Идеальный мир для Химеролога (СИ) - Сапфир Олег - Страница 9

Кеша стоял на месте и не двигался.

— Человек, Кеша знает, это так не работает, — мысленно связался он со мной.

— В смысле?

— Человек купить Кеша. Человек ухаживать за Кеша. Человек чесать Кеша. Человек кормить, поить, выгуливать, разговаривать. Человек, куда пошёл? Эй, эй, стой!

Я уже развернулся, чтобы уйти, но он вылетел из клетки и приземлился мне на плечо.

— Поздравляю, человек! Теперь ты пират! И всё благодаря Кеше!

— При чём тут пират? — вздохнул я.

— Не знаю, что за пират. Но дети, когда хотели меня купить, кричали родителям: «Мам, пап, купите попугая! Я буду как пират!»

— Кеша, — прервал я его. — Пропади в ужасе. Ты свободен.

— Человек использовал Кешу? — обиженно спросил он.

— Да!

— Понятно.

Он слетел с моего плеча и понуро поплёлся по земле. Давил на жалость. Рассказывал, что его теперь каждый голубь запинает, что у него нет авторитета, нет человека…

Я не выдержал. Присел, коснулся его и влил крошечную толику своей силы.

Укрепил ему костную структуру. Изменил состав кератина в клюве так, что он теперь мог крошить кирпичи. И даже добавил пару рефлекторных нейронных связок для уклонения.

Эта простенькая манипуляция выжала меня почти досуха. Да, я всё ещё мог творить чудеса, но цена за них стала непомерно высокой.

Напоследок я временно парализовал лётные мышцы попугая. Чтобы не увязался следом.

— Теперь ты сможешь за себя постоять. Удачи.

Я развернулся и быстрым шагом пошёл прочь. Он ковылял за мной, неуклюже подпрыгивая. Отчаянно хлопал крыльями и выкрикивал проклятия. Но я был быстрее.

Наконец, я добрался до большой дороги, остановил первую попавшуюся повозку-такси — дребезжащую коробку на колёсах — и назвал адрес.

Кеша поведал мне много интересного. И теперь я знал, куда мне нужно направляться. По крайней мере, на первое время. Нужно было затаиться. Переварить информацию. И составить новый план.

Я направлялся в спальный район. Тихий, скучный, притулившийся прямо у огромной городской стены. По совету говорящей птицы — лучшее место, чтобы затаиться. Рядом — трущобы, а значит, никому не будет до меня дела.

Когда я летел сюда на Вестфале, то видел эти стены. Сначала подумал, что они нужны, чтобы люди не разбегались из этого человеческого муравейника.

Но оказалось — всё наоборот. Стены защищали их от того, что могло прийти извне.

Снаружи, в Диких Землях, творился форменный ад. Твари постоянно мутировали, плодились и ломились в город пожрать. А местный правитель, судя по всему, вместо того, чтобы собрать армию и устроить тотальную зачистку, предпочитал отсиживаться за стеной.

Ну, или просто не хотел тратить на это деньги. Знакомая история.

Пока дребезжащая повозка тащилась по улицам, а водитель что-то бубнил себе под нос, я смотрел в окно, жадно впитывая детали. И чем больше я видел, тем больше убеждался: Пандора была права. Этот мир — весёлый.

Вот, например, мимо нас проплыла какая-то аристократка. Сразу видно — птица высокого полёта. Высокомерный взгляд, дорогие шмотки, и два пуделя на поводках. С виду — милейшие создания. Белые, пушистые, с глупыми бантиками.

Кеша был прав. Он далеко не самое уникальное животное в этом городе.

Я мельком просканировал собачек. Всего лишь на мгновение, чтобы не привлекать внимания.

Под милой шерстью скрывались стальные мышцы и мощнейший скелет, которого не может быть у такой мелкой породы.

А главное — челюсти. В них был вшит генотип какой-то саблезубой твари. Сейчас пасть выглядела нормально, но я прекрасно видел механизм, который позволял ей раскрываться совершенно непропорционально телу. Такая собачка могла легко отхватить человеку ногу по колено. И переварить. Пищеварительная система была заточена на то, чтобы растворять даже кости.

Отличные телохранители. Незаметные и смертоносные.

Вот только работа была сделана «на коленке». Грубо и топорно. Химеролог, который их создавал, был явно двоечником. Он совершенно не продумал метаболизм. Я с ходу мог назвать десяток способов, как сделать его эффективнее. А в текущей конфигурации… эти милые пушистики должны были гадить, как средний дракон.

Представляю, как «рады» слуги этой дамочки, убирающие за её питомцами.

А ещё через пару лет у этих пуделей сотрутся суставы в челюстях. Просто потому, что горе-создатель не укрепил их должным образом. И милые собачки превратятся в беззубых инвалидов.

От этой мысли мне стало как-то гадко. Это не химерология. Это — варварство.

И таких примеров на улицах было полно. Мир кишел кривыми, недоделанными геномами. Зато, видимо, отбоя от клиентов не было. Удивительно, как эти «мастера» вообще умудрялись не только не разориться, но и процветать.

Наконец, мы доехали. Я расплатился и вышел.

Спальный район действительно оказался тихим и спокойным. Здесь не было той суеты, что в центре. Но теперь передо мной встала новая проблема — жильё. Как тут работает съём, я понятия не имел, да и представлять не хотел.

Кеша подкинул толковую идею — найти такую работу, где можно жить.

По его словам, продавец в их зоомагазине ночевал прямо на работе, в подсобке, потому что ему негде жить. Все животные об этом знали и постоянно грозились «сдать» его начальству.

Они даже разработали целый план. Правда, с реализацией возникли проблемы.

Морская свинка Петрович — настоящий борец за справедливость — однажды попытался нацарапать на столе донос. Но его поймали и в качестве наказания посадили в одиночную клетку.

А потом произошёл несчастный случай. Работник магазина забыл, что Петрович сидит отдельно, и насыпал еды в кормушку, как на всех. Петрович же, не выдержав вида такого количества халявы, добрался до еды и умер от переедания. Жажда справедливости и жадность его и сгубили.

Зато теперь опоссум Григорий, местный конспиролог, свято верит, что это было спланированное убийство. Мол, продавец знал о чрезмерном аппетите Петровича и его проблемах с лишним весом, и таким образом устранил главного заговорщика.

Я стоял посреди улицы и думал: на хрена мне вся эта информация? Что с ней делать?

Это один из минусов моей способности. Ментальная связь — это не просто разговор. Ты погружаешься в сознание существа, видишь мир его глазами, чувствуешь его эмоции, проживаешь его воспоминания. И когда это существо — разумное животное, которое проговаривает свои мысли, ты считываешь всё прямо с его души, с картинками, звуками и запахами.

И теперь в моей голове был целый архив бесполезных знаний.

Я нашёл специальный стенд с объявлениями — куча бумажек, пришпиленных кнопками. Рядом со мной стояли бедолаги, ищущие хоть какую-то работу.

И тут я столкнулся с очередной проблемой. Почти везде требовались документы. А светить своими, полученными в больнице, я пока не хотел. Мало ли какие вопросы могут возникнуть личность то не настоящая…

В итоге осталось всего два варианта, где не спрашивали вообще ничего.

Первый — «разведчик в ночных рейдах». Слово «рейд» я знал. Слово «ночной» — тоже. И что-то мне подсказывало, что в моём нынешнем состоянии соваться в ночной рейд — это как прыгать в бассейн с пираньями, предварительно обмазавшись кровью. Нет уж, спасибо. Пандора и так будет ржать до икоты, если узнает, что я сдох в первый же месяц.

Второй вариант был куда прозаичнее: «ночной охранник на склад». Без официального оформления. То, что нужно.

Я сорвал объявление и пошел искать где же находится моя цель…

Найти адрес оказалось той ещё задачкой. Все, к кому я обращался, смотрели на меня как на идиота и говорили:

— Парень, в телефоне посмотри, чего тупишь? — минимум три человека мне так ответило.

У одного прохожего, который как раз держал в руках эту светящуюся коробочку, я просто взял её из рук, чтобы посмотреть. Он аж охренел. Видимо, он не это имел в виду. Но дорогу я всё-таки нашёл.

Склад оказался огромным ангаром на отшибе. Меня встретил уставший мужик, представившийся Семёном, который даже не особо вникал, кто я и откуда.