Туман войны. Книга тринадцатая (СИ) - Свадковский Алексей Рудольфович - Страница 53

Он уже изготовился рвануть вперед, когда почувствовал, как за его спиной разрывается пространство, и по оставленной им позади свите кто-то стремительно наносит десятки, если не сотни, разнообразных магических ударов. Свет, Тьма, Хаос и проявления стихий — все это одновременно безжалостно било по парящим в воздухе Старшим.

Вздрогнув, забился объятый синим пламенем Летающий Спрут, изогнувшись, взвыла Магара Сладкоголосая Смерть, пожираемая десятками теневых червей, пустой оболочкой рухнул вниз навсегда утративший разум и волю к жизни Чистильщик… Собиратель Ужасов… Ходящий по Снам… Его свита, его дети, те, кого он взращивал веками, сейчас гибли один за другим под атаками сотен Игроков.

Ловушка. Засада.

Он рванул к небесам, забыв про все. Главное — спастись самому. Но тут позади раздался громогласный рев дракона, что заставил непроизвольно вздрогнуть, пробуждая смутные воспоминания из прежних времен, тех, что случились с ним еще до становления Первым. Смущающие, обескураживающие. Напоминающие о бытии Великим Змеем, ужасающей битве среди звезд и жестоком поражении… о жалком огрызке тела, провалившемся сквозь изорванное заклинаниями пространство, осознании себя в этом мире, бессилии и принятии частички Спящего… Прочь! Он хочет жить. Пусть и слабым Первым в Топях.

— Ну, куда же ты, старый враг⁈

Взрыв был чудовищным по силе. Потоки воздуха в одном порыве буквально снесли перед собой все: земля, вода, камыши… казалось, само небо рухнуло на землю, а затем все это перемешалось, поднялось обратно и снова полетело вниз. Водяные струи, тонкие, словно волос, и упрятанные в толще воздуха, хлестнули в разные стороны, прошивая и разрезая все, чего касались. Камень, землю, доспехи. Плоть.

Крики раненых и молчание убитых перекрывали даже завывание ветра. Сияние Щита Рассвета маяком в царстве безумия несло надежду. Моя рука буквально прикипела к металлу, пока сила, пульсируя, перетекала в щит из дарованного Эррубиэлем источника, и, похоже, лишь это позволяло удерживать золотистый купол, окружавший нас, давая шанс пережить удар Керумера.

Чертова! Тварь!

Разросшийся щит отчаянно вгрызался в рыхлую, пропитанную водой почву, каким-то чудом сумев частично преобразовать ее в твердь, помогая мне устоять и выжить тем, кто успел укрыться за моей спиной. Это тоже стало дополнительным камнем на чаше весов противоборствующих стихий. Но даже так они были готовы в любой момент качнуться не в нашу пользу.

— Дай мне расправиться с ним! Прожарить его тухлый хвост!

Глаз дракона, незримо парящий рядом со мной, излучал такую незамутненную злость и искреннее возмущение, что казалось, вот-вот проявится в реальности. Когда перед нашим побегом я, потратив Большой эликсир маны, отзывал восстановленный Поцелуями жизни отряд, Алакастро своей волей удержал приставленного ко мне шпиона и после всю дорогу транслировал через него неуместно беззаботное любопытство. Но стоило на горизонте показаться Змею Бурь, как Великий грозовой дракон начал просить, нет, требовать призвать его и дать вступить в бой.

«Ты справишься?»

Простой вопрос, заставивший гордого дракона, представшего перед моим мысленным взором, дернуться и вскинуть голову вверх… а после неуверенно опустить.

«Не здесь, и не в иллюзорном воплощении. Я даже малой части доступных мне сил не смогу применить… Но все равно. Я должен содрать хоть часть чешуи с его туши!»

«Тогда… жди».

Щит Рассвета постепенно истаивает, уменьшаясь, до конца выплеснув все лишь недавно восполненные в Двойной Спирали силы.

Я быстро оглядываюсь по сторонам. Стоны, ругань, зов о помощи из дальнего бочага на той стороне болота. Резкие окрики иногда противоречивых команд. Потери… сжав зубы, я признал их терпимыми. Но это только первый удар. И нам еще надо снова собраться всем вместе. А клятый Змей рванул в самые небеса — похоже, готовит какую-то новую заковыристую атаку. И разбегаться бессмысленно: поодиночке он нас перещелкает как семечки.

Надо пресечь бестолковые метания.

— Верховым, собрать тех, кого отнесло взрывом. Первой линии — ставить все имеющиеся щиты, особенно, стационарные. Второй линии — подлатать раненых. Достаем все свои козыри и заначки, отложенные на потом — «потом» наступило. Медж, устанавливай лечебный артефакт от альянса и запускай на максимум. Эфирот, у твоих Шаманов есть что-нибудь массовое для движения по воде?

Валорец, отвлекшись от командования своими, покачал головой:

— Маны не хватит. Но у меня есть Болотоходец и еще пара похожих карт. Я займусь.

Благодарно кивнув, вскинул свой Активатор:

— Я выиграю нам время. — И громко для всех: — Отец Битв смотрит на нас и не оставит своим благословением! Его вороны станут нашей тенью. Усладим его взор достойной схваткой, ведь трусов среди нас нет. Храбрые будут пировать в палатах воинов, а если выживут, то станут еще сильнее. Когда мы завалим Змея, то будем гордиться таким трофеем всю свою жизнь!

Воплощения стихий возникли передо мной мрачной молчаливой стеной, словно предчувствуя решающую битву. Водные элементали расплескались волнами и слились с темной водой топей, отправившись выручать моих раскиданных соратников. Каменные стражи поставили пагоду Колодца в центре острова, рядом с бережно установленным Меджем артефактом походного лазарета и сомкнулись над обоими, привычно защищая и Хозяек стихий с Феями. Гранитные же элементали, насколько смогли, опустили алтарь вглубь земли, а потом тяжеловесно зашагали прочь — формировать самую первую линию обороны. Будут своими телами разбивать режущие потоки ветра.

Но главное — со вскинутого Активатора, с громким ревом, рванул, воплощаясь, мой чемпион.

«Потяни время, это главное. Если сможешь, сбей атаку, что он готовит, и подмани поближе, под наши карты».

Дракон с мрачным торжеством взревел.

По Керумеру, продолжавшему набирать высоту, ударил целый пучок молний, заставивших Первого дернуться от боли и потерять сразу с десяток чешуек. Тот, на миг застыв в воздухе, нанес ответный удар. Мощный поток хлесткого тяжелого дождя отбросил назад Алакастро, который, почти рухнув на землю, в последний момент спланировал, коснувшись воды кончиками крыльев, и вновь устремился в небеса, повторно ударив молниями. Воздух вокруг обоих неистовствовал, буквально разрываясь на части, не зная, кому из двух могучих противников служить, и пронзительно белел тонкими разлетающимися струями.

С трудом отведя взгляд от происходящего в небесах, быстро осмотрел своих бойцов. Игроки собирались, восстанавливая строй. Тут и там загорались пленки щитов, светились золотом доспехи. Эфирот призвал свою, пусть и потрепанную, Дикую Свору. Таргон, полководец северо-западных, даже тяжело раненый, вызвал свой летающий отряд. Правда, без защиты стен базового лагеря против Змея Бурь тот может оказаться не особо полезным, но, если повезет, поддержит нас заклинаниями… Точно, вон какая-то воздушная завеса начинает закручиваться у нас над головами.

Я удовлетворенно кивнул, а в небесах раздался новый рев и вспышки молний подсветили облака — бой старших сущностей продолжался, давая нам время.

Неожиданно ожил артефакт-коммуникатор и на командной частоте послышалось:

— Это Хотреш, все кто меня слышит, повторяю, это Хотреш. Мы действуем против ближней свиты Керумера и против него самого. Всем отрядам, что меня слышат, приказываю выдвигаться на соединение со мной. Координаты отражены на ваших Компасах.

Что за бред? А он здесь откуда… Да, впрочем, наплевать. Медж, услышавший то же самое, недоуменно посмотрел на меня. Эфирот, стоявший рядом, сразу призвал Компас, где четко отразились белые огоньки союзников на северо-восток от места нашего выхода из тумана. Снова что-то загрохотало: Алакастро явно собирался дать Керумеру серьезный бой, игнорируя ограничения своей карты. Старая вражда змей и драконов сейчас играла нам на руку, придавая моему чемпиону дополнительную мотивацию.