Идеальный мир для Химеролога (СИ) - Сапфир Олег - Страница 12

В другом мире местные правители решили наехать на моего соратника. В ответ я просто переселил туда пару десятков драконов. Через год этот мир стал известен как «Драконьи Угодья», а бывшие правители чистили за ними отхожие места.

А была ещё одна поучительная история.

Как-то раз я выполнял заказ для одной очень пафосной и сильной империи. Не помню уже точно, как она называлась… Какая-то Марморанская, что ли. Верхушка правительства — сплошь напыщенные и самоуверенные маги, считавшие себя пупом земли. Все из себя такие сильные и независимые. Сотрудничали со всеми — и с Портальщиками, и с Архитекторами — в общем, ребята были серьёзные.

Заказали они у меня стража для своей сокровищницы. Ну, я и сделал. Получилось красиво — существо из живого обсидиана, способное менять форму и поглощать любую магию. Отдал им заказ, а они меня обманули. А выражаясь народным языком, просто кинули.

Сказали, мол, качество не устраивает, работа халтурная… В общем, решили, что какой-то химеролог им не ровня. Что он может сделать могущественной магической империи?

Они ошибались.

У меня было много вариантов, как их наказать. В конце концов, я мог бы просто натравить на них армию своих созданий. Но я не люблю грубую силу. Это не элегантно.

Поэтому я просто вывел новый вид грызунов. Маленьких и симпатичных, крайне быстро размножающихся. И очень, ОЧЕНЬ голодных. Я заселил всего одну пару в их столице.

Через полгода во всей Марморанской империи не осталось ни одного поля, на котором что-то бы росло. Грызуны сожрали всё. АБСОЛЮТНО ВСЁ.

Начался голод. А голодные люди, как известно, становятся очень злыми. Они быстро взялись за оружие, пришли к своим правителям и сбросили их с тронов.

А после того, как в империи сменилась власть, случилось чудо. Все грызуны в одну ночь просто… исчезли. Как будто их никогда и не было.

Один старый дед, который уснул в поле, потом клялся, что видел, как миллионы крыс стройными рядами заходят в светящийся портал.

Ему, конечно, никто не поверил, но он был упорный. Написал об этом шестнадцать книг, стал известным теоретиком заговора и до конца жизни доказывал, что миром правят разумные грызуны.

Я усмехнулся своим воспоминаниям. Да, весело было.

Откусил ещё кусок беляша. Вздохнул. Кислый кофе и жирные беляши были не самым худшим, что этот мир мог мне предложить. В любом случае, усталость медленно отступала под напором кофеина и сомнительных калорий.

За дверью каморки всё ещё доносились звуки крысиной разборки — визги, скрежет когтей, глухие удары тел. Мой «усиленный» вожак явно задавал жару.

Он оказался на удивление сообразительным. Я видел его на камерах. Он не просто убивал. Он подчинял и запугивал. Демонстрировал свою новую силу. И стая, видя это, потихоньку переходила на его сторону.

Вскоре всё было кончено. Внутри ангара воцарилась идеальная тишина.

Я потянулся и встал со стула.

Что ж, нынешнее положение дел меня более чем устраивало. Крыша над головой есть, и с неё не капает. Еда, пусть и отвратительная, присутствует. Работа — не бей лежачего. Я до сих пор не понимаю, за что тут платят деньги. За то, что я всю ночь сижу на стуле? Отлично, это я могу.

И самое главное — я ночной сторож. Весь день в моём распоряжении. Можно заниматься своими делами.

Сначала я проверил склад. Идеальная чистота. Ни одной погрызенной коробки, ни единого следа ночного пиршества. Мой новый крысиный король сдержал слово.

А затем, доев свои остывшие беляши, я завалился спать.

Всю ночь мне снились сны. Не воспоминания, а именно сны — яркие и живые, как будто я снова был там, в своей родной пещере-лаборатории.

Вокруг — огромное пространство, где живые кристаллы освещали стеллажи с колбами, в которых плавали зародыши будущих созданий. Я стоял у сложнейшего аппарата и следил за процессом.

Шла добыча экстракта генотипа из антропоморфного драконического слизня. Невероятно редкий и ценный материал.

Признаюсь честно, это было завораживающее зрелище!

Каждая капля драгоценной жидкости медленно формировалась на конце кристаллического отвода и с тихим щелчком падала в мерцающий сосуд-додекаэдр. Ровно один раз в семь минут сорок семь секунд.

Но во сне я заметил то, чего не видел раньше. На девяносто пятой капле процесс ускорился. Капля упала на секунду раньше. А это означало, что длительное магическое воздействие ускоряет внутренние процессы существа.

Какие? Почему? Нужно срочно выяснить! Это было невероятно интересно…

Я открыл глаза и уставился в потолок каморки.

Да уж. Именно поэтому у меня не так много друзей. Кому, кроме меня, может быть интересно, что какая-то капля куда-то там упала на секунду раньше?

Но мне были интересны такие вот вещи. И когда я начинал кому-то об этом рассказывать, люди обычно засыпали на второй минуте. Только Пандора могла слушать меня не просто часами — а годами.

Она, пожалуй, была моим единственным настоящим другом.

Правда, в последнее время она всё чаще пыталась уговорить меня на одну авантюру — рискнуть и попытаться стать богом.

Я улыбнулся. Богом… Зачем мне вся эта божественность с её правилами и ограничениями? Я в некотором роде и так бог. Бог-создатель. Только без глупых запретов.

А ей, наверное, просто скучно в их божественном пантеоне, и она ищет себе компанию.

И вообще, зачем Многомерной Вселенной ещё один тёмный бог?

Конечно, я себя злым не считаю. Я не самый адекватный, но и не воплощение Хаоса. И светлым богом мне точно не стать. Учитывая, каких созданий я порой выводил на свет…

Есть старая поговорка: «Бойся гнева терпеливого человека». Даже самого спокойного и тихого можно разбудить. И меня иногда будили.

А потом целые цивилизации молились всем известным им богам, чтобы я наконец успокоился.

Проснулся от странного ощущения. Будто по моему лицу кто-то ходит. Маленькими, настойчивыми шажками.

«Интересно», — мелькнула сонная мысль.

Я ведь, уходя в медитативный сон, поставил на себя лёгкий защитный контур. Настолько слабый, что даже мышь бы его не заметила. Но я-то должен был почувствовать любое пересечение границы.

Я резко открыл глаза.

И уставился прямо в задницу.

В прямом смысле этого слова. Пушистую, зелёную, наглую попугайскую задницу, которая в данный момент находилась прямо у моего носа. А её обладатель деловито топтался своими когтистыми лапками по моему лбу.

— Долго спать плохо! — раздался скрипучий голос Кеши. — Нас ждут великие дела! Хватит дрыхнуть, надо захватывать мир! Кешу, между прочим, чуть фура не сбила!

Я молча протянул руку и схватил пернатого террориста за шею, слегка её сжимая.

— А-а-а! Хули-ганы!.. Зре-ния… ли-ша-ют… — прохрипел он.

Я сел на кровати, держа наглеца на вытянутой руке. Он болтал лапками в воздухе и пытался изобразить предсмертную агонию.

— И как ты меня нашёл? — спросил я, разглядывая наглую птицу.

— Кеша не дурак! Кеша умный! — гордо заявил он.

— Это я уже понял. Вопрос в другом. Зачем ты меня нашёл?

И тут из него хлынул такой поток жалости к себе, что я чуть не выронил его от отвращения.

«Кеше стало скучно!»

«Кеша не уличный попугай. Кеша потерялся!»

«Кеша не знает, как добывать еду! Кеша хочет жрать!»

Я вздохнул, поставил его на стол и достал ему из холодильника то же, что сам ел этой ночью. А именно — ещё один отвратительный беляш.

Кеша тут же набросился на него, как будто не ел целую неделю. Через десять секунд от выпечки остались только крошки.

— Молодец, — буркнул я.

— Кеша хочет ещё! — тут же потребовал он, посмотрев на меня своими наглыми глазками-бусинками.

Я отрицательно покачал головой.

— Я не благотворительный фонд. У меня у самого еды в обрез.

— Кеша не просто так прилетел! — обиженно нахохлился он. — Кеша принёс информацию! Важную информацию!

— Какую ещё информацию? — усмехнулся я. — Расскажешь, где голуби самые жирные?