Пробуждение тьмы (СИ) - Демидов Джон - Страница 34

Тут меня озарило:

«Вот оно! В суете выполнения квеста от Аланы я совсем упустил из вида, что её сестра, перед своим временным исчезновением, включила меня в свою семью, сделав единственным её участником, и всё это время я понятия не имею даже о том, что это вообще за семья, какие привилегии она мне даёт, и какие на ней может лежат обязательства.»

Этот человек мог помочь мне разобраться с этим вопросом, но сначала надо решить проблему с его мировоззрением. Он был рабом долга, который уже давно никто не помнил. И это меня бесило. Он был слишком хорош для той участи, что ему грозила.

Внезапно в мою голову пришла идея, которая могла бы помочь с решением этой проблемы. Идея была безумной, очень рискованной, и я бы даже сказал — почти безрассудной. Тем не менее я решил попробовать, и полагаясь на свою интуицию, сказал:

— А что, если… — я замялся, подбирая слова. — Что, если ты сделаешь это не самовольно? Что, если я дам тебе новый приказ, как старший представитель одной… очень почитаемой семьи. Если ты войдёшь в её состав, то станешь частью чего-то большего, и твоя верность перейдёт к ней, верно? И старые приказы потеряют силу, тем самым освободив тебя!

Старик уставился на меня своими мутными глазами, в которых плескалось целое ведро смятения и недоверия, но к своей неописуемой радости я увидел, что помимо этого там появилась ещё и давно утраченная искра чего-то, похожего на интерес.

— Семья? Какая ещё семья? Ты… ты кто вообще такой, парень?

Я глубоко вздохнул и впервые за долгое время позволил себе улыбнуться. Горькой, усталой улыбкой, после чего сказал:.

— Я тот, кто пытается навести хоть какой-то порядок в этом бардаке. И спасти тех, кого ещё можно спасти. Так что? Готов сменить шило на мыло? Или так и будешь гнить здесь в одиночестве, пока за тобой не придут совсем другие ребята?

Я протянул ему руку. Старик смотрел то на мою руку, то на моё лицо. Я прямо видел, насколько нешуточная шла борьба в его взгляде. Годы рабской преданности системе — против призрачного шанса на свободу. На новую жизнь.

В конце концов он медленно… Очень медленно поднял свою дрожащую иссохшую руку, и положив её на мою, произнёс тихим голосом:

— Ладно, не чувствую я в тебе гнили, так что рискну. Была не была. Только… только без обмана, парень. Я верю твоему слову и надеюсь не пожалею об этом.

— Я своё слово сдержу, — пообещал я, и сразу же развёл кипучую деятельность, стараясь не думать о том, как буду объяснять Анарии внеплановое пополнение её рода…

Первым делом мне нужно было разобраться с состоянием старика, который реально очень плохо выглядел. Мои запасы уже давно показывали дно, а значит пришло то самое время, когда я буду эти запасы пополнять…

С этими мыслями я призвал из пространственного рюкзака алхимическую печь, и под удивлённым взглядом старика уселся прямо на пол, после чего начал вспоминать необходимый рецепт для создания пилюли восстановления.

Наука наставника, как оказалось, впиталась в мою память намертво, и как только я задался вопросом рецепта, то в памяти тут же всплыли необходимые ингредиенты: 1 часть мелодиянки, солнечного гроздя и ледяного лотоса, 2 части огнецвета и одуванчика зернистого, ну и 7 частей лумифлора для стабилизации…

Помимо этого я вспомнил, что огнецвет обладает повышенной силой взаимодействия с духовным пламенем, и убедившись, что вроде как ничего больше не забыл, приступил к таинству приготовления.

За время создания пилюли я осознал, что успел очень соскучиться по этому занятию. Если вдуматься, то крайний раз, когда я что-то делал — так это во время обучения у наставника! А потом просто почивал на лаврах того, что он мне оставил перед своим исчезновением… Этот процесс оказался очень умиротворяющим, и я даже на несколько мгновений задумался о том, чтобы остаться здесь подольше…

Но потом перед глазами встало лицо Дарины, и я сразу отказался от этой своей затеи, сосредоточившись на приготовлении одной единственной капсулы.

Спустя пару минут всё было готово, и я с довольным выражением лица рассматривал две абсолютно одинаковые пилюли:

Сжатый эликсир восстановления

Качество: Хороший.

Эффект: При употреблении немедленно восстанавливает 10% здоровья и маны, после чего каждые две секунды восстанавливает ещё по 2% на протяжении 3 секунд.

Откат: 2 минуты

Мысленно порадовавшись тому, что благодаря удаче у меня получилось сделать две капсулы, вместо одной, я отдал обе штуки старику, и бескомпромиссным голосом потребовал:

— Ешь!

Старик, до этого наблюдавший за мной с открытым ртом, медленно протянул дрожащую руку.

— Алхимик… — прошептал он с благоговением, каким меня ещё никто никогда не одаривал. — Целых две пилюли за один раз… Я такое слышал только в легендах… Спасибо, сынок… Сейчас.

Он положил обе пилюли в рот и сглотнул. Эффект не заставил себя ждать. Почти сразу же его выцветшая, морщинистая кожа приобрела более здоровый, розоватый оттенок. Спина непроизвольно выпрямилась, а мутные глаза прояснились и загорелись живым, осмысленным светом. Он глубоко вздохнул, и этот вздох уже не был предсмертным хрипом.

— Ох… — выдохнул он, с изумлением разглядывая свои руки, будто видя их впервые. — Сил прибавилось… И в глазах прояснилось… Спасибо тебе, эмиссар. Век не забуду твоей заботы!

— Не за что, — отмахнулся я, убирая печь обратно в рюкзак. Радость от успешного творения теплилась внутри, но её тут же сменила привычная практичность.

— Теперь о деле. Ты говорил, что следил за городом, значит, знаешь все ходы и выходы. Как туда попасть так, чтобы меня не заметили? Или чтобы заметили, но слишком поздно?

Старик, заметно оживившись, кивнул. Он с лёгкостью поднялся с топчана и подошёл к своему столу, заваленному бумагами, где начал сосредоточенно рыться среди свитков и в конце концов вытащил один, испещрённый точными, аккуратными линиями.

— Смотри, — он ткнул пальцем в схему, напоминающую систему горных туннелей и пещер. — Это старые горняцкие выработки. Их давно забросили, но они до сих пор не обрушились.

Один из ходов… вот здесь… он выходит прямо в подвал старого склада в самом бедном квартале. Его почти не охраняют. Стражники туда заглядывают редко — вонь от гниющих тканей и крысиные стаи. Я несколько раз туда пробирался, чтобы… ну, проверить обстановку.

Он хитро подмигнул мне, и в его взгляде вдруг мелькнула былая сноровка разведчика.

— Но сразу предупреждаю: путь не из лёгких. Туннели частично завалены, там темно, сыро и полно всякой… живности. Не смертельной, но мерзкой. И главное — при движении по этим тоннелям нужно соблюдать тишину. Любой шум в тех каменных мешках разносится так далеко, что иной раз только диву даёшься…

Слушая старика, я пристально изучал карту, мысленно прокладывая свой маршрут, и очень сильно радуясь, потому что это было куда лучше, чем лобовой штурм или попытка пройти через главные ворота.

— А что насчёт магии? — уточнил я. — В городе наверняка есть какие-то детекторы…

Старик почесал щетинистый подбородок, после чего пробурчал:

— Сложный вопрос… Защитный контур города в том месте самый слабый, и он больше на физические угрозы заточен, однако твоя сила… она мощная. Если ты будешь применять что-то масштабное, то как пить дать почуют, куда денутся… Лучше всего пользуйся маркировкой, если она у тебя есть. Она поможет тебе остаться не замеченным и выполнить свою миссию.

— Ладно, — я свернул карту и сунул её за пазуху. — В любом случае — это наш лучший вариант. Проводишь меня до входа?

Старик, услышав моё предложение выпрямился во весь свой невысокий рост, после чего в его глазах вспыхнул тот самый огонь, что, должно быть, горел в нём все эти годы.

— Конечно, эмиссар. Это моя обязанность и мой долг. Ты меня вытащил из ямы, теперь моя очередь помочь тебе. Семейные дела, как-никак…

Глава 18

Петля затягивается

Заметно оживившийся после эликсиров старик кивнул в ответ на мой вопрос и подошёл к самой дальней, казалось бы, ничем не примечательной стене пещеры. Его пальцы уверенно пробежали по шероховатому камню, нажимая на едва заметные выступы в определённой последовательности, сразу после чего раздался тихий, низкочастотный скрежет, и часть скалы, которую я до этого с полной уверенностью считал монолитной, начала бесшумно уходить в сторону.