Дракон на выданье. Любовь не предлагать‍ (СИ) - Самойлова Александра - Страница 31

Да как же Ирсана, ненавидишь. А сама тоскуешь по нему.

Придвинув к себе сумку, я вновь заглянула внутрь, находя взглядом спящую змею. В последнее время она только и делала, что спала. Не сказать, что была всегда активной, но сейчас вовсе редко открыла глаза. Будто все её силы уходили на что-то другое.

Но Лаирана рядом не было, чтобы привязать меня к нему. Тогда чем она занималась?

Не став её тревожить, я вернулась к заданиям, выписывая основные моменты создания маскирующих ядовитых зелий на лист бумаги. Мне ещё предстояло сегодня сварить два состава, чтобы сдать их завтра. Безумие. Опять ночь без сна.

Проведя в библиотеке ещё час, я собрала свои вещи и направилась в корпус, где находился факультет зельеварения. Очень надеялась управиться с зельями максимум за час в надежде раньше вернуться в общежитие, поэтому шагала быстро, не замечая ничего вокруг.

Забежав в пустынный корпус, я торопливо прошагала по широкому коридору, вскоре оказываясь около череды дверей в аудитории. Первая же оказалась свободной, и я зашла. Но даже свет включить не успела. Дверь слишком резко захлопнулась, заставив меня вернуться и обнаружить…

– Олиан? – удивилась я. – Прости, я думала, аудитория не занята. Я сейчас поищу другую… – сделала я шаг обратно, собираясь уйти. Но парень преградил мне путь. И мне пришлось остановиться в шаге от него, не понимая, что происходит.

– Знаешь, Ирсана, как сложно скрывать то, что ты виверна? – спросил он меня, а я вмиг изменилась в лице. – Следить за тем, чтобы никто не заподозрил в тебе отброса? Быть на виду и не подавать виду, что ты чем-то похож на таких, как ты?

– Что?.. – опешила я, испуганно смотря на парня, чьё лицо выражало крайнею степенью брезгливости. Брезгливости ко мне. Его вид заставил меня сделать шаг назад. Да только бежать было некуда. Единственный выход закрывал собой воздушник. – О чём ты говоришь? – прошептала я, смотря в яркие голубые глаза парня.

– Меня усыновили в шесть. Приняли в свою семью как родного. Окружили заботой. И настрого запретили говорить хоть кому-либо о своём происхождении. Приказали скрывать свою сущность, чтобы никто не прознал. А сами… – с ненавистью в голосе ответил парень. Но замолчав, как-то слишком быстро успокоился. Будто снова нацепил на себя маску беззаботности и равнодушия. – Знала, что кровь виверны можно использовать не только, как яд? – поинтересовался он непринуждённым голосом, от которого по спине пробежал противный, мерзкий холодок. Парень пугал. Он шёл ко мне, а я была вынуждена пятиться. – Сейчас я тебе покажу, – добавил он, растягивая губы в пугающей улыбке.

Впервые мне было страшно настолько, что я не чувствовала кончиков пальцев, ведь кровь стыла в жилах. Я начала понимать, о чём он говорит. Похоже, я не единственная виверна в Академии. Есть ещё. И совершенно недалеко. Прямо передо мной!

Ожидать пояснений я не стала. Схватив с ближайшего стола колбу, я бросила её в парня, а сама рванула от него к окну. Но, кажется, и в самом деле не всё знала о способностях виверн.

Оно и немудрено. Я всегда боялась обращаться к своей расовой способности. Лишь использовала кровь, хотя знала, что могу отравить что угодно и без её использования. Лишь использовав то, чем меня наделила природа — опасной силой. Её я с детства заперла в себе и не смела обращаться, боясь, что не в силах буду контролировать.

О ней мне говорила и даира Вайс. И именно из-за неё я оказалась в академии, надеясь научиться спокойно пользоваться ей и не причинять никому вред.

Олиан же, кажется, виртуозно владел ею. И не только. Ведь для меня стало открытием то, что одна виверна может воздействовать, взять контроль над телом другой.

Я не успела добежать до окна. Замерла. Тело перестало слушаться. И я в ужасе таращила глаза, слыша, как Олиан неторопливо приближается, обходя меня и вставая передо мной. На лице равнодушие. Взгляд холодный как лёд. Он знал, что делал.

– Сначала я хотел предложить тебе сотрудничество. Хотел, чтобы ты приняла мою сторону и мы вместе отомстили тем, кто недостоин спокойной жизни. Особенно после того, как они многие столетия угнетали и уничтожали нашу расу. Но… потом я увидел его взгляд. Лаирана, – хмыкнул воздушник и поднял руку, зарываясь пальцами в свою растрёпанную шевелюру. Он уже делал так, но сейчас не преследовал цели очаровать. Делал по привычке, пугая до кардалаков. Ведь его взгляд поменялся на ненавистный. – После того как я узнал, что ты его истинная, Ирсана, я возненавидел тебя до глубины души, – прошипел он. – Истинная? Дракона? – скривил он губы. – Мерзость. Ты хуже подстилки. Хуже самой продажной девки, Ирсана. Ты предательница. А ведь я возлагал на тебя надежды. Считал, что дочь той, кто поднял пятнадцать лет назад бунт, имеет достаточную мотивацию для мести, – произнёс он, а я ощутила, как пол уходит из-под ног.

Что? Что он только что сказал? Моя мама пятнадцать лет назад подняла бунт? О чём он? Я смутно помню, но вроде бы маму убил какой-то дракон одним из вечеров. Нас выследили и…

Попытка вспомнить подробности неожиданно причинила дикую боль. Я мысленно застонала, не понимая, почему не могу вспомнить ничего конкретного. Но даже так, я не столько ненавидела того, кто убил мать, сколько хотела знать, почему я осталась жива.

Я не питала иллюзий. Пятнадцать лет назад виверн уничтожали. Я была благодарна за то, что выжила и что это беззаконие прекратилось. И не хотела мести, ведь понимала, что ни к чему хорошему она не приведёт. Но Олиан, похоже, был иного мнения. У него была цель, и я неудачно оказалась средством в её достижении.

Хотелось бы мне ответить ему сейчас. Да только я не могла даже пошевелить губами.

– Не помнишь, да? Не представляешь, как трудно было всё это узнать, – неожиданно усмехнулся парень, а после сделал шаг, оказываясь в непосредственной близости. – Я расскажу. Твоя мать была против заключения мирного соглашения между драконами и вивернами. И чтобы добиться своей цели, похитила ребёнка того, чья подпись стояла на документе. Тот, кто выступал гарантом на тот момент и имел право подписывать важные бумаги от лица его величества. Отец Лаирана Варса, знакома с ним? – спросил он, а у меня внутри всё похолодело.

Что за бред он несёт? Хотелось кричать: “Заткнись! Я не верю тебе”. Но я даже дёрнуться не могла. Лишь смотреть в безжалостные глаза Олиана, который продолжил:

– Твоя мать хотела добиться отмены. Хотела сражаться до последнего. И маленький Лаиран был оружием в борьбе против мирного соглашения. Но не сложилось. Родовую защиту драконов не так-то легко взломать. Знала, что при рождении родители жертвуют изрядным количеством силы, чтобы защитить своё дитя? – уточнил парень так, будто бы я могла ему ответить. Не знала. Но разве это важно сейчас?

С каждым произнесённым словом Олиана внутри становилось больно. Голова начала трещать. Я будто испытывала ни с чем не сравнимые муки, но слушала. Слушала того, кто знал больше меня.

– К сожалению, причинить вред дракону было возможно лишь одним способом: принести в жертву тебя, Ирсана! Его истинную. Знаешь, что сделала твоя мать, когда узнала об этом? Она без жалости избавилась от тебя. Точнее, хотела. И ты так любя свою маму, даже согласилась. Да в последний момент… почему-то передумала. Почему, Ирсана? Стало жалко маленького мальчика? – спросил он, но я услышала его вопрос словно через какую-то вату. Меня пронзила боль. Да такой силы, что на миг сознание будто раздвоилась.

Я вернулась в прошлое, туда, где маленькая Ирсана стояла около своей мамы, нашёптывающей ей ужасные вещи.

– Ты послужишь великой цели, Ирсана. Сделай, что я говорю. Освободи свою способность. Отпусти контроль. Взломай защиту, остальное сделаю я…

– Мама, мне будет больно? – спросила я.

– Ну что ты. Ты ничего не почувствуешь. Просто заснёшь, Ирсана. Просто заснёшь… – успокаивающим голосом ответила той, кому я доверяла и любила больше своей жизни.