пропустило удар или два. – Итак?

- У вас есть определенная недвижимость, которую Конрад Геннегау так и не смог получить, или потому что он о ней не знает, или потому что она находится под защитой Великого стола.

- Много? – сразу же поинтересовалась Кьяра. – Где? В каком состоянии? Кто ею занимается?

- Великолепные вопросы, миледи, - позволил себе мягкую улыбку банкир. – Начну, с вашего позволение, с конца. Со дня смерти вашего деда – последнего на данный момент князя Геннегау…

- А я тогда кто? – перебила Кьяра мужчину.

- Вы, ваша светлость, последняя на данный момент княгиня Геннегау. Он был князем, вы княгиня. Чувствуете разницу?

«Опять эта сраная дискриминация по половому признаку, - покачала она мысленно головой. – Ну какая, к черту, разница берешь ты или даешь?! Но нет же, он князь, а я «всего лишь» княгиня!»

- Продолжайте! – милостиво разрешила она.

- По распоряжению его светлости князя Бенжамена Геннегау до вашего совершеннолетия или особого распоряжения, сделанного вами после принятия титула, вся эта недвижимость перешла под управление банка. Сами мы этим, разумеется, не занимаемся. Мы наняли управляющую компанию, которая следит за сохранностью недвижимости, сдает ее в аренду, платит за нее налоги. Здесь, в Майене, вам принадлежит дворец Хет Лоо и вилла Дорн, в самом княжестве в вашей собственности находится княжеский особняк в столице провинции, несколько имений на юге и юго-западе княжества и знаменитые яблоневые сады «Ангельский пруд».

«До хрена имущества… И это, не считая замка Эфт и сокровищницы в его подземельях, куда, к слову, не так уж сложно проникнуть анонимно».

Последняя мысль была связана с необходимостью подобрать подходящие украшения для визита в императорский дворец. Но, подумав о такой возможности, Кьяра сразу же сообразила, что делать этого не стоит, в особенности теперь, когда она может купить себе любые драгоценности. А те, что в сокровищнице, иди знай, кто их помнит «в лицо». Достаточно опознать какое-нибудь колье или диадему, и прощай анонимность. Она и так уже едва держится и наверняка вскоре падет, но ускорять этот процесс явно не в ее интересах.

- Что-то еще? – спросила она вслух.

- Ваша банковская ячейка, - объяснил банкир. – На самом деле это сейф. Все первые клиенты получили от банка не только жетоны с печатями, но и сейфы. Однако его содержимое мне неизвестно. Желаете спуститься в хранилище?

Разумеется, ей было более, чем любопытно узнать, что такого особого хранил ее дед в банковском сейфе, имея в своем распоряжении тайную сокровищницу, где чего только нет. Однако Кьяра помнила, что ее ожидает Герт, и решила максимально сократить свой первый визит в банк.

- Не сегодня, - вежливо улыбнулась она банкиру. – Боюсь, моя голова и так уже перегружена огромным количеством фактов, обрушившихся на меня сегодня. К сейфу я спущусь в следующий раз.

- Как желает ваша светлость… - поклонился банкир, и Кьяра с ним распрощалась. В тот момент она еще не вспомнила о «письме наследнику», которое ожидает ее в банковском сейфе.

***

Остаток дня они провели, гуляя по городу и болтая обо всем и ни о чем. И по ходу дела Кьяра рассказала Герту упрощенную версию событий, происходивших после того, как банковский клерк увел ее из фойе. Главное, то есть то, что она законная носительница титула Геннегау, он уже знал, поэтому скрывать от него ей было нечего, а остальное – второстепенные и ни разу не интересные ему подробности. Рассказала и все. Больше они этой темы не касались. Она еще не была готова обсуждать последствия своего визита в банк, а он проявил в этом вопросе невероятную чуткость и ни о чем ее не расспрашивал. Свои комментарии, а они у него наверняка имелись, - как без них, - он тоже оставил при себе. Наверное, поэтому прогулка получилась такой хорошей. Погода благоприятствовала, бренди, который они пили в каком-то пафосном баре, случайно встретившемся на их пути, был превосходен, и каждому из них двоих, судя по всему, было хорошо в обществе другого. Во всяком случае, Кьяра воспринимала это именно так. Ей с Гертом было легко и просто, а значит, хорошо. Серьезный же разговор случился уже вечером и только после того, как они пообедали.

Ресторан выбирать не стали, понадеявшись на то, что в пятизвездочном отеле, где поселилась Кьяра, плохо не накормят, и не ошиблись. Мишленовских звезд у этого заведения не было, но кухня оказалась отменной, как, впрочем, и винный погреб. Так что поели они хорошо или даже очень хорошо, и никаких особенно серьезных тем за обедом не поднимали, - бонтон – наше все, - но, когда подали кофе, Герт прервал наконец свой деликатный «обет молчания».

- В самом крайнем случае, - сказал он так, словно продолжал прерванный разговор, - ты можешь выйти за меня замуж.

Кьяра его поняла, и была благодарна и за саму мысль, и за то, как естественно он ее озвучил. Сама же идея не пришла ей в голову только потому, что она даже не думала в этом направлении. Однако теперь, когда слова были произнесены вслух, она уже не могла отбросить эту мысль, как негодную. Предложение Герта было более, чем щедрым, а идея - годной. Выйди она за него замуж, и его титул, - а также предполагаемое родство с императорской фамилией, - прикрыл бы ее, как щитом от любых происков и инсинуаций ее неудавшегося отчима. По крайней мере, от многих, если уж не ото всех. И более того, кому-кому, а гранд-принцу Дюрфора император не откажет в праве «нарушить правила» Академии.