Воронцов. Перезагрузка. Книга 6 (СИ) - Тарасов Ник - Страница 18

— Уверен, — твёрдо ответил я. — Только не уверен, успеем ли помочь. Много времени утеряно. Вам нужно было ещё ночью меня тащить к нему, а не утром.

Иван Дмитриевич слегка потупил взгляд, а потом поднял голову. На его лице читалось беспокойство и чувство вины. Он явно понимал, что промедление могло стоить градоначальнику жизни. Мы продолжили путь в молчании, и только через несколько десятков шагов он снова заговорил:

— Что ещё нужно делать? — спросил он тихо, будто боясь услышать ответ.

Я пытался сформулировать мысль. Задача была не из простых — объяснить человеку, далёкому от медицины, все тонкости предстоящих процедур.

— Даже не знаю, как объяснить… Ну, для начала, к ювелиру пошлите кого-то. Тот обещал к обеду сделать для меня иглу, хотя бы одну. Вот пусть её и заберут. Если тот не успевает, посодействуйте, чтобы успел. Мне нужна она максимально быстро.

Иван Дмитриевич снова махнул рукой, и уже другой мужик буквально появился возле него. Быстро, в двух словах описав, что нужно сделать, и тот умчался, видать, к ювелиру. Я лишь провёл его взглядом, отмечая про себя странную эффективность этой невидимой сети помощников.

— Дальше, — сказал я, собираясь с мыслями, — мне нужны несколько серебряных монет или обрезки серебра. Тоже, кстати, у ювелира можно узнать и взять.

По взмаху руки Ивана Дмитриевича к нам подбежал какой-то щуплый парнишка. Иван Дмитриевич ему что-то шепнул, и тот убежал.

«Да сколько же их тут вокруг нас крутится?» — подумал я, сам оглянулся — никого нету. Странное ощущение, будто находишься в центре невидимой паутины, каждая нить которой готова передать сигнал в нужном направлении.

— Ладно, — махнул я на все это рукой и продолжил. — Ещё нам нужно полбутылки азотной кислоты.

Иван Дмитриевич слегка нахмурился, явно не понимая, о чём речь.

— Её здесь могут ещё называть крепкой водкой, — пояснил я, наблюдая, как на его лице отражается понимание.

— А где же её взять? — спросил Иван Дмитриевич, уже готовя руку для очередного таинственного жеста.

— Скорее всего, у ювелиров или у аптекарей.

Тот снова взмахнул рукой, и новое действующее лицо появилось как по волшебству. Пара слов, и парень исчез, буквально растворившись.

— Да где же они тут все прячутся? — хмыкнул я, озираясь по сторонам, будто ожидая увидеть толпу людей, выглядывающих из-за угла. А сам продолжил: — Дальше найдите открытое место, ну или, по крайней мере, хорошо проветриваемое. Туда нужно организовать огонь, какие-то зажимы, триноги. Инструмент, чтобы было сподручно работать, горшки, воду.

Иван Дмитриевич внимательно слушал, морща лоб от напряжения, словно боялся упустить хоть слово. В его глазах читалась надежда, смешанная с недоверием — видно было, что он не до конца понимал, как мои странные указания помогут градоначальнику, но готов был выполнить любое распоряжение.

— Да, найдите Фому, — продолжил я. — Он где-то к обеду или, быть может, вот-вот уже должен приехать. Возьмите у него одну или две банки. Скажите, я попросил, они мне нужны.

Я остановился на мгновение, пытаясь упорядочить мысли, перебирая в голове всё необходимое, чтобы ничего не упустить.

— Ещё пару горшков возьмите небольших и воду дистиллированную.

— Это какую? — переспросил Иван Дмитриевич, явно не знакомый с термином.

— У аптекаря спросите, — отмахнулся я. — А если не будет, так в чан налейте воды два-три пальца и поставьте на сильный огонь. Та, когда начнёт кипеть…

Я замолчал, подбирая наиболее простые слова для объяснения процесса дистилляции людям, никогда не изучавшим науки.

— Опять же, у Фомы или, если ещё не приехал, у Игоря Савельевича, у него тоже, может быть, возьмите лист стекла, который мы в Уваровке делаем. И пусть кто-то, даже лучше двое, его держат над этим паром. Пар будет подниматься и, охлаждаясь, стекать по стеклу. Вот, собственно, эти капельки и нужно собирать. Обязательно нужно собирать в чистую посуду, — подчеркнул я, зная, насколько важна стерильность в таких делах. — Пускай вымоют её перед этим. В кувшин, в ведро, но главное, чтоб было чисто.

Пока я всё это рассказывал, я не обращал внимания, а когда оглянулся, то увидел, что сзади шёл мужик и время от времени что-то кивал сам себе, словно мысленно повторяя мои инструкции. Его взгляд был сосредоточен, а пальцы то и дело сжимались, будто он пытался удержать в руках нечто невидимое.

Иван Дмитриевич переспросил его:

— Всё запомнил?

Тот кивнул.

— Иди, — коротко бросил Иван Дмитриевич.

Мужик испарился, как будто его и не было, а я же продолжил дальше:

— Мне нужно несколько металлических пластин двух типов: медь…

Я задумался на мгновение, соображая, где в городе можно достать необходимые материалы для создания примитивной гальванической батареи.

— Кстати, можно использовать просто медные монеты, проволоку, может быть, куски старой посуды. Неважно. Главное, чтобы это была медь. И цинк. Его можно у кузнеца спросить. Либо же в виде пластин у лудильщика взять.

Я представил, как эти люди, никогда не слышавшие об электричестве, будут собирать то, что в их понимании было лишь странным набором металлолома.

— И нужно будет сделать крепкий раствор из чистой соли, но важно, чтобы соль была чистая. Также нужно будет ткань, лён или сукно, можно кожу либо же толстую бумагу, которая потом будет пропитана соляным раствором.

Иван Дмитриевич снова кивнул мне за спину. Я повернул голову и заметил, что от нас куда-то побежал парнишка с такой скоростью, словно от этого зависела его собственная жизнь.

Я посмотрел ему вслед и спросил:

— Иван Дмитриевич, а где вы всех их собирать-то будете? С тем, что я заказал?

А он уверенно ответил:

— У кузнеца во дворе.

— Ну отлично, тогда идём, — согласился я, прикидывая в уме, насколько подходящим будет это место для моих целей.

И мы направились к нему. По дороге я же продолжил, добавив, что мне нужны трубки метра полтора.

— Их можно взять у кожевников, — продолжал я свои пояснения. — Из кишок, может быть, козы, может, овцы, чтобы не слишком толстые были. Только нужны абсолютно чистые. Проследите, чтобы были выделанные и выстиранные.

Иван Дмитриевич шёл рядом, иногда оборачиваясь к сопровождавшим в тени нас людям и отдавая короткие распоряжения. Казалось, весь город был теперь мобилизован на спасение своего градоначальника.

— Кстати, может быть, спросите у аптекаря, есть ли готовые? — добавил я, думая, что городской аптекарь мог иметь в своих запасах что-то подходящее.

Тот кивнул и передал слова подбежавшему мужику, который тут же сорвался с места, словно гончая, учуявшая след. Я невольно улыбнулся такой расторопности — когда нужно, люди могли действовать с удивительной эффективностью.

Улицы петляли, заставляя нас то и дело сворачивать то вправо, то влево. Город был построен без всякого плана, как это часто бывает в старых поселениях, где каждый новый дом возводился там, где было удобно его хозяину, а не согласно какой-либо общей схеме.

Наконец, мы вышли туда, где располагалась кузница. Дым из трубы поднимался высоко в небо, а звук ударов молота по наковальне разносился далеко вокруг.

Пока мы дошли до кузницы, на столе во дворе уже лежали металлические пластины, несколько серебряных монет, соль, ведро с водой, а помощник кузнеца уже разжёг огонь, ставя нечто похожее на треногу возле него.

«Быстро же они тут все могут делать, когда хотят», — подумал я, с удивлением глядя на эту картину готовности.

Глава 9

Осмотрев все, что было на столе, я не стал дожидаться момента, пока все мои заказы принесут, и приступил к работе. Кузнец тут же подошёл ко мне и со всей серьёзностью спросил, какая от него требуется помощь и чем он может быть полезным в моём деле. Я сказал, что пока никакой, но пусть выделит мне пару человек из своих помощников, чтоб были рукастые и понимали, что я от них хочу — нужно, чтобы они были на подхвате, а у тебя, мол, и так есть заказ интересный.