Наномашины, Анафема! Том 11 (СИ) - Новиков Николай Васильевич - Страница 27

Я точно так же отлетаю дальше от девочки, кувыркаясь по земле. Прокручиваюсь один раз, второй! Затем останавливаю себя вонзённой в землю рукой и тут же задираю голову!

От Теодора идёт тот же след Векторного Ускорения, что шёл от меня.

— Ну я же недоговорил. Тебе неинтересно, зачем я это делаю? — нагло улыбнулся он.

Я опираюсь о колено и медленно поднимаюсь, не отрывая от него взгляда.

Та же техника, что и у меня?.. Она у него была?..

— Мне нет смысла вредить Суви, Кайзер. Зачем? — Теодор разводит руками, подходя к девочке и… поглаживая её по ноге, — Зачем, если она станет частью и моего гарема? Вредить своим самкам? Ну я же не идиот.

— …

— Ты собрал прекрасных дам вокруг себя! Катя, Суви, Лунасетта. Спасибо, — кланяется он, — Я попользуюсь, ты не против? Никто ведь и не заметит разницы, когда тебя не станет, — скалится он, облизывая губы, — Я о них позабочусь. Им будет хорошо. Поверь.

Я протяжно выдыхаю, заканчивая подготовку следующей техники. Нет смысла поддаваться на провокации. Я давно контролирую Гнев.

Нужно просто кончать с этой мразью.

— Тц-тц, — цыкаю.

Секунда, и ничего. Две.

БАБАААХ! Лунный волк выводит из невидимости себя и брата, а Солнечный пускает заряд энергии прямо в Теодора!

Раздаётся гул, и ублюдок выставляет руку, чтобы спасти лицо! Он мычит от боли, и я вижу, как сползает его кожа! Я же делаю шаг, ускоряюсь, подлетаю.

И пробиваю его живот насквозь!

— Кха! — выкашливает он кровь

Горячие внутренности обтекают мою ладонь, а распахнутые от боли глаза смотрят прямо в мои.

— Надо было придушить тебя ещё в садике!.., — прорычал я.

— Думае… кха! — вновь кашлянул он кровью, а затем улыбнулся, — Ну… спасибо… что оставил… — и его горло начало быстро раскалятся, — Дальше я обо всём позабочусь!

Он хватает меня за руку, раскрывает рот и выстреливает точно тем же лучом солнечной энергии, что и Скёль в него! Я пытаюсь вырваться, но не могу! Не могу! Этот урод меня держит!

И я получаю весь удар, ощущая, как вскипает моё лицо.

— М-м!

Я резко нагнетаю жар в руке и тут же высвобождаю! Часть хватательных мышц Теодора разрывает, и у меня получается вырваться!

Я отскакиваю!

Лицо горит, кожа на нём покраснела и начала сползать! Чёрт. Чёрт! Плохо дело. Мне не нравится, куда это идёт!

«Рой… Рой, что за… дерьмо⁈ Как он…»

«Не владею информацией. Не могу сказать, откуда у него эти силы. Продолжаю анализ»

Адаптация от урона огнём спасла моё лицо — сильные ожоги, боль, но зрение сохранилось.

Я тяжело дышу и поднимаю голову на Теодора. Его живот больше не кровоточил, пусть и был пробит. И он снова улыбался. Широко и нахально. Камни на его ладонях проросли ещё, а левый глаз стал голубым — как у меня. Волки же уже уничтожены — они были из малой концентрации Эфира и служили для одной атаки.

— О-ой, Михаэль, а что за взгляд? — протянул он, — Ты что… боишься? Ты у нас маленький трус, ха-ха? Не привычно бояться сверстника, да?

— Ты… не Теодор… — хриплю я.

— Ну почему же? Вот он я, перед тобой. Чем не Теодор? Мы драться будем, нет?

Плохо дело. Плохо… плохо!

Я совершенно не понимаю, что происходит! Догадываюсь, строю предположения, получаю намёки от Знания, но как они, твою мать, помогут⁈ Мне нужно вырвать этому уроду сердце! Мне нужно его победить!

Мне нужно спасти Суви!

— А ты всё продолжаешь думать об этой сучке, нда? — он замечает мой взгляд и задирает бровь, пихая палец себе в живот, — Тогда давай чуть разогреем твой интерес.

И сделав шаг к Суви, он обмазывает её губы своей кровью.

— Ха-ха, смотри! Мы теперь с ней куда ближе, чем был ты! Почти поцелуй! Даже больше.

Я стою, молча не сводя с него взгляда. Теперь Теодор хмурится.

— Серьёзно? Не провоцируешься даже на такое?

— …

— Тц. Реально не тупой. Жаль. Может тогда релаьно поцеловать?

Думай, Кайзер. Думай! Предположения очень хреновые! Мало того, что мы ничего не знаем о его силах, так ещё, твою мать, он рядом с Суви! Одно движение, и девочка умрёт!

Мой телефон вывели из строя в первом минивэне, а звать подкрепление через Эфирный план я сейчас не могу — это драгоценные секунды, которыми наверняка воспользуются. Мне не хватит навыков драться и звать подмогу!

Нам нужно…

— Тц-тц, — резко цыкает Теодор.

— Х-ха⁈ — не успеваю я даже распахнуть глаза.

Краем аномального зрения я вижу… как из невидимости вышло два волка — точные копии моих.

БАААМ! Поток солнечной энергии прилетает мне в бок! Я выставляю руку, тут же понимаю, что хочет сделать Теодор, и пробиваю ногой вперёд, прямо по лицу летевшего парня! Бах! Я впечатываю его в землю!

В то же время лже-Хати вгрызается в мою другую руку, начиная тянуть на себя.

Итого обе моих руки заблокировали.

Чёрт, чёрт, чёрт!

Из моей спины вырастают энергетические манипуляторы и тут же сцепляются в печать! Я раскрываю территорию, и тут же высвобождаю огненный вихрь, подкрепляя его тысячью порезов! Делаю всё, лишь бы сбросить Хати, который открывает меня для солнечного луча Скёля!

И Теодор, впечатанный в землю… улыбается, как его приподнимают вырастающие из-за спины руки. Такие же манипуляторы как у меня.

А затем вокруг него раскрылась Территория.

Мою щеку тут же порезало. Затем снова. И ещё раз. Я распахиваю глаза и… тогда начинается. Тысяч мелких невидимых ножей начинает кромсать меня всего, точно так же, как я делал с врагами.

Плохо. ПЛОХО! Надо заканчивать прямо сейчас, не дать ему скопировать! Убить за удар!

Я сжимаю кулак и задираю его. Над головой формируется нимб, кулак заряжается святой энергией и… Теодор пробивает первее! С тем же нимбом, тем же кулаком мне прямо в живот!

И я впервые ощущаю, что значит получить удар, заряженный Справедливостью.

Десятки воспоминаний проносятся одновременно, каждое из них фиксируется на той боли, что учинил я. Эта боль вскипает, задавая вопрос: «Стоило ли оно того?». И не дожидаясь ответа…

Боль тут же проецируется на мне.

— БХА-А-А! — не выдерживаю я.

Ощущение вспоротого живота, раздробленных черепов, сгнивших внутренностей окатывает меня одновременно!

Я, будучи Апостолом — такая же идеальная цель для Справедливости.

— Ну как тебе… НУ КАК ТЕБЕ⁈ ЧТО, УЖЕ НЕ ВЕСЕЛО, ДА, ВЕЛИКИЙ КАЙЗЕР⁈ — рассмеялся как гиена Теодор, — Ох, как же долго мы с ним ждали этого момента!

Тысячи порезов не пробивали мою адаптацию, но ему было достаточно кромсать только глаза, чтобы я их прикрывал и не видел ударов. С левой стороны мою руку держал Хати, а правую заставлял поднимать Сколь.

А потому я не смог ничего заблокировать.

Бах! Удар в живот! Мелькают сцены со спасения детского сада в Германии. Бах! Снова!

— Когда ты умрёшь, а она проснётся, она увидит перед собой спасителя — МИХАЭЛЯ! — орал он с улыбкой на лице, — И ТОГДА ЛЮБОВЬ ВСПЫХНЕТ ЕЩË КРЕПЧЕ, ХА-ХА!

Бах! В челюсть! Правую сторону обдаёт жаром, словно сжигали тогда меня, а не я. Душа и разум приходили в ужас. Вся моя сущность сходила с ума!

Я хотел вопить, потому что совершенно себя не контролировал!

[Адаптация — Справедливость: 1/1]

Следующий удар не произвёл того же эффекта. Но Теодору повезло — он планировал на этом и закончить.

БАХ! Мне прилетает с ноги в живот, и тут же сносит взрывом высвобожденного жара!

Я даже не издаю звука. Я не мог это остановить.

Я просто безвольно отлетаю и бьюсь спиной о дерево. Я останавливаюсь, а голова опускается, не способная держаться прямо.

— Кха… кха-кха…

Из носа и рта потекла густая кровь. Я не мог пошевелить ни мускулом, и лишь кашлял, наблюдая, как тягучая алая капля медленно стекает мне на грудь.

Сознание хотело угаснуть, и теперь мне приходилось насильно его удерживать. Нимб над моей головой погас, тогда как над головой Теодора он вспыхнул ещё ярче.

[Адаптация — Обезвоживание: 3/6]