Имперский колонист. Том 3 (СИ) - Кощеев Владимир - Страница 37

Так что косметические средства, модельное дело — вся отрасль торговли красотой была буквально запружена благородными женщинами, которые конкурировали между собой ничуть не слабее, чем пираньи. Зазеваешься, и тебя обглодают до костей.

Появление эльфиек в модном доме — это заявка на лидерство, которое никому ещё долго не удастся переплюнуть. Ведь кто бы после этого ни выставил на подиум аэлендорских красавиц, он всегда будет подражателем.

— Что же, дорогой, пригласите их ко мне сегодня вечером, — озвучила своё решение дама. — Я хочу на них посмотреть, а заодно и обсудить наше деловое предложение.

— С удовольствием, дорогая, — отозвался мужчина. — Разумеется, придётся немного поделиться с важными людьми. Но, полагаю, ты и без меня лучше знаешь, кого стоит благодарить за такую возможность.

Дама усмехнулась. О том, как вести дела в Российской Империи, она могла рассказать побольше супруга. А ведь он служил в императорской канцелярии и во всех государственных делах чувствовал себя как рыба в воде. Вот только он был клерком, а она — деловой дамой.

— Как обычно, — произнесла она. — Как обычно.

Земля, Российская Империя, Подмосковье, загородное имение «У Урусова». Ярослав Владиславович Князев.

— Ваше сиятельство, добро пожаловать, — с улыбкой поприветствовала меня девушка в черно-зелёной униформе. — Прошу вас следовать за мной.

Я кивнул Тимуру, и тот махнул мне рукой. Хотя мой воевода совсем не радовался тому факту, что охрану с аристократами на территорию не пускают, однако спорить не стал. Уже привык в Аэлендоре, что я вполне способен и сам, если нужно, продержаться. А уж случись заваруха, дружина прорвётся на помощь.

За воротами нас ждал небольшой электромобиль, стилизованный под первые автомобили. Рукоятку, конечно, крутить не нужно было, однако облик прямо-таки кричал о том, какой перед нами раритет. Даже деревянные вставки чуть состарены, чтобы выглядеть именно реставрированными, а не новоделом. Но больше всего мне понравился руль.

Моя сопровождающая открыла мне дверцу, и я запрыгнул на сидение. Без проблем удалось расположиться с комфортом в довольно мягком кресле — аутентичность аутентичностью, но господа здесь отдыхают такого полёта, что никто из них деревянный диван бы не оценил. Девушка села за руль, ткнула что-то на панели, скрытое от посторонних глаз, и мотор заработал.

— Так как вы в первый раз у нас, позвольте рассказать подробнее о нашем загородном имении, — предложила сопровождающая.

— Что ж, послушаю с удовольствием, — кивнул я.

Мы ехали по выложенной мелкой плиткой дорожке, стыки совсем не чувствовались. Машина слегка покачивалась, что тоже наверняка было данью уважения старине. И под познавательный рассказ девушки я посматривал по сторонам.

Зачарование, про которое меня предупреждала секретарь великого князя, действительно имелось. И достаточно мощное — даже с расстояния в несколько сотен метров я чувствовал запакованную магию. Интересно, что сама блокировка не была запрещением работы чар, как это делают в тех же наручниках. Здесь применили иной принцип — магическое поле настолько хаотично, что любая попытка сотворить структурированные чары рассеется прежде, чем ты успеешь заметить эффект. Таким образом, силу потратить можно, а результата всё одно не будет.

Нужно ли мне подобное у себя где-то устроить? Это ведь практически универсальный щит — он не только внутри территории накрывает, но и сквозь себя ничего не пропустит. Любой волшебный удар будет превращён в распылённую магию, которая вреда нанести не сможет. Правда, метод довольно прожорливый, расход энделиона здесь должен быть просто бешеный.

С другой стороны, загородный дом принадлежит императорской семье, а она уж точно может себе позволить любые расходы. Мне до такого отношения к расходным материалам ещё расти и расти.

Тем временем мы проехали рукотворный парк, расположенный справа, и за ним показался краешек теннисного корта. Моя сопровождающая заметила и тут же принялась рассказывать, кто и как на нём любит играть. Но меня такой спорт не прельщал, так что тема быстро исчерпала себя.

— Обычно наши гости занимают покои и развлекают себя сами, — продолжила водитель. — Персонал, разумеется, помогает со всем, чем необходимо. Однако никто не ограничивает гостей в выборе досуга. У нас, знаете ли, и ипподром имеется. Кому-то ставки сделать, кому-то самому покататься.

Я кивнул, и мы наконец выехали к главному зданию. Старинный особняк был давным-давно переделан, перестроен, а затем облагорожен. Со стороны смотрелось историческим местом, но внутри не только трубопровод проложили, но и все современные удобства.

— Прошу вас, ваше сиятельство, в игровую, — остановив электромобиль и открыв мне дверцу, с поклоном произнесла девушка. — Господа уже ждут вас.

Игровая представляла собой огромное помещение, оформленное в английском стиле. Три бильярдных стола, пяток карточных, две рулетки. Вдоль стены тянулся длинный бар, за которым смешивал напитки молодой слуга в униформе.

— Господа, его сиятельство Ярослав Владиславович Князев, — объявила сопровождающая, и тут же удалилась, оставив меня под внимательными взглядами более чем десятка мужчин.

Молодых здесь не было, все уже пожившие седые аристократы, в каждом движении и детали облика которых читалось врождённое превосходство. Древность фамилий позволяла им многое, в том числе побороться за права на престол. Учитывая, что у семерых представителей клуба имелись родственные связи с правящими родами ещё с царских времён, ощущение власти, исходящее от них, не вызывало вопросов.

Я действительно оказался в гостях у элиты Российской Империи.

— Граф, прошу, проходите, — с доброжелательной улыбкой на лице, заговорил великий князь.

— Благодарю, ваше императорское высочество, — чуть наклонив голову, ответил я, прежде чем двинуться к нему.

— О, у нас здесь всё по-простому, граф, — махнул рукой Александр Петрович. — Можете называть меня «ваша милость».

Уточнять, что такое право даровано мне исключительно в рамках клуба, он не стал, да в этом и не было необходимости. И так понятно, что за пределами загородного имения он вновь станет «его императорским высочеством». Всё-таки близкий родственник государя.

— Благодарю за честь, ваша милость, — тут же отозвался я.

Руки он мне, конечно, не подал. Не тот у меня титул, чтобы ручкаться с великим князем. Впрочем, остальные были настроены более демократично. Так что следующие несколько минут я знакомился с элитой страны, отвечая на рукопожатие.

Александр Петрович отозвал меня в сторону и, заняв кресло, жестом предложил мне сесть напротив. Разумеется, отказываться я не стал. Официантка в довольно фривольной версии униформы тут же подала нам напитки. Пригубив, великий князь доброжелательно мне кивнул.

— Итак, Ярослав Владиславович, — заговорил он, — вы стали весьма заметной фигурой в Российской Империи. Поднялись до определённого уровня. Скажите, какие у вас дальнейшие планы?

Я слегка развёл руками, удерживая бокал, к которому пришлось приложиться из вежливости.

— Я всего лишь верный сын своей страны, ваша милость, — ответил я. — А что до титула графа, то так уж сложилось. Кто-то должен был взять власть в свои руки, иначе всё могло бы плохо кончиться.

Он фыркнул.

— Как обтекаемо звучит, — слегка посмеялся мужчина. — Называйте вещи своими именами. Никто не мог предположить, что портал удастся открыть вновь. Многие здесь уже списали оказавшихся в Аэлендоре людей. И действия Брылёва укладываются ровно в ту же модель поведения, что и ваши.

— Боюсь, имеются и разночтения, — покачал головой я. — Он угрожал моей семье, ваша милость.

Александр Петрович хмыкнул, но оставил эти слова без комментариев.

— Не буду ходить вокруг да около, Ярослав, — сменил он тему. — Вы получили монополию на энделион и, насколько мне известно, сумели организовать какие-то новые исследования прямо в Аэлендоре. Без оборудования, без людей, фактически дендрофекальным способом.