Товарищ маг. Книга 2 (СИ) - Первухин Андрей Евгеньевич - Страница 45

Сергей, так звали разведчика, довольно быстро сориентировался на месте после перехода, сразу же возглавил нашу группу и куда-то повёл. Как нам было сказано, на соединение с одним из партизанских отрядов. Перед переходом мы долго совещались, выбирая место, куда нам отправляться порталом, я ведь не по всей территории Белоруссии побегал. Переходить наугад очень опасно, было бы забавно, если сразу после перехода окажемся в окружении фашистов. Именно из-за этого мне сначала пришлось проверить, что происходит на другой стороне. У меня имелась возможность быстро всех усыпить и уйти обратно, ну или перебить врагов. Если же моё сопровождение отправятся первыми, то их наверняка ждёт горячий приём, а этого хотелось избежать.

Ничего путного я так и не придумал, это я о том, как напугать немцев как можно сильнее. К тому же Павел Анатольевич упёрся и стал просить о том, чтобы мы не спроваживали на тот свет немецких офицеров, вроде как будет очень неплохо, если их в Москве допросят. В общем, пришлось пообещать помочь и с этим вопросом.

В лесу в условленном месте мы встретили нашего провожатого, явно не простой партизан, а хорошо подготовленный боец. Сюда наверняка много таких специалистов прислали. Была вероятность того, что мы просто не сможем перехватить нужных нам фашистов, в отличие от нас они передвигались не пешком. Тут и без этой дивизии СС разной швали хватало. Последнее время Белоруссию буквально заполонили разными отбросами, с гордостью носящими немецкую форму. Похоже, собрали с Европы весь сброд и привезли всех сюда, устроив настоящий геноцид.

Нам сообщили, где находится дивизия, пришлось спешно двигаться в том направлении, куда она ушла. Раньше тут было много деревень, почти все они были сожжены, каратели не щадили никого. В лесу нам попалось несколько групп беглецов, этим повезло, прислушались к советам партизан. О геноциде советское руководство узнало заранее и пыталось хоть как-то обезопасить жителей, предлагали бежать им в лес. Не все послушали мудрого совета, многие решили остаться в своих домах, за что и поплатились. Уже несколько дней прошло с момента начала геноцида, а в воздухе до сих пор стоял запах гари. В общем, работы для нашей диверсионной группы было много.

Двигаться требовалось осторожно, в округе хватало немецких групп, которых сюда как раз прислали для розыска и уничтожения партизанских отрядов. Это каратели просто ездили от деревни к деревне и убивали всех подряд, а это были профессиональные солдаты, натасканные для боёв в лесу.

Три дня мы передвигались по лесу, приходилось отправлять всех встреченных людей в Москву. В основном попадались женщины и дети, без еды, голодные и испуганные, не знающие, что им делать. Можно было просто обойти их стороной, но совесть не позволяла.

За последнее время я сильно избаловался, из-за чего наш отряд чуть не попал в беду. Не хотелось мне ночевать в лесу, поэтому, когда отряд вставал на ночлег, я просто перемещался в Москву с парой своих охранников. Можно было отдыхать и в Аргентине, но Павел Анатольевич настойчиво попросил рассказывать ему, как там проходит наша операция, чтобы у него была информация для доклада вышестоящему руководству.

Когда я расслабленный и довольный вернулся из портала, то сразу же пришлось падать на землю, как и моим охранникам. Тут происходила серьёзная перестрелка, хорошо, что переместился в канаву, специально так задумал. Я даже не стал разбираться, какая обстановка и прочее, сразу же ударил по площади сном, стараясь усыпить всех вокруг: и своих, и чужих. Тут же наступила тишина, а я поспешил к нашему провожатому.

— Что, на немцев нарвались? — Поинтересовался я, приводя его в сознание.

— Скорее наоборот, — поморщился мужчина, ему немного зацепили руку. — На нас вышла поисковая группа немцев и как только заметили, вроде бы очень тихо сидели, без огня.

— Сейчас узнаем, — вздохнул я и направился к бойцам, многие из которых были ранены, не обошлось без смертей.

Площадь я накрыл серьёзную, фашистам тоже досталось, под удар все попали, а мне оставалось только дивиться своему могуществу, давно это заклинание не применял. Раненых, не способных нам больше помогать, я тут же отправил порталом: часть — в Аргентину, а часть — в Москву. Дальше с ними советское командование возиться будет, я сделал всё, что мог.

На наш отряд напали не боевики СС и даже не предатели из рядов полицаев, которых тут тоже хватало. Нападение устроила элитная немецкая часть, что-то вроде спецназа, по-другому не скажешь. Меня сначала это не совсем удивило, думал, случайно вышли. Немецкий офицер тут тоже имелся, его, согласно нашей договорённости, хотели сразу же отправить в Москву без всякого допроса, но Юра проявил инициативу. В отличие от других бойцов он знал немецкий язык, поэтому решил побеседовать с пленным.

— Господин, эти немцы пришли именно за Вами, — доложил мне Юра. — Приказали уничтожить.

Я так и замер возле одного из своих бойцов, а Сергей даже покраснел. Видно тоже был впечатлён полученной информацией.

— Вы понимаете, что это значит? — Спросил я у него.

— Нужно «языка» в Москву, — начал разведчик, но пришлось его перебить.

— Сначала сам допрошу, — проворчал я.

То, что я узнал от немца, заставило нас свернуть операцию, а как иначе. Сегодня нам очень повезло, вовремя я вернулся обратно на оккупированную территорию. На самом деле немчура пришла по мою душу, причём до этого они были даже не в Белоруссии. Как только узнали о том, что я собрался устроить этот рейд, их перекинули сюда самолётами. Ни о каком захвате не могло быть и речи, приказ был простой — уничтожить меня любой ценой. Конечно, тот факт, что меня хотят убить, нисколько не удивил, много я кровушки у этих тварей попил. Расстроило то, что немцы знали о рейде, который разрабатывали в условиях строжайшей секретности. Значит, в высшем командовании имеется враг, агент немцев, если имеет доступ к таким серьёзным документам.

Кроме того фашисты знали о том, что я ночую не в лесу, а в Москве, то есть их агент умудрялся оперативно докладывать и об этом. После такой информации Сергей даже немного побледнел, оценив осведомлённость врагов. Правда, я не дал ему ничего сказать, снова всех усыпил и на этот раз привёл в себя только своих бойцов.

Я не верил в то, что меня решили слить коммунисты и навели немцев. В высшем политическом руководстве страны идиотов нет, их оттуда быстро вытесняют более ушлые ребята. Изменники есть, а вот идиотов нет. Даже если начались переговоры и одним из условий было моё уничтожение, то всё равно не пошли бы на такое. Им проще меня в Москве убить, вариантов много, можно просто заминировать здание и взорвать. Кстати, немцы так и хотели поступить, если бы не удалось разговорить пленных. Я им сильно помешал, а времени на подготовку не было. Тоже поступаю как идиот, ну зачем вышел из портала в том же месте, где зашёл. Вот если бы перебили всю охрану, то моё возвращение встретил бы или сильный взрыв, или шквальный огонь из самого разного оружия. В любом случае такой приём я бы не пережил.

Всё-таки назвать мои отношения с коммунистами взаимовыгодными язык не поворачивается. На каком-то этапе они мне помогли, сейчас их агенты в Аргентине, но никак не могу сказать, что они для меня делают столько же, сколько я для них. В общем, помогаю от чистого сердца без каких-то планов. Возможно, во мне играет кровь предков, хочу помочь и помогаю, ну и фашистов терпеть не могу, твари они.

В Аргентине в постоянной боевой готовности находилась большая группа моих бойцов. Перед отбытием их подготовили к разным непредвиденным ситуациям, например, вот как эта. Тем более разбрасываться трофеями не намерен, можно прибрать немецкое оружие к рукам. Как говорится, в большом хозяйстве всё сгниёт.

Всю группу советских диверсантов я отправил в Аргентину для допроса, сам же вместе со своими подчинёнными спешно выдвинулся в сторону немецкой колонны. Охраны там немного, захватим всю технику, на которой сюда прибыли фашисты. С уничтожением немцев проблем не возникло, перевес был на нашей стороне, быстро всех зачистили, после чего я переправил их в Аргентину. Ни о каком продолжении операции не могло быть и речи.