Черный воздух. Лучшие рассказы - Робинсон Ким Стэнли - Страница 62

Потом йети вскочил и, покачиваясь на кривых ногах, ушел в лес. Он даже не обернулся ни разу. Я остался один в лучах утреннего солнца, с тяжелым ожерельем на груди. Рука по-прежнему болела. Значит, это действительно было. Мне не приснилось. Меня действительно благословили.

Собравшись наконец с мыслями, я двинулся вниз по течению и обратно в лагерь. Ожерелье спрятал поглубже в кармане стеганой куртки и по дороге до лагеря продумал ответы на все возможные вопросы.

Фил был уже там и без умолку трещал, собрав вокруг себя всю группу.

– А вот и Натан! – закричал он. – Где ты пропадал? Я уже начал думать, что они тебя сцапали!

– Тебя искал, – ответил я, без труда разыгрывая раздражение. – И кто такие «они»?

– Йети, идиот! Ты его тоже видел, не прикидывайся! Я бросился за ним вдогонку и видел его еще раз выше по течению.

Я пожал плечами и взглянул на него с сомнением.

– Ничего я не видел.

– Значит, не там смотрел. Нужно было идти за мной. – Он повернулся ко всем остальным. – Надо на несколько дней перенести лагерь в ту долину, но очень тихо. Это же уникальная возможность!..

Валери кивала, и Армаат, и даже у Сары появился в глазах какой-то блеск. Ботаники тоже, видимо, обрадовались приключению.

Я возражал, говорил, что будет трудно перенести весь лагерь в верхнюю долину, что мы распугаем так всех зверей, которые там еще есть, убеждал Фила, что он видел медведя. Но мои доводы на него не действовали.

– У того существа, что я заметил, был затылочный гребень, и оно передвигалось на двух ногах. Это снежный человек.

Несмотря на мои протесты, они все-таки собрались перенести лагерь в верхнюю долину и заняться интенсивными поисками йети. Я просто не знал, что делать. Если бы я стал протестовать активно, они наверняка заподозрили бы, что я тоже видел снежного человека. А каких-то особых способностей незаметно разрушать чужие планы у меня, увы, не было – поэтому, в частности, я и оставил университет.

Я уже совсем отчаялся придумать что-нибудь, но тут мне на выручку пришла погода: задолго до начала сезона дождей вдруг разразилась гроза, и у меня появилась идея. Ложе реки в нашей долине было хоть и глубокое, но с крутыми берегами, и один хороший дождь в течение дня быстро поднял бы уровень воды до предела. Чтобы попасть в три верхние долины, нам нужно было пересечь мост, и еще два ждали нас на обратном пути к аэродрому.

Короче, у меня появился шанс. Посреди ночи я выбрался из палатки и направился к мосту. Обычная деревенская работа: две груды больших камней на каждом берегу удерживали три распиленные вдоль бревна, перекинутые через реку. Вода уже подмывала основания опор. Я немного поработал длинным шестом, вклинив его между бревнами, и опора на нашем берегу рухнула. Странное возникает ощущение, когда разрушаешь мост – одно из наиболее ценных творений человека в Гималаях, – но я старался от души. Быстро освободил концы бревен и пустил первое по течению. Два других тоже не заставили долго себя ждать. Я же пробрался в свою палатку и лег.

Вот и все. Наутро, когда обнаружилось, что моста нет, я с сожалением покачал головой и добавил, что ниже по течению потоп будет еще хуже. Потом спросил, хватит ли у нас продовольствия, чтобы пересидеть тут сезон дождей. Разумеется, таких больших запасов не было, и спустя час – все это время с неба лило как из ведра – Армаат, Валери и ботаники решили, что сезон дождей и впрямь уже начался. Визгливые протесты Фила никого не убедили, так что мы свернули лагерь и на следующее утро двинулись в обратный путь. Стоял легкий туман, а к полудню он и вовсе уступил место ослепительному солнечному свету, лучи которого отражались в миллионах капель влаги. Но к тому времени мы прошли уже значительную часть пути, и назад ходу не было.

Такие дела, Фредс. Ты еще не выбросил это письмо? Да, я солгал им, скрыл информацию и в конце концов отпугнул экспедицию своих коллег, которые меня же и наняли, от исследований. Но ты ведь понимаешь, что я просто обязан был это сделать. Там, в горах, живут разумные мирные существа. Цивилизация их наверняка уничтожит. А этот йети, что прятался вместе со мной… Каким-то образом он почувствовал, что я на их стороне. Вот за это доверие я бы, наверно, и жизнь отдал, честное слово. Предать их – просто немыслимо.

На обратном пути Фил продолжал настаивать, что видел снежного человека, а я всячески его осмеивал до тех пор, пока Сара не начала бросать в мою сторону странные взгляды. К концу перехода, когда мы почти вышли к Дж., они, к моему сожалению, снова сблизились. Может быть, ей стало жалко Фила, а может, она догадывалась, что я их обманул. Не исключено, что так оно и было: Сара знала меня достаточно хорошо. Но так или иначе, это действовало на меня угнетающе, и я ничего не мог поделать. Я должен был скрывать то, что мне известно, и лгать, хотя это рушило нашу давнюю дружбу и мучило меня самого. Как только мы вернулись в Дж., я сказал всем «До свидания», нисколько не сомневаясь, что присущие зоологической науке трудности с финансированием удержат их вдали от Гималаев очень надолго – и слава богу. Что же касается Сары – черт!.. – с ней я распрощался насовсем, и возможно, в моих словах чувствовался какой-то упрек. Короче, они полетели, а я отправился в Катманду своим ходом – чтобы не быть рядом с ней и чтобы привести свои мысли в порядок.

Ночи в этом переходе казались такими длинными, что я в конце концов решил описать происшедшее со мной, чтобы как-то себя занять. Надеялся, это поможет справиться с переживаниями, но, сказать по правде, я никогда не чувствовал себя более одиноким. Хотя признаюсь, я испытывал немалое удовольствие, представляя, как ты сходишь с ума, читая мое письмо. Я просто вижу, как ты скачешь по комнате и по своей привычке орешь во весь голос: «НЕ МОЖЕТ БЫТЬ» Надеюсь, у меня будет возможность рассказать тебе об этом происшествии более подробно, когда мы встретимся осенью в Катманду. До встречи.

III

Чтоб я сдох! Я дочитал письмо, но кроме долгого «Да-а-а-а» на ум ничего не приходило. Вернувшись к началу, я стал читать во второй раз, но потом пропустил несколько страниц и принялся перечитывать самое интересное. Встреча со знаменитым Снежным Человеком! Ну и дела! Конечно, этому парню, Натану, не удалось добиться от него ничего, кроме «Пррт», но обстоятельства действительно были необычные, и он сделал все, что мог.

Мне самому всегда хотелось встретить снежного человека. Сколько раз, просыпаясь перед самой зарей в Гималаях, я уходил в сторону от лагеря отлить или просто прикинуть, какой нас ждет день, и почти всегда, особенно в высокогорных лесах, тревожно оглядываясь вокруг заспанными глазами, задавался вопросом: «А не движется ли вот там что-то?.. Не прячется ли там некое таинственное существо?..»

Разумеется, никогда ничего там на самом деле не было. И я обнаружил, что немного завидую этому Натану. Надо же, какая невероятная удача! Почему этот йети, представитель самой скрытной расы в Центральной Азии, так ему доверился? Вопрос не оставлял меня в покое несколько дней подряд, хотя я и занимался своими неотложными делами. Мне очень хотелось узнать что-нибудь еще. Я проверил регистрационный журнал отеля, пытаясь отыскать Натана или Джорджа Фредерикса, и нашел маленькую аккуратную роспись Натана в середине июня, но ни разу не встретил Джорджа или «Фредса», как его называл Натан. Из письма следовало, что они оба должны быть здесь осенью, но где именно?

Потом, однако, мне пришлось заниматься отправкой тибетских ковров в Штаты, потом моя компания пожелала, чтобы я получил в Министерстве туризма разрешение на три новых «видеомаршрута», и одновременно в Центральном иммиграционном бюро решили, что я пробыл в стране уже достаточно долго. Чтобы утрясти все эти дела в городе, где на простую отправку письма может порой уйти целый день, мне пришлось потратить немало времени и сил, и я почти забыл о письме.