Проклятое наследство беглой графини (СИ) - Фэйворд Азалия - Страница 12

Пожилая дама, вылезающая из кареты только что подкатившей к крыльцу и, ставшая свидетелем лишь последней сцены, восторженно всплеснула руками.

– О, боже! Признание в любви! Как это мило!.. – едва ли не на весь двор провозгласила она, сделав не правильный вывод, и, естественно, смутив меня до кончиков волос. – Мсье Ропен, наконец-то вы решили остепениться!

– Что вы, мадам?! Я ответила отказом! – автоматически отчеканила я, решив, что пора заканчивать с этим представлением. И наклонившись к душеприказчику, прошептала: – Жду вас в конторе.

Поражённый не менее меня толстяк так вцепился в моё платье, и чтобы вырваться из его клешней, мне пришлой силой отбирать беспощадно измятую ткань. Сделав книксен перед огорошенной знатной дамой, я не оглядываясь быстро зашагала по выложенной мрамором дорожке. Колени слегка дрожали, а спину жгли удивлённые взгляды. Но я стойко выдержала это, за пару минут достигнув входных ворот.

Когда я вышла к ожидающему меня обозу, состояние моё было невозможно описать одним словом. Эйфории от почти разрешённой проблемы не было, ибо я прекрасно понимала, что униженный мужчина опаснее ревнивого мавра.

Итак, я почти стала хозяйкой особняка, но нажила себе влиятельного врага. Теперь ход за ним, и что-то мне подсказывает, что он мне не понравится...

Глава 17

– Солнышко, дядя Вик наверняка уже устал от твоей болтовни, – улыбнулась я, целуя дочку в макушку. – Ну что ты, дочка?! – пробормотал он, натягивая поводья, когда нас стала обгонять открытая карета с сидящим в ней красным, как рак Ропеном. – Ты лучше расскажи, как прошла твоя встреча с этим сальным хлыщом.

– Запросил десять золотых за оформление наследства, а когда я сказала, что пойду за деньгами к герцогу, очень сильно испугался, даже на колени передо мной встал... Пообещал сегодня же всё сделать, но пожилая дама, прибывшая на приём и заставшая его в этой позе, решила, что он делает мне предложение...

– Да, уж... ситуация, – вздохнул мужчина, почесав затылок. – Что будешь делать?

– Решать проблемы по мере их поступления.

– Не просто будет выпутаться из этой ситуации, – вздохнул мужчина.

– А ещё он сказал, что Пол Бартонс заплатил ему за снос «Свечи Алекса».

Неожиданно для меня возница громко рассмеялся, заставляя обращать на себя внимание даже случайных прохожих.

– Думаю, проблемы теперь не только у тебя, девочка. Достопочтенный мсье Ропен по собственной воле вынес себе самый суровый приговор. Сэл Бартонс, старший городской полицай держит в страхе всех преступников Ансора, и особенно ревностно относится к обидчикам своих родственников. А братец его, пользуясь этим, творит всё, что ему заблагорассудится, не считаясь с мнением окружающих и существующими законами. Словно только для того они и созданы, чтобы он мог их попрать.

– Теперь у меня нет сомнений в том, кто разгромил дядюшкину мебель, и до сих пор пытается спалить особняк. Пора прекращать этот беспредел.

– Не советую, тебе, дочка, связываться с этой семейкой. Они – бельмо на глазу нашего города. Считают себя единственными старожилами, и очень не любят, когда кто-то идёт против их слова.

– Значит, в городе не так уж всё и прекрасно, как рассказывают за его пределами, – посетовала я, вспомнив восторженные речи Ксанты и её романтично настроенного супруга.

– В каждом графстве свои проблемы, и периодически наступают тёмные времена. Как раз во время, когда Алекс повстречался с заезжей ведьмой, будь она неладна, а свечи его стали причинять горожанам только вред и страдания, в городе стали пропадать люди. Эти происшествия списывали на проклятье, потому, что все пропавшие – якобы до того получили ожоги от свечей. Это только усилило ненависть горожан.

В этот момент мы подъехали к конторе душеприказчика, и, чтобы не терять времени я, настроившись на воинственный лад, пошла внутрь.

Открыв дверь, я вновь столкнулась с тем самым помощником, который натянуто улыбнулся и жестом пригласил меня в кабинет за массивной дубовой дверью.

– Мсье Ропен давно ожидает вас, леди Рейн! – тоном первоклассного дворецкого, отчеканил он.

– Благодарю.

Не успела я закрыть за собой дверь, как мне в лицо сунули подписанные размашистым почерком, документ.

– Всё готово, как и договаривались: всё наследство, оставленное Алексом Рейном, перешло в вашу собственность. Надеюсь, теперь мы разрешили создавшееся недоразумение, – залебезил передо мной хозяин кабинета, натянуто скалясь, – и никто в этом городе не узнает о сегодняшнем небольшом происшествии.

– Очень надеюсь, что всё оформлено по закону? – скосила я глаза на исписанную бумагу. На первый взгляд всё выглядело юридически правильно.

– Вы меня обижаете, – вновь наигранно любезно заявил Ропен. – Я дорожу своим именем, леди Рейн, и не позволю опорочить его даже вам.

– Боже упаси, мсье, мне от вашего имени нужно ровно то, что вы должны мне предоставить по условиям, прописанным в завещании. Дядюшка Алекс, упокой Господь его грешную душу, отписал мне довольно приличное наследство – ровным счётом всё, что у него было на тот момент, а получаю я, судя по вашему свидетельству, лишь то, что от него осталось после погрома, учинённого, вероятнее всего братом старшего полицая.

– Понимаю ваше негодование, но в моей компетенции лишь узаконивание имущественных отношений путём составления определённых документов. С обвинительным заявлением касательно порчи имущества вы можете обращаться в полицейский участок, либо к самому обидчику. Хотя, я больше чем уверен, у вас нет никаких доказательств того, что только что оклеветанный вами человек, имеет какое-то отношение к этому делу. Я, разумеется, буду всё опровергать!

– Будьте спокойны, мсье Ропен, доказательства ваших слов непременно будут!

Лицо душеприказчика искривилось злой гримасой. Казалось, он вот-вот накинется на меня с кулаками, а потому я, как того требует этикет, слегка присела в книксене и быстрым шагом направилась к выходу, слыша позади себя лишь озлобленное пыхтение противного толстяка.

Глава 18

Впервые за долгое время я чувствовала себя по настоящему счастливой. Пускай от наследства фактически остались лишь стены, зато они теперь были нашими! А в своём доме и порядок наводить легче будет.

Вик отвёз нас домой, и даже помог донести корзину с провизией, попутно проклиная погромщиков. Он предлагал временно остановиться у них дома, но я категорически отказалась. Не хочу никого обременять, тем более мало знакомого, уже пожилого мужчину и его супругу.

– Жить в таких условиях невозможно даже взрослому мужику, не говоря уже о таких нежных созданиях, как вы, – не унимался он, надеясь всё же переубедить меня.

– Не такие уж мы и слабые, – улыбнулась я. – К тому же, у нас есть Герцог! С этим котом никакие поджигатели не страшны.

Конечно, я лукавила. Страх за Юми и за себя постоянно присутствовал, заставляя сердце выскакивать из груди, а ладони нещадно потеть.

– Как скажешь, дочка, только обещай, что будешь осторожна, малышку береги. Такое сокровище на дороге не валяется! – дал наставления Вик, собираясь в обратный путь. – Завтра заеду, гостинцев привезу.

Распрощавшись с мужчиной, которого я уже смело могу назвать единственным другом, мы сменили нарядные платья на прежние и принялись разбирать покупки. Документ о праве собственности я завернула в чистую простынь и сунула под матрас, попросив кота внимательно за ним присматривать.

Отпраздновать свою первую победу я решила вкусными блинчиками. Но для этого пришлось привести в порядок и растопить небольшую печку, что стояла в маленькой кухоньке, рядом с нашей комнатой.

Пока Юми играла с котом на нашей импровизированной кровати, я в самой большой миске завела тесто: пара яиц, щепотка соли, немного муки и молоко. Масло растопила в маленькой тарелочке, просто поставив её на самый краешек печи, и немного вылила в жидкое тесто. Сковородку раскалила, смазала и плеснула на неё чуток смеси, равномерно распределяя по дну.