(не)правильная невеста для демона (СИ) - Данилова Яна - Страница 22

- Разве я не сказал тебе оставаться в доме? – голос Алаза приводит меня в чувство. Он подлетает и становится рядом, прижимает к себе, накрывает сверху своими крыльями. Сразу становится тепло и безопасно. Неужели все закончилось? Я обнимаю мужа обеими руками, прижимаюсь всем телом, утыкаюсь в его грудь и шепчу:

- Я боялась, что ты не придешь. Спасибо, что спас меня. Если бы не ты, не знаю, что бы со мной было, - тело содрогается от возникшего перед глазами воспоминания.

- Он ведь ничего не успел сделать? – Алаз приподнимает мою голову за подбородок и заглядывает в глаза.

- Ничего. – я мотаю головой, - Только щеку языком лизнул. И еще напугал. Очень сильно напугал.

- Этого больше не повторится. – он гладит меня по голове, потом наклоняется и целует в макушку.

Глава 22

Мы вернулись в дом, я без сил опустилась на кровать и накинула на себя сверху одеяло. Тело била мелкая дрожь, зубы постукивали, и мне все никак не удавалось успокоиться. Осознание того, что в начале меня чуть не изнасиловали, а потом Алаз на моих глазах сражался не на жизнь, а на смерть и только чудом уцелел, совершенно выбило меня из колеи.

- Ты вообще за печью не следила? Огонь практически потух, - проворчал мой супруг, подкидывая в очаг поленья, - Ну, вот как мне оставлять тебя одну?

- А ты не оставляй, - произнесла я, клацая зубами, - И потом мне не холодно, это все от нервов, скоро пройдет.

- Сейчас заварю тебе ромашку, попьешь, согреешься, и мы можем возвращаться домой. Сегодня уже переночуешь в своей кровати. – Алаз направился к кладовке искать необходимую траву.

- Как домой? Разве наш дом не разрушен? – от удивления у меня даже зубы перестали стучать, - И потом, а как же вражеское нападение повстанцев? Его удалось подавить?

- С домом все нормально, он не так сильно пострадал. – ответил Алаз, крутя в руках мешочек и принюхиваясь к его содержимому, - Вернее, жилая часть дома осталась целой, снаряд попал в пристройку, но это ерунда, все восстановим за пару дней, я уже дал указания. Прислуга вся вернулась, ждут тебя. – он насыпал травы в чашку и залил сверху кипятком. – А что касается Люциана и всех, кто к нему присоединился, то мы с ними разобрались, ближайшее время они точно не сунутся.

- Ты уверен? И как вы так быстро это сделали? – в моем голосе слышалось явное сомнение.

- Когда я вернулся в Асхаит, отец уже собрал всех, кто остался нам верен, мы выступили сразу против Люциана, не ожидая еще одного подлого нападения. И, скажу тебе честно, наши силы были равны. Я бы даже не взялся предсказывать исход этой битвы. Но, когда наши клинки уже встретились, произошло нечто, чего не ожидали ни мы, ни тем более Люциан. К нам на помощь пришла армия Светлых, под предводительством генерала Димитра. Ты знаешь его? – Алаз поставил передо мной чашку и вопросительно посмотрел.

Я отрицательно покачала головой.

- Много слышала, но никогда не встречала лично.

- А я встречал. И знаешь, этот шрам оставил мне он. – Алаз отодвинул ворот своей рубашки и показал на тонкую бледную полоску, проходящую прямо под ключицей, - Правда, и у него от меня осталась метка. Так вот, если бы еще год назад мне кто-нибудь сказал, что я буду сражаться плечом к плечу с Димитром, рубить своих собратьев, женюсь на дочери Архангела и по … - демон осекся, опустил глаза и отвернулся.

- И что? – переспросила я. Что же он не договорил? Любопытство распирало меня изнутри.

- И ничего. – буркнул Алаз, - Когда армия Люциана увидела, что к нам пришла подмога, они бросились бежать. И правильно сделали, силы стали явно не равны. Но, знаешь что, одно мне не давало покоя. Что-то мучило внутри, казалось неправильным, в голове мелькала какая-то мысль, но я все никак не мог ухватить её за хвост.

- И что же это?

- Я не видел нигде Зейфера. По идее он должен был быть в первых рядах, но его нигде не было и это было очень странно. Когда я это понял, скажу тебе честно, я очень испугался. Я догадался, что он ищет тебя, и скорее всего, уже нашёл.

Алаз замолчал и посмотрел на меня так выразительно, что я действительно почувствовала страх в его взгляде. Но почему он боялся? Потому что я была ему дорога? Или же просто потому, что ему меня доверили?

- Но ты успел, все кончилось хорошо. Спасибо, что спас меня.

- Ты не должна меня благодарить. Защищать тебя – мой долг. И если ты уже пришла в себя, мы можем возвращаться домой. – его голос стал вдруг неожиданно сухим и холодным.

Значит, всё-таки долг. Вот он и сказал о долге.

У меня внутри всё упало. А чего я ждала? Глупая, наивная дурочка, неужели ты действительно поверила, что демон может полюбить ангела? Что он вообще кого-то может полюбить? На глаза навернулись слезы, и я отвернулась, чтобы только Алаз этого не заметил.

- Подожди меня на улице, - произнесла сдавленно, стараясь изо всех сил, лишь бы не дрогнул голос, - Я только одену свое платье и буду готова.

Мужчина молча кивнул и вышел за дверь.

Всю обратную дорогу мы летели молча, каждый погруженный в свои мысли и этот путь показался мне бесконечным. Поэтому, когда на горизонте появились знакомые пейзажи с холмами, я испытала чувство облегчения, вот он, дом.

Грета встречала нас на крыльце и, как только мы приземлились, кинулась ко мне с объятиями.

- О, госпожа, вы себе не представляете, чего мы только тут не натерпелись! – запричитала она, крепко сжимая меня руками, - Мы так перепугались! Мама пока бежала, два раза упала, а я потеряла свой башмак. Этот ужасный шум от ядер катапульты до сих пор стоит у меня в ушах. Мы ведь все могли погибнуть!

- Но не погибли. – резонно заметил Алаз, - Госпожа устала, не надоедай ей своей болтовней. Лучше подготовь её комнату. А ты Алиана, иди спать.

- Слушаюсь, господин, - Грета тут же замолчала и присела в реверансе.

- Слушаюсь, господин, - передразнила я её и, бросив на Алаза вызывающий взгляд, взяла горничную под руку и повела на кухню, - Пойдем, дорогая, ты все мне подробно расскажешь.

Вот ведь неприятный тип, вернулся домой и опять начал командовать. Я села с Гретой на кухне и, потягивая заботливо налитый горничной чай, делала вид, что с интересом слушаю её рассказ о том ужасном дне, который им пришлось пережить вне дома.

На самом деле меня заботило совершенно другое. Почему Алаз вдруг стал опять таким отстранённым и холодным? Наш поцелуй не выходил у меня из головы, казалось, тогда меня целовал вообще другой человек. Что произошло? Неужели он настолько тяготится возложенной на него миссией? Неужели он настолько тяготится мной?

Допив чай, я попрощалась с Гретой, и отправилась в свою комнату, попутно гадая, уснул ли уже Алаз или так же, как и я, слишком взволнован всем произошедшим, чтобы просто лечь спать? Я переоделась в ночную рубашку, погасила все свечи, кроме одного подсвечника у кровати и залезла в постель. Сон не шёл. Перед глазами постоянно вставала картина нашего прощания с мужем, какая нежность и одновременно страсть были тогда в его глазах. Неужели он так смотрит на каждую женщину, которую целует? Нет, не может этого быть. В тот момент я чувствовала себя особенной. Может, спросить его прямо, что значил тот поцелуй? В конце концов, я имею право знать.

Я встала, накинула на себя пеньюар и направилась к выходу, но занеся руку над ручкой двери застыла. Не глупо ли я буду выглядеть, придя к нему ночью? А вдруг он поймет это неправильно? Или наоборот, он все правильно поймет?

Промучившись какое-то время в нерешительности, я все же открыла дверь и вышла в коридор. Сделала два шага в сторону комнаты Алаза, но тут послышалось легкое шуршание, и я замерла. Из другого конца коридора прямо к дверям моего мужа шла Мора. Её черные волосы рассыпались по плечам, черное кружевное платье открывало аппетитную грудь и подчеркивало все изгибы изящной фигуры. Она бросила на меня победный взгляд, молча ухмыльнулась и, покачивая бедрами, вошла в покои моего супруга.