Юношество (СИ) - Ланцов Михаил Алексеевич - Страница 63

Лев же видел перед собой блестящего администратора, увлеченного здравым новаторством. Достаточно самостоятельного для того, чтобы совершенно переругаться с императором в бытность свою министром внутренних дел. Но настолько толковым, что Николай Павлович не мог позволить себе его отправить на покой.

И хочется, и колется, и мама не велит.

При этом Лев уже точно знал, что великая княгиня Мария Николаевна чуть ли не открыто сожительствует с сыном Александра Григорьевича при живом муже. Покрываясь в этом своим братом — цесаревичем. И вообще — эти Строгановы имеют чрезвычайное влияние на детей Николая Павловича, а через них и на него самого. Да и брат Александра Григорьевича сам по себе тот еще таран придворный с огромным весом. Плюс другие связи. Весьма немаленькие.

Ну и заводы.

Именно у него на заводах как сам Лев размещал многие заказы, так и Шипов. Не Демидовы, конечно. Но, в отличие от Демидовых, Строгановы были вполне в силе, в своем уме и не вырождались с удивительной скоростью.

Прошла минута.

Тишина явно затягивалась. Поэтому Лев решил сломать излишне выросшее напряжение неудачной шуткой. И произнес цитату из фильма «Джентльмены» Гая Ричи:

— Начинается танец альфа-самцов.

— Что? — переспросил Строганов, явно сбитый с толку этой фразой.

— Они, как собачки, обнюхивают друг другу интеллектуальные задницы… Ведь сейчас именно это происходит?

Александр Григорьевич несколько секунд смотрел на визави, хлопая глазами. Слишком уж он не ожидал от него таких высказываний. А потом засмеялся. Громко. Искренне. И утерев выступившие слезы, произнес:

— Хорошо. Я даю свое отцовское согласие и благословение на ваш брак.

— Может, быть стоит спросить Наталью?

— О, это пустое. Будьте уверены, она вас уже любит.

— И как давно?

— С самого момента знакомства. Кстати, его нужно прямо сейчас и устроить. — вернул он шуточку из начала разговор.

С этими словами он встал и, увлекая Льва за собой, вышел в коридор.

Несколько пролетов.

Поворот.

И они вошли в просторную залу возле зимнего сада, где находилось три женщины. Одна постарше, вторая молоденькая и служанка средних лет. Все спиной к вошедшим мужчинам.

— Вот Лев Николаевич, — громогласно произнес Строганов, привлекая к себе внимание дам. — Это моя супруга Наталия Викторовна.

— Очень приятно, — чинно кивнул Толстой женщине.

— Мне доложили, что к Александру Григорьевичу прибыл граф Толстой. Это, полагаю, вы?

— Именно так, Наталья Викторовна.

— Рада нашему знакомству. Вы легенда. В столичных салонах только и разговорах о ваших делах.

— Шалю-с помаленьку. Бывает.

Женщина мягко улыбнулась и кивнула, принимая ответ. Свой интерес она обозначила, а прямо здесь и сейчас расспрашивать и сплетничать было не очень удобно.

— А это, — продолжил Строганов, — ваша невеста, Наталья Александровна.

— Что⁈ — ахнула мама.

Лев перевел взгляд на девушку и растерялся.

Очень уж похожей оказалась эта юная особа на звезду… хм… непродолжительных, но очень остросюжетных кинолент. Нет, так-то, конечно, чего возмущаться? Просто… граф испугался, что здесь имеет место не просто случайное сходство, а нечто большее. Он даже едва не выпалил:

— Саша?

Лишь чудом сдержавшись. Особенно когда Наталья довольно характерно усмехнулась, реагируя на реакцию мамы. Излишне многообещающе.

— Что с вами? — поинтересовалась она довольно приятным голосом.

— Вы прекрасны, — ответил Лев Николаевич, шагая вперед, и целую ей руку.

У самого же в голове пульсирующими ударами била мысль:

«Проклятая конвергенция[2]! Предупреждать надо![3]»

[1] Такую кобуру придумал Arvo Ojala для трюков с быстрым выхватыванием револьвера в Голливуде в XX веке. Поэтому для реалий 1840-х она выглядела очень неожиданным сюрпризом. Хотя для обычной переноски револьвера его требовалось пристегивать ремешком — слишком уж легко он выскальзывал из кобуры.

[2] Здесь не вполне корректное употребление термина. Конвергенция — это обретение схожих признаков в схожих условиях без наследования и явной преемственности. Случайное визуальное сходство это, все же, не оно. Однако, что вспомнил Лев, то вспомнил.

[3] Автор не нашел более-менее точных описаний внешности Натальи Александровны Строгановой. Поэтому решил немного пошутить, тем более что черты лиц у ее родителей вполне допускали искомую внешность.