Одиночка (СИ) - Бредвик Алекс - Страница 23

Закончив с очередным участком, я осмотрелся. Примерно треть территории была уже прикрыта. Медленно… но я не мог разорваться. Как бросить вопросы обороны. Так и бросить поиски камней, металла, которого в будущем будет требоваться всё больше и больше.

Оставив копьё, показав на него перед выходом Дине, я спокойно пошёл вниз по течению реки. Снега тут уже было не так много, так что видно было достаточно многое. Животные просыпались, выходили на водопой. На меня, естественно, смотрели с каким-то страхом. Хотя почему с «каким-то». Генетическая память, она такая. Человек тысячи лет доминировал на планете, высший и опаснейший хищник, который сам себя довёл до грани.

По пути нашёл ещё два нужных камня, отметил их, чтобы завтра забрать. Сегодня просто уже не успею вернуться засветло, а из-за активности дикарей ночью ходить особо не хотелось. Плюс… всё же праздничное «меню» нужно было доедать. А то завтра уже всё испортится.

Один раз пришлось достать оружие, благо, не применить. Видел следы людей, но, когда дошёл до того места, где они оборвались, обнаружил, что оборвалась и жизнь тех, кто их оставлял. Нарвались, судя по ранам, на медведицу, которая немного раньше времени вышла из спячки. Ну или медведя. Но больше ставлю на первое, так как тут ещё есть следы мелких медвежьих лапок.

— И когда я следы так хорошо читать научился? — удивился я сам себе.

— Когда тебе в голову вживили меня, — горделиво проговорила Лиза. — Псевдообучение. Во сне тебе проецируются нужные знания. Ты можешь их не помнить, но условный навык вырабатывается, который проявляется возможностью закрепить в реальности. Что-то такое подразумевалось в проектах по восстановлению человечества, если верить открытым заметкам Хранителя.

— Типа люди будут спать и умнеть? — усмехнулся иронично я.

— С тобой же это сработало, Алекс, — более осторожно и нежно проговорила виртуальная помощница. — Следы ты научился видеть. А ещё при этом начал правильно ставить ноги, смотреть по сторонам и тому подобное. Знания, особенно когда они уходят в подсознание, очень сильно влияют на нашу жизнь.

— Так и человеку внушить можно что угодно, — напрягся я.

— Увы, но так и есть, — с опаской начала говорить она с неприкрытым страхом. — Технология признана опасной ещё в две тысячи шестидесятых годах прошлой эры, но, как оказалось, разработки продолжались, причём весьма успешно. Официально осудили, крупные негосударственные конторы смогли закрыть… а государство в подполье занималось дальше разработками.

— Понял-принял, — кивнул я. — Забавно. Если бы эта технология оказалась в нужных руках лет так пятьсот назад, может быть, ничего сейчас такого и не было, а мы уже покоряли космос.

— История — штука такая, что она не терпит сослагательного наклонения. Что было, то было, этого не изменить, — довольно жёстко проговорила ИИ. — Человечество не способно принять технологию в таком виде, в каком она есть. Если более примитивные средства, даже мирные, люди обращают во вред в такой кризисной и опасной ситуации, что можно говорить насчёт этой? Ты меня полностью регулируешь, ты меня полностью контролируешь. Протоколы мне запрещают менять твой образ мышления, твой характер, твои цели, твои жизненные принципы, но…

— Но никто не запрещает мне сомневаться в том, что ты этого не сделаешь, даже обладая огромной защитой информационной, — с тяжестью проговорил я, ибо даже самому такое признавать было тяжело.

— Именно. — Я даже «почувствовал», как она кивнула. — Но без меня… ты бы умер уже давно. И я тебе приведу множество факторов, подтверждающих это. И сейчас бы не смог выживать. Я молодец! А ты нет.

— Слышь, молодец, — вслух проговорил даже я. — Давай начнём с того, что без меня и тебя бы не было, а если бы я не слушал тебя, то тебя бы тоже не было, как и меня. Так что… мы в симбиозе. И если не молодец один из нас, то трупы — оба.

— Это утверждение… — зависла она на мгновение, — имеет место быть.

Дальше «мы» снова шли в тишине. Лиза мне подсвечивала нужные элементы, я обращал на них внимание. Нет, на самом деле, чип с визуализацией информации на «сетчатку» глаза — огромный бонус. Никакого отображения, конечно же, не было, а только «подключение» к глазным нервам и перекодирование поступающей по ним информации, но мозг это воспринимал именно так, что словно это всё выводится перед глазами. Удобно. Красиво. И никаких очков специальных не надо.

Через час я, наконец, добрёл до той точки, где раньше был карьер. Небольшой, местного значения для ближайших городов… но он был. А сейчас от него осталась одна яма. Но улыбка всё равно появилась на моих устах. Яма появилась со временем. Я разгрёб немного руками землю… и напоролся на камень. Это был каменный карьер. Непривычное место, но… оно было. Правда, глубоко уже не копнуть, река, видимо, время от времени разливалась, и тут образовалось озеро.

— Ну, главное, на будущее есть источник камня, — с облегчением проговорил я, чувствуя, как камень с плеч свалился, целая скала. — Лиза, отметь это место на карте и при запросе показывай направление к этой точке. Сделай привязку местности.

— Сделала.

— Отлично, — снова вслух проговорил я. — Как избавимся от проблемы дикарей, можно будет даже дорогу сделать, сначала протоптать, а потом выложить. Со временем, думаю, даже асфальт положим. Слышал, что Реды технологию смогли нормально восстановить.

— Слухи, не более того, но имеет место быть, — нейтрально прокомментировала помощница, но скепсис и лёгкая язвительность так и лились из её уст. — В любом случае у Редов и Вайтов могут возникнуть такие же проблемы, как и у нас. Удары в спину от бывших союзников из-за зависти перед технологическим подъёмом.

— Не просто так Изгои хранили секреты и технологиями делились столь неохотно, — вздохнул я. — Ой не просто так.

Домой шёл уже с большей расслабленностью. Настроение было наипрекраснейшее, просто великолепное на самом деле. Перспективы у этого места открывались… интересные. Сейчас построю кузницу, потом сушильную стойку и смогу готовиться к зиме. После этого сделать ремонтный уголок, там уже, может, современные, относительно, решения применю. Утеплить дом… и можно думать насчёт вылазок. Дикари ждать не будут. Если есть пленники, то они могут их убить.

И насчёт дикарей. Когда я вернулся к дому, то увидел следы их «присутствия». Правда, уже в мёртвом виде, но всё же. Следили, уроды, ждали, когда я покину свой дом и решили напасть? Если так, то, видимо, у них большие проблемы с численностью, раз они опасаются одного человека. А, может, суеверия какие. Дикие люди всегда к суевериям относятся более серьёзно, чем человек более-менее современный.

— О, колючка помогла, — улыбнулся я, увидев загрызенного парня, довольно молодого, кстати. — Гром добил.

Дальше лежало ещё два тела. Первое, что примечательно, с копьём в груди. Лежал на боку, удар, к слову, не такой сильный, а судя по рукам на древке, он пытался его выдернуть. Умер скорее от кровопотери и боли, нежели от повреждений внутренних. Может, и кровью просто захлебнулся, удар пришёлся в легкое. Но Дина попала метко довольно. Удар пришёлся ровно промеж рёбер, и из-за этого копьё застряло, зацепившись за кости с внутренней стороны. Из-за этого, видимо, бросила оружие.

Последний, третий дикарь лежал возле дома. Сейчас его добивал Гром. Причём в прямом смысле слова. Тот уже не кричал, но глаза были открыты. А в них мольба, просьба закончить мучения. Вот вроде Гром — дикий зверь, да… а от людей плохое перенять уже успел. Вымещал свою злобу на человеке, отыгрывался, не давал умереть, но при этом мучил. Чистая злоба ради злобы.

— Фу, Гром! — крикнул я. — Брось!

Тот послушался не сразу, пришлось даже его слегка толкнуть своей силой. Вот это он понял и отошёл в сторонку и уселся. Но надолго его не хватило. Рухнул в снег — и давай крутиться. Только комья летели в разные стороны. Чистился, убирал с себя кровь. Не любит ходить грязным. Это хорошо… главное, чтобы летом в грязи не кувыркался, чтобы кровь с себя убрать.