Огненная невеста, или Отбор без правил (СИ) - Фирст Наталья - Страница 41

– Ломать не строить, – вполне оптимистично оповестила она окрестности и решила испытать картинку попроще. – Попробуем сделать кастрюлю.

Эрна оглядела пень, вот по форме совсем как кастрюля, только без крышки, решив, что одно к другому вполне подходит, она снова, строго по канонам магии, соорудила двухэтажную долю, мысленно дорисовала крышку и начала выписывать знак, как вдруг вспомнила о курином супе и слегка сбилась.

Ну, что ж, кастрюля у нее получилась. Настоящая такая большая кастрюля, как у кухарки в доме бургомистра. И крышка тоже вышла. И даже ручки по бокам. Из кастрюли торчала натуральная поварешка. Над поляной пошел запах куриной лапши. Все портила сущая ерунда. Так, мелочь.

Стояла кастрюля не на земле. Из дна у нее росли две мощных птичьих лапы. Подумав, Эрна решила определить их как куриные. Нормальные такие, желтые лапы с крючковатыми когтями. Лапы усердно разгребали землю, искали червячков для несуществующей головы, отчего кастрюля пританцовывала и звенела крышкой.

На поляне появился кот, посмотрел на получившийся артефакт, сказал: «Ну-ну!» – и снова слинял.

Эрна даже обиделась. Нет чтобы поддержать, сказать что-нибудь ободряющее, а тут какое-то «ну-ну»! И все? Мало того, что утром с дивана стряхнули. Ну, я вам еще покажу!

Кастрюлю она решила оставить. А что? Хорошая иллюзия. Кто знает, вдруг так и было задумано. Вон как славно получилось! И ведь, согласно общему правилу, не сбежит, а значит, и догонять будет не нужно. Вот и пусть стоит. Главное, никому не мешает.

Дальше пошло проще. Эрна решила остановиться на простых формах, нацелилась на следующий пень и, наплевав на схожесть форм, громко заказала:

– Кубик!

Кубик получился. Правда, кривобокий и не совсем кубический, точнее, совсем не кубический, но очень близкий к задуманному. Покосившись на кастрюлю и сама себе удивившись, как смогла так точно ее воспроизвести, Эрна перепробовала всю школьную программу, превратив пень поочередно в шар, пирамиду и цилиндр. Последний вышел идеально. А то! Превратить цилиндр в цилиндр это вам не хухры-мухры, для этого определенно, нужен талант!

За тяжкими трудами незаметно пробежала половина дня. От фиги немилосердно сводило пальцы, все время приходилось делать перерывы. Истратив по три попытки на каждую фигуру, окрасив их в итоге в разные цвета и добившись более-менее правдоподобных форм, девушка решила попить лимонада и подошла к столу. А на поляне остались стоять красный шар, синий куб, зеленая пирамида, желтый цилиндр и серебристая кастрюля на куриных ногах.

На поляну осторожно сунул нос Кисун. Глянул на этот театр абсурда, мученически возвел к Небесам глаза и горестно вздохнул. Эрна прыснула.

– Может, отдохнешь? – невзначай поинтересовался он. – А заодно покормишь старого усталого кота?

– Отдохну, – со смехом согласилась девушка, – и покормлю. И сама тоже поем.

– Вот и славненько. – Кисун моментально оживился и запрыгнул на диван.

По хлопку на столе появился прекрасный обед из жаркого, салата и куриной лапши. Супа захотел и кот. Эрна, не скупясь, налила ему в мисочку. Ели спокойно, беседуя на отвлеченные темы. О результатах Кисун не спрашивал. Какой толк спрашивать о том, что и так перед глазами.

Кастрюля тоже устроила себе обед. Она упорно пыталась клевать добытых лапами червяков, расплескивая вокруг иллюзорный бульон. Короче, все были довольны. Но каждый по-своему.

После обеда девушка быстренько навела порядок. Да и что там наводить? Хлопнула в ладоши, и готово. После она решила похвалиться успехами.

– Смотри, как я уже научилась, – сказала Эрна.

Потом поочередно она растворила всю иллюзорную геометрию. Нацелилась на ближайший пень и, сосредоточенно рисуя в воображении горшок с фиалкой, как на подоконнике у матушки, медленно сказала:

– Горшок с фи…

– … гней! – закончил с дерева звонкий голос и разразился хохотом.

Эрна запнулась и машинально довела движение кистью до конца.

Что за фигня оказалась в горшке, она не решилась бы определить ни за какие коврижки. Главное, не воняет, а тонко благоухает фиалками. Только слегка побулькивает и зыркает со дна голубыми глазами. Вполне себе безобидная такая фигня. Зато горшок вышел – не горшок, а загляденье! Такой самому мэру под кровать поставить не стыдно. Тонкий, фарфоровый, ослепительно белый, с круглым загнутым бортиком, чтобы не вредить седалищу, и фигурно изогнутой ручкой.

Девушка погрозила невидимым мавкам кулаком, чем вызвала новый всплеск радости. Кисун подошел, осторожно заглянул в горшок, сказал неизменное «ну-ну» и собрался уже удалиться в лес, но не успел

Эрна моментально завелась, вспомнила утреннюю обиду, наставила фигу на толстый черный хвост, крутанула кистью и выкрикнула:

– Полоз!

Удивительно, но в этот раз получилось идеально. Задняя часть кота обзавелась своей собственной живой змеей. Кисун замер, оглянулся, оглушительно заорал и рванул в лес. Вот только у змеи на этот счет было свое змеиное мнение. Никто не забыл про правила? Передвигаться в пространстве не могут только иллюзии, наложенные на неживые объекты. А кот был вполне себе живой. По крайней мере, пока. И змея с перепуга рванула в сторону, противоположную коту. Фигура с двумя головами застряла на одном месте, пытаясь убежать сама от себя. С елки раздался гомерический хохот. На землю плюхнулось что-то невидимое.

В голове Эрны появилась какая-то очень важная мысль, задержалась на мгновение и улетучилась, уступив место смеху. Девчонка, держась от хохота за живот, сползла на траву. Перетягивание кота продолжалось недолго. Кое-как утерев рукой слезы, девушка сделала обратный пас и отменила заклинание. Кот не оглядываясь скрылся за кустами.

На земле возились мавки, икая от смеха.

– Не мешайте, – бросила им волшебница. Потом навела знак на следующий пень и четко произнесла: – Вазон с ро...

– гами!

– жей!

Дуэтом возвестили мавки.

– Да что б вас всех! – не сдержалась Эрна.

Все вышло строго как заказывали. Вместо пня появился шикарный мраморный вазон, над ним возвышались ветвистые оленьи рога. На округлом боку красовалась весьма недовольная рожа неизвестного Эрне существа. Рожа несимметрично мигала и шмыгала носом. Довершали картину чахлые ромашки, скорбно свисающие по окружности.

– Где вы, а ну, покажитесь! – девушка резко развернулась на звук смеха. Шум опять раздавался со стороны елки. Мавки затаились. – Я на вас Анилунне нажалуюсь!

Раздался новый взрыв хохота. Эрна с возмущением оглядела вазон. Там все было в полном порядке – морда равнодушно жевала ромашку, рога стояли без изменений.

– Поймаю – прибью, – пригрозила в пустоту волшебница. – Два таких чудесных заклинания испортили!

– Эрна – злючка-недоучка! – Беспрестанно хихикая, мавки завели на два голоса дразнилку.

От злости дочь бургомистра совсем не благородно сплюнула и вдруг вспомнила, какая мысль сбежала от нее. Третье правило! Хочешь сделать невидимое видимым – ударь по нему иллюзией, а потом отмени.

– Невидимые, значит, – прошипела она себе под нос, – ну я вам сейчас покажу. В табуреты превращу!

Она резко развернулась к елке и вдарила заклятьем.

– Табурет!

Мавки предусмотрительно смылись. Зато на землю с возмущенным чириканьем свались две крохотные табуреточки – подбитые случайным заклятием птахи.

После десятка попыток поймать неуловимых мавок от Эрны разбегалось все, что могло бегать, и разлеталось все, что могло летать. Что не могло ни летать, ни бегать пыталось отползти от греха подальше. Под горячую руку попали даже стол и елка. Нет, волшебница метила совсем не в них. Просто так получилось.

Зато теперь вокруг дивана бегали две большие рыбины с человечьими головами в кудряшках, каждая на шести деревянных ножках. Бегали, обиженно верещали и норовили укусить обидчицу за выступающие части тела. Но из-за длинных негнущихся лап приблизиться к дивану вплотную не могли.