Комикс - Холлоуэй Ксавье О. - Страница 2

– А, сестренка! Нам нужно кое-что обсудить.

– Ты все подготовил? У меня мало времени.

– Времени еще полно. Как видишь, у меня все под контролем. И мне хотелось бы получить свою часть прямо сейчас.

– Прямо сейчас?

– А почему нет?

– Но мы же договаривались после? – Элла поднимает лампу и ставит на стол.

– Да, но, видишь ли, мы поставляем товар в полном объеме, а когда начнется шухер, то про нас могут и забыть.

– Никто о вас не забудет.

– Это хорошо, но тебе ведь все равно: сейчас или после.

– Мы же договаривались!

– Да, но с таким риском и без средств, лучше уж пусть мои ребята увезут груз, а твоего босса принесут обратно.

– Ты охренел, что ли? Это же шантаж! Под контролем у него все… Как держать все под контролем, когда ты пытаешься вытащить деньги из бизнеса?!

– Мне нужно заплатить ребятам. Они работают, рискуют и заслуживают уважения. Какая разница, где находятся деньги, у тебя в кармане или у них? По сути, они все равно в бизнесе. Когда деньги у них – это гораздо эффективнее для дела. Плюс, случись чего, будут хоть какие-то средства, чтобы обеспечить нам безопасный отход. Так что деньги на бочку.

– М-да.

– Поехали в офис? – Винни кладет Элле руку на плечо.

– Хорошо. Вы получите треть. – Элла снимает его руку.

– А это уже наглость.

– Нет. Это страховка от того, что у твоих ребят пропадет мотивация работать дальше.

Комиссар Уэйд

Блеклое желтоватое освещение, серая стена с флагом города плотно увешана грамотами, дипломами и фотографиями. Рядом – письменный стол, из завалов бумаг растет лампа с зеленым плафоном. Комиссару полиции Уэйду на вид за сорок, краснолицый, во рту сигарета, пиджак помят, верхние пуговицы рубашки расстегнуты, галстук лежит поверх бумаг. На краю стола – полная пепельница. В окне справа – ночной город. Напротив сидит светловолосый детектив с папкой в руках:

– За последние два месяца десять случаев. Я подготовил сравнительный анализ… Это похоже на спланированные убийства…

– Всего десять? Да у нас каждый день кого-то убивают! Давай еще сравнительный анализ по грабежам и неправильной парковке сделаем.

– Сэр, по-моему, ситуация очень серьезная. Последний случай выявил новые обстоятельства, которые затрагивают очень серьезных людей.

– Тебя вроде Джеймс зовут?

– Джеймс Кеннет, детектив следственно-оперативной группы.

– Джимми, давай короче.

– Есть все основания предполагать, что с этими… происшествиями связан Винни Купер или, по крайней мере, его организация. А убитые как-то связаны с Джеком Иноксом и с…

Раздается телефонный звонок. Уэйд снимает трубку.

– Слушаю.

– Шеф, на защищенной линии наш человек из штаба Винни Купера, вы должны с ним срочно поговорить!

– Ну, соединяй… – Уэйд тушит сигарету и прикуривает новую. – Комиссар Уэйд слушает.

– Алло? Комиссар Уэйд?

– Да.

– Комиссар Уэйд?

– Да, я слушаю!

– Сегодня Винни Купер планирует закрытое мероприятие в кинотеатре «Кей-Эм-Эс». В одиннадцать. Через три часа, даже уже через два с половиной. Они хотят устроить провокацию…

– Какую?

– Пару часов назад они привезли мэра – он был в отключке.

– Эвила?! В отключке?! Куда его привезли?

– В офис Винни, но потом сразу увезли.

– Так. Наши уже выехали к тебе?

– Нельзя, комиссар! Я не знаю, где они сейчас! Если они поймут, что полиция в курсе… Нужно ловить их прямо в кинотеатре.

– Тогда оцепляем кинотеатр…

– До начала нельзя!

– Мы же не можем сидеть спокойно, пока они… Ты уверен, что они везут его туда?

– Да. Винни сказал, что Эвил будет главным героем шоу. Я так понимаю, его чем-то накачали.

– На чем его увезли?

– На скорой.

– Черт! – Уэйд тушит сигарету.

– Я думаю, их можно взять до начала, внутри. Наших там десять человек, но нужна координация, мы ведь простые оперативники, а не спецназовцы.

– Спецназ я сейчас организую. Джон, ты на линии? Слушаешь?

– Так точно, сэр!

– Давай, поднимай всех. Всех: кто спит, кто в отпуске, у кого понос, у кого похмелье – чтобы все были на месте! Держать связь с парнем, договаривайтесь, как и что. Спецназ я сам сейчас подниму – скоординируйся с ними. Как тебя зовут, парень?

– Петерсон, сэр!

– Встретимся по-тихому на месте за полчаса до начала, ты меня туда проведешь, а дальше я сам.

Здание кинотеатра. Длинная очередь на вход. На противоположной стороне дороги останавливается черный внедорожник. Из него вылезает Уэйд, быстро заходит под тень маркизы и утыкается в рацию:

– Джон, все готово? Где Петерсон?

– Я здесь, комиссар. – Из ресторана к нему выходит человек в шляпе-трилби и синем плаще. – Они задерживаются. Только что всех оповестили. Как минимум на полчаса. Мэр уже там.

– Ты уверен?

– Абсолютно. Его раньше привезли. Он был связан, странно дергался и нес какой-то бред. Вероятно, его в таком виде и выведут перед людьми.

Уэйд широко улыбается, глаза загораются озорством:

– Я с удовольствием посмотрю.

– Сэр, это может быть опасно…

– Эти клоуны меня уже достали. Ну что они могут мне сделать? Перформанс какой-нибудь, как в прошлый раз?

Петерсон мнется, и комиссар снова утыкается в рацию:

– Джон, ты слышишь? Как только мы зайдем, оцепляй все на хер!

Уэйд и Петерсон входят в переполненный зал. Свет уже погасили, кинопроектор освещает белый экран. Вдруг на небольшую сцену перед ним выбегает человек – он безостановочно дергается, скулит и завывает. Одежда на нем рваная и грязная, голова обмотана пленкой. В районе рта и глаз виднеются прорези. Он останавливается у микрофона – издаваемые им звуки многократно усиливаются, и все в зале принимаются кричать так же, как он.

Уэйд теряет сознание.

Антуан Гомес

Дождь. У входа в мэрию стоит Антуан Гомес. Серый намокший плащ, бледное лицо. Курит. Налетевший ветер уносит зонт на противоположную сторону улицы. Гомес порывается побежать за ним, но передумывает и входит в здание.

Охранник внимательно рассматривает удостоверение, просит открыть дипломат и извиняется, что в целях безопасности вынужден его обыскать.

У Гомеса дрожат руки. На лбу выступает пот. В голове вспышками мелькают обрывки воспоминаний: мерзкий смех, крики, яркий свет.

– Проходите.

– Что?

– Проходите прямо. Лифт справа. Десятый этаж.

– Да-да, хорошо.

У дверей лифта он нажимает на кнопку вызова и одергивает руку от статического разряда. Оглядывается по сторонам. Вытирает лоб. Локтем нажимает кнопку еще раз.

Толпы орущих и лезущих друг на друга людей. Кто-то воет.

«Нет!»

Гомес прислоняется к стене.

Дверь лифта открывается. Выходят люди. Гомес заходит в кабину и дрожащей рукой нажимает кнопку десятого этажа. Достает из кармана какую-то склянку, отвинчивает крышку, делает глоток. Тяжело дышит. Смотрит в зеркало. Проводит по щеке пальцем.

«Нет!»

Лифт останавливается. Гомес снова вытирает пот и выходит в освещенный холл. Его встречает большая дверь. Открывает. Проходит внутрь. После десяти минут ожидания просит воды у секретаря. Гул в ушах затихает только после второго стакана.

Еще через десять минут он почти успокаивается и даже не вздрагивает, когда его приглашают пройти к Эвилу.

Кабинет. Шторы скрывают окно. Сумрак. Мэр сидит в клубах сигарного дыма, закинув ноги на журнальный столик.

Гомес на ходу поправляет галстук. Гул в ушах возвращается.

– Здравствуйте, сэр.