Дуэт в интерьере или Он, Она и Все Остальные (СИ) - Мах Макс - Страница 23

На самом деле, она кое-что читала на эту тему, но лучше было услышать первоисточник, чем довольствоваться пустыми домыслами обывателей или спекуляциями ученых мужей. В любом случае, чтобы понять, много это или мало «50+», нужно знать верхний предел и процентное распределение носителей Дара.

- Мы оцениваем силу по стобалльной шкале, - ответил на ее вопрос собеседник. – Все магические действия и эффекты имеют свои требования к силе мага. Оценка, разумеется, выведена чисто эмпирически, и мы отдаем себе отчет в том, что возможны ошибки. Например, если немного забежать вперед и обратиться к третьему критерию – сродству со стихиями, - то ваш фокус с эвакуацией с моста мы чисто субъективно оценили, как требующий относительно немного силы, так как у вас есть очевидное сродство со стихией Воздуха. Поэтому только 50 или чуть больше, но, если бы этот трюк выполнил кто-нибудь другой, не имеющий сродства с Воздухом, я бы оценил его силу в 65–70 единиц. Однако это всего лишь одно единственное проявление магии, а для квалификации на ранг требуется выполнить от семи до десяти различных действий. Тогда можно было бы сказать, какой у кого ранг. Но мы используем другой способ. Мы измерим эманацию вашей магии, и тогда сможем сказать, какова ваша сила, в чем заключается ваш Дар и, соответственно, чему вас можно обучить.

- И все-таки, - решила Кьяра напомнить о своем вопросе. – Каков минимальный ранг для поступления в Академию? Вообще, какова статистика? Действует ли среди магов принцип нормального распределения[4]?

- Нет, - покачал головой граф де Грамон, - увы, но в магических способностях не наблюдается нормального распределения. Основная масса магов относится к десяти низкоранговым группам, у них потолок – 25 единиц. От двадцати пяти до пятидесяти находится основная масса высокоранговых магов, но учтите, что их в десять раз меньше, чем низкоранговых. Выше же 50 единиц распределены случайным образом те маги, которые входят в ноль семь десятых процента всех одаренных.

- Каков их потолок?

- Девяносто восемь единиц, - после короткой паузы ответил гроссмейстер. – Но это данные, относящиеся к Новому Времени. Еще сто лет назад такой системы оценки Дара просто не существовало, а судить о силе мага по описаниям крайне сложно. Кто-то считает, что раньше встречались более сильные маги, другие полагают это художественным преувеличением.

— Значит, ваш детектор разработан относительно недавно, - вполне логично предположила Кьяра.

- Именно так, - подтвердил ее догадку собеседник. – Конкретно тот, скажем так, прибор, которым мы будем аттестовать вас, баронесса, построен всего пятьдесят три года назад. Но, разумеется, у него были предтечи.

- Так что, хотите узнать, на что вы способны? – резко сменил тему гроссмейстер.

- Даже не знаю, - вежливо усмехнулась Кьяра. – В большой степени это была инициатива Черного Кабинета, разве нет?

- А вам совсем неинтересно?

- Отчего же, - пожала плечами Кьяра, вставая из кресла вслед за графом де Грамоном. – Я любопытна, как все женщины.

– Тогда, следуйте за мной, баронесса!

Взмах рукой, проблеск магического посыла и стена в кабинете гроссмейстера попросту истаивает, открывая довольно широкий арочный проход.

«Иллюзия? Или это, и в самом деле, манипуляция материей?»

Получалось, что нет худа без добра. Раскрывшись во время инцидента в Аппе, Кьяра, возможно, получила доступ к по-настоящему серьезной информации, к сокровенному знанию, или лучше сказать, к тому, о чем маги предпочитают «не говорить при посторонних». Все-таки, что бы ни думали об этом ее родители, поступление в Академию не только открывало перед Кьярой двери в высшее общество империи, оно, похоже, являлось необходимым условием для допуска к тем знаниям, которые никаким другим способом не добыть.

«Самообразование не панацея… А еще я, может быть, наконец узнаю, отчего подалась в бега юная княжна Зои Геннегау… Было бы неплохо!»

Между тем, следуя за графом де Грамоном, Кьяра спустилась по винтовой лестнице, как минимум, на три полноценных этажа вниз и оказалась в просторном подземном зале, пол, стены и купольный потолок которого были сложены из полированного темно-красного камня.

«Антураж или цвет имеет смысл? – задалась Кьяра неактуальным, но будящим нешуточное любопытство вопросом. – А, может быть, дело не в цвете, как таковом, а в материале, использованном для облицовки? Это, вообще, камень? И, если все-таки камень, то, что это за минерал? Порфир, гранит или, может быть, мрамор? А есть ли другой строительный камень такого же цвета?»

Присмотревшись, Кьяра заметила, что на полу зала вычерчен огромный, - не менее десяти метров в диаметре, - и крайне сложный сигил[5]. Судя по тому, что она могла видеть на ближайшем к ней крае рисунка, контуры фигур и символов представляли собой неглубокие и довольно узкие канавки, вырезанные в камне, - пусть пока это будет камень, - и заполненные каким-то, по-видимому, твердым веществом, чуть более темным, чем общий фон зала. Поэтому в первый момент рисунок не бросался в глаза, но, если присмотреться, он был уже отчетливо виден. И, зная теперь на что смотреть, Кьяра перевела взгляд на стены и потолок, и не удивилась, обнаружив там множество других сигил, отдельных знаков и символов, пентаклей[6], зодиакальных знаков и рунных цепочек, закрученных в малые и большие спирали. В целом, это было похоже на крайне сложный магический аппарат. О чем-то таком Кьяра читала в книгах по артефакторике и ритуалистике, но то, что описывали ученые маги, даже близко не приближалось по своей сложности к тому, что открылось сейчас ее взгляду.

А в остальном зал был абсолютно пуст и освещен светом, не имевшим ни цвета, ни источника, буквально растворенном в перенасыщенном озоном и магией воздухе. Плотность магии, к слову сказать, была такой, какой Кьяра не встречала нигде и никогда, а она ведь побывала в нескольких природных местах силы, в Роще Одина, например, в Пещере Аварского Оракула, и в трех больших храмах Магии.

«Да уж, удивили, так удивили! И никаких артефактов не нужно, такой конструкт сам, наверное, работает, как детектор и приборы сопровождения…»

- Нравится? – спросил ее остановившийся рядом с Кьярой гроссмейстер. – Чувствуете заключенную в сигилах мощь?

- Необычное ощущение, - признала Кьяра. – Не с чем сравнивать.

- Вы уже поняли, что это такое?

— Это детектор?

- Вы необычайно проницательны, баронесса, - подтвердил ее предположение граф. – Сейчас вам надо пройти в центр зала, он обозначен Пентаграммой Венеры[7], прорисованной лиловыми линиями. Знаете, что это такое?

- Знаю. – Кьяра решила не раздражаться на глупые вопросы, тем более что это могло быть частью испытания.

- Очень хорошо, - продолжил между тем мужчина. – В центре пентаграммы находится «Око Силы». Это условное название. Мы используем этот термин для обозначения центров пересечения магических потоков.

«А как вы их обнаруживаете?» - Любопытный вопрос, но ответа у нее, разумеется, не было, а гроссмейстер ей этого наверняка не скажет.

Сама Кьяра могла иногда их чувствовать, но только потоки высокой интенсивности, если, конечно, она правильно поняла термин «интенсивность» в применении к магии. Наверное, должны были существовать маги, более чувствительные именно к потокам, но не исключено так же, что у магов давно уже есть подходящие для этого дела артефакты или ритуалы.

- Когда достигните «Ока Силы», встаньте там или сядьте… Лучше всего подходит поза лотоса. Знаете? Умеете?

- Знаю, - ответила Кьяра. – Умею.

- Тогда, начнем, пожалуй, - кивнул ей гроссмейстер. – Идите, а я вас временно покину. Вы должны быть здесь одна. Присутствие другого мага может сбить настройки. Все про все займет около четверти часа. Может быть, чуть больше, но ненамного. Я зайду за вами, когда аттестация будет завершена.

- О чем мне думать? – спросила Кьяра в догон. – Или вообще не думать? Может быть медитировать?