Сирийский рубеж 4 (СИ) - Дорин Михаил - Страница 57

— Кем я и остаюсь, Мелвин. Солдатом, мужем и отцом, — ответил Кроу, затушив остатки сигары.

Райслер аккуратно положил на стол папку и отклонился назад.

— Как твой «круиз» по Средиземному морю? — спросил Кроу.

— Не всё у нас получилось так, как планировали. Ричард, я вчера был в Лэнгли.

— И что? Теперь ты пришёл узнать величину своего процента по новой… сделке?

Мэлвин замотал головой и придвинулся к столу, смотря Кроу прямо в глаза.

— Нет. Я по поводу твоей мести. Ты продолжаешь искать всех, кто был причастен к уничтожению колонны в Сирии.

Ричард и бровью не повёл, когда Мэлвин заговорил о его личной вендетте.

— Это не твоё дело, Мэл. Решай вопросы с африканцами и компаниями. Русских оставь мне.

Однако Мэлвин не отступал.

— Ричард, ты и так зашёл слишком далеко. Сначала советские лётчики, затем полковник ВВС «Советов». Недавно ты и вовсе убил полковника их Главного разведывательного управления, а затем устроил взрыв в советском посольстве в Сирии. Они это так не оставят.

При этих словах Кроу провёл рукой по бейсбольной перчатке, сжав пальцами кожаную поверхность так, что заскрипели швы.

— Послушай, Мэл…

— Нет, Ричард. Остановись. Это уже слишком. Ты имеешь дело с очень хорошими профессионалами. Если ты продолжишь, русские вновь выйдут на Блэк Рок. Мы только что смогли договориться с «Советами» по Ливии. Нам еле-еле удалось заключить с ними сделку по Африке, чтобы они закрыли глаза на будущие события в Сьерра-Леоне. Узнав, что ты замешан там, они не дадут нам работать в этой стране.

— Мэл…

— Я просто тебе послание передаю, — добавил Мэлвин.

— А я просто объясняю, — медленно сказал Кроу и поднялся на ноги.

Тишина буквально повисла в воздухе. Даже гул кондиционеров стал тише. Ричард развернул фотографии своего сына к Мэлвину.

— Это мой сын. Я помню первый день жизни Эдриана. Как взял его на руки и прижал к себе. Как услышал его крик и почувствовал удары его сердца, — тихо сказал Кроу.

Ричард провёл рукой по перчатке на столе и опустил голову, продолжая говорить ещё тише, слегка хриплым голосом.

— Это вещи моего сына. Первая бейсбольная перчатка, мяч, зажигалка… и его фотографии. А теперь моего сына нет.

Глаза Ричарда начали наливаться злобой, когда взглянул на Мэлвина. Кулаки сжались, а на лице появился звериный оскал.

— Какой-то русский ублюдок пустил ракеты по приказу другого ублюдка, и Эдриан погиб. И ты мне говоришь, чтобы я остановился⁈ Я не святой, мать твою! Я всех уничтожу!

Кроу стоял, будто высеченный из камня. Лицо оставалось таким же злобным от душевной боли.

— Мне всё равно кто. Лётчики, их командиры, офицеры в штабе и в КГБ. Каждый, кто поставил подпись под приказом, каждый, чья рука была на этом ударе, умрёт.

Мэлвин осторожно кивнул, встал со своего места и задумчиво подошёл к окну. Переубедить своего боевого друга он не смог. Теперь Райслер понимал, что предстоит новое столкновение интересов. Большая игра продолжается.

— Тебе нужны фамилии? — спросил Райслер.

— Я и так их знаю. Осталось устранить двоих, — ответил Кроу.