Бывшие. Жена для чемпиона (СИ) - Ковалева Анна - Страница 51

— Отца, наверное, имела в виду. Игоревич с большим удовольствием размажет меня по асфальту, если Машуня пожалуется.

— Прости, дружище, но на его месте я бы тебя тоже хорошенько ушатал. Заслужил.

— Заслужил… — подтверждаю я. — По всем фронтам заслужил. Но не смог я сдержаться, понимаешь? На моем месте ты бы тоже не сдержался…

— На твоем месте я бы не оказался. Что я, идиот, что ли, с Леськой моей разводиться? Это тебе моча в голову ударила под напутственные слова папаши.

— Знаю, я идиот.

— Клинический просто. Я не знаю, Сень, что еще сказать. Вчера ты меня не послушал, так пожинай теперь плоды. Маша от тебя закроется теперь. Это как пить дать. И чем дольше будешь давить, тем сильнее она будет отдаляться.

— А если извиниться? — вскидываю на друга глаза. — Ну нужно же хоть что-то сделать.

— Попробуй. Хуже точно не будет. Только не ломись к ней домой, бога ради. Цветы пошли, или еще что-то.

— Пожалуй, так я и сделаю.

По дороге домой я заехал в цветочный и купил Маруське букет роз. Она их обожала раньше. Не думаю, что вкусы поменялись.

А потом отправился «на базу». Работу никто не отменял. Скоро начинался сезон, и мне нужно было быть с командой.

Уже вечером, когда освободился, обнаружил, что Машка внесла мой номер в ЧС. Похоже, извинения не прокатили.

Машку я обидел очень сильно.

Захотелось поехать к ней домой, постучаться в квартиру и… Нет, на этом моменте я себя стопорил.

Так нельзя. Если буду напирать, сделаю только хуже. Попер вчера напролом. Итог налицо.

Маруське надо дать время остыть. Чтобы улеглись эмоции. Заодно и хоть какой-то план придумать.

Да и мне выдержку бы потренировать. А не кидаться на нее с поцелуями с порога. Такая тактика не прокатит.

Не с Машкой, и не после того, что между нами было.

Вечером долго катаюсь по городу. Стараюсь отвлечься и не думать о том, что моя девочка может быть сейчас в постели с другим.

Изо всех сил гоню от себя эти мысли. Чтобы окончательно не двинуться.

Нет, этого точно не может быть. Раз за шесть лет Машка ни с кем не смогла переспать, то и сейчас вряд ли ударится во все тяжкие.

Даже назло мне не сможет. Она ведь не такая.

Только это соображение и помогало мне держаться всю следующую неделю. Я работал, плотно сжав зубы.

И изо всех сил старался не сорваться и не поехать к бывшей жене. Время и план, мне нужны время и план.

Пришедшее в четверг вечером сообщение чуть не отправило меня в нокаут. Если бы в это время был на дороге, точно бы врезался в кого-нибудь.

«Хотел поговорить? Давай.»

Печатаю ответ дрожащими пальцами. Осознанно даю ей право выбора. Так Машке будет комфортнее:

«Когда и где?»

«Завтра в шесть в «Алых парусах». Устроит?»

Улыбаюсь во все тридцать два. Алые паруса — памятное для нас место. Это небольшая, но очень уютная кофейня недалеко от Дворцовой площади.

Машка привела меня туда на пятое или шестое наше свидание. Да и потом мы регулярно туда наведывались.

Что это — знак? Что еще не все для нас потеряно? Ведь не просто так Машка выбрала именно это место для встречи.

Надежда вспыхнула в душе с яростной силой, и я поспешно начал печатать. Еще более дрожащими пальцами.

Только с пятого раза удалось набрать сообщение без опечаток.

«Устроит. В шесть часов буду на месте как штык.»

Сообщение уходит, и повисает молчание. И я не выдерживаю, отправляю вдогонку еще одно.

«Маш, ты в порядке?»

«Да»

Сухо и лаконично. Впрочем, хотя бы так. Дальше с расспросами не лезу, чтобы не спугнуть.

Не хочется, чтобы Маша отменила встречу. Это же такой шанс. Если его упустить, то следующего можно будет ждать очень долго.

Поднимаюсь и подхожу к панорамному окну. Утыкаюсь лбом в стекло и рассматриваю потрясающую картину ночного города.

Почему-то вспоминается-то свидание на крыше. И первый сладкий поцелуй… После которого Маруська ошарашила меня признанием о своей невинности.

Господи, столько лет прошло, а воспоминания такие яркие до сих пор. Живые…

Потому что я и правда люблю. Влюбился тогда и люблю до сих пор.

Чертов развод был сделан в период помутнения рассудка, не иначе. Будь он трижды проклят.

Как я мог позволить отцу меня заморочить? Ну вот как? Как мог ослепнуть в мгновение ока и решить, что между мной и Машкой только секс, и больше ничего?

Хочется обзывать себя последними словами, только это не поможет. Не вернет мне жену и шесть потерянных лет.

Машка, Машенька, Маруська… — закрываю глаза и шепчу в пустоту. Будто жена может услышать меня на расстоянии. — Прости меня за все, девочка моя. Дай нам еще один шанс. Последний. На этот раз я не облажаюсь, клянусь…

Глава 46

Арсений

Расскажи, насколько ты любил?

Что-то между страстью и разлукой?

Как ты быстро обо мне забыл?

С кем теперь спасаешься от скуки?

Как встречаешь без меня рассвет?

Почему всё сложным оказалось?

Расскажи, а ты вообще любил?

Или, может, просто показалось?

aksigam

Я нервничаю. Очень.

Не припомню, чтобы так переживал даже перед самыми важными играми.

Чувствую себя заключенным, виновным по всем предъявленным обвинителем статьям, но отчаянно жаждущим помилования.

Всеми правдами и неправдами я ускользаю с работы пораньше, чтобы заехать в магазин и купить Марусе букет.

Понимаю, что она вполне может меня им отхлестать до крови, но готов вытерпеть всё. Лишь бы получить второй шанс.

Пока иду к выходу из торгового центра, замечаю в витрине одного из ювелирных бутиков интересный комплект.

Элегантный дизайн и голубые камни, как раз под цвет любимых глаз.

Покупаю, не раздумывая. Хотя даже не знаю, примет ли бывшая жена этот подарок. Но не купить не могу.

Приезжаю в кафе на пятнадцать минут раньше и занимаю наш столик. Он расположен очень удобно, чуть в отдалении от остальных и как бы в небольшой нише.

Никаких чужих ушей и глаз. Полное уединение.

И чудесный вид за окном. Куда же без этого.

Маша опаздывает, но я сижу и жду. Заказываю чашку кофе и смотрю в окно, погрузившись в свои мысли.

Прогоняю в голове те слова, что хочу ей сказать. Так, чтобы она поняла и приняла мои объяснения.

Время тянется безбожно медленно, а мои нервы словно на кулак наматываются. Ожидание становится мучительной пыткой.

Но вот звякает колокольчик, и Маша появляется в зале. Я сижу так, что сразу ее замечаю.

Красивая такая.

Волшебная. Нереальная. Единственная и неповторимая.

Собранные на затылке светлые волосы, темные брюки, зеленая блузка и жакет, идеально подчеркивающие фигуру.

Глаз оторвать невозможно.

— Привет, — говорю хрипло, когда Машка присаживается напротив.

— Привет, — выдыхает она.

— Это тебе, — указываю на лежащий на подоконнике букет.

Машка смотрит на него лишь мельком, а потом качает головой, отчего сердце в груди тревожно сжимается.

— Не стоило, Арс. Правда не стоило.

— Заказывать что-нибудь будете? — спрашивает подошедшая официантка.

— Латте с двойным карамельным сиропом. Это все.

— Хорошо.

Чувствую неладное. Всеми фибрами души ощущаю, что Маруська от меня ускользает. Лицо отстраненное, безэмоциональное.

Словно маску на себя надела.

Мне это пиздец как не нравится. Поэтому я тороплюсь начать разговор. Извиняюсь за свое поведение, выговариваю все, что лежит на душе.

Пытаюсь объяснить, как она мне дорога. Что никого, кроме нее, в моей жизни больше не будет.

— Я не вру тебе, Маш. Наш развод был самой большой ошибкой в моей жизни. Это словно помутнение какое-то. Я хотел бы всё изменить, вернуться в прошлое и всё исправить, но…

Про роль отца в этой заварушке я умолчал. В конце концов, решение о разводе принял я, а не он. И вся вина лежит на мне.