Звёздный мост - Гуляковский Евгений Яковлевич - Страница 8

Но подошла очередь Криста, так звали моего нового знакомого. Никто из вошедших в здание не появился на улице. После сдачи документов и короткой беседы у стойки они все исчезали за дверьми, в глубине конторы.

— Если удастся, дождись меня после регистрации. Попробуем держаться вместе.

Крист кивнул и мрачно ответил:

— Если получится.

Вскоре он исчез за внутренними дверьми, а пару минут спустя я и сам оказался у стойки. После секундного раздумья я опустил в щель не тот первый пакет с малонадежными документами, который собирался использовать в самом начале, а второй, более серьезный. Это было одним из моих правил, доверять внезапной подсказке интуиции, и хотя задействовать последний резервный пакет надежных документов мне очень не хотелось, дальнейшее развитие событий показало, что я поступил совершенно правильно.

— Сколько времени вы налетали в «Эрлайне»?

Голос из-за стойки доносился через динамик, и было невозможно определить, разговаривает со мной компьютер или человек. Абсолютно непрозрачное стекло, плотно примыкавшее к стойке, скрывало от посетителей все, что происходило внутри. К счастью, существовали довольно простые способы отличить реакцию компьютера от человеческой, и для этого необязательно было видеть того, кто со мной говорил.

— В документах все указано.

— Отвечайте на вопрос.

— Я ответил.

— Ваш ответ не несет в себе достаточной информации.

Все стало ясно. Человек отреагировал бы совершенно иначе.

— Я налетал в «Эрлайне» пятьсот часов. Но какое это имеет значение? Вы что, собираетесь предложить мне работу пилота? У вас есть планетарные корабли?

— Пройдите в левую дверь.

Это было что-то новенькое. Все предыдущие безработные ушли через правую. Но меня вовсе не обрадовало особое отношение к моей персоне.

— Зачем? Я хочу остаться со своим другом. Вы его только что зарегистрировали.

— Мистер Градов, вам нужна работа?

— Разумеется, но вначале я хотел бы узнать, что именно вы предлагаете. Я не собираюсь устраиваться на любую подвернувшуюся работу. Специалисты моего класса на улице не валяются!

— Те, кто хочет работать в нашей компании, должны во всем подчиняться администрации. Позже вам скажут, какая работа подходит для вас лучше всего. А сейчас пройдите в правую дверь.

— А как же насчет друга?

— Забудьте о нем. Вы сможете общаться только с сотрудниками своего собственного сектора.

«Как же, — подумал я, — так я тебя и послушаюсь, проклятая машина…» Спорить с компьютером было бессмысленно. Он действовал лишь в рамках заложенной в него программы, а в случае если бы ситуация вышла за эти рамки, меня бы направили на прием к клерку компании. Я не хотел привлекать к себе внимания и все же не торопился выполнить распоряжение машины, понимая, что из этой двери обратного пути может и не быть.

Конечно, в этот момент у меня еще была возможность вернуться на улицу и начать все сначала. Но в другой конторе процедура могла повториться, а после этого посещения у них наверняка останется моя фотография, а документы вызовут излишнее внимание службы безопасности. Если я собирался поближе познакомиться с «Фениксом», удобнее всего было начинать именно отсюда, с первого посещения бюро найма. Случайные люди редко вызывают подозрение. Все же я решил проверить, есть ли у меня какой-то выбор.

— Я передумал. Верните мои документы.

— Это невозможно. Вы уже зарегистрированы. Пройдите в правую дверь, иначе к вам будет применена сила.

Неожиданно у входной двери, ведущей на улицу, с грохотом опустились металлические пуленепробиваемые жалюзи. Такие же щиты появились на окнах, и я оказался внутри наглухо запертой бронированной ловушки. У меня все еще оставалась возможность вырваться, наверняка предстоит какая-то транспортировка, а по дороге всякое случается… Но это означало полностью раскрыть себя, вновь скрываться от погони, менять личность и документы… Второй раз эксперимент с наймом может не удаться. Уже сейчас своим необычным поведением я наверняка вызвал подозрение и повышенный интерес к своей персоне со стороны службы безопасности «Феникса». Нужно было или прорываться с боем на улицу, или немедленно сменить тактику.

Вероятно, своим неожиданным отказом от найма я заставил эту чертову машину включить сигнал тревоги, и вскоре здесь появятся боевики «Феникса», только этого мне сейчас и не хватало. У меня все еще не было оружия, и никакого серьезного сопротивления я им оказать не мог, да и не хотел. Я здесь оказался вовсе не для того, чтобы устраивать заварушку. Решение, наконец, было принято, и я сам удивился искренней дрожи, появившейся в моем голосе:

— Простите меня, я не собираюсь отказываться от регистрации, я только хотел узнать, когда я смогу получить обратно свои документы?

— Вам их вернут после истечения срока контракта. Пройдите в левую дверь.

Теперь оставалось только молча повиноваться этому электронному чурбану. Скрипнув зубами от негодования и сдержав рвущиеся наружу эмоции, я пошел, куда мне было приказано.

За дверью открылся длинный узкий коридор, и, судя по щелчку автоматического замка у меня за спиной, мне здесь не слишком доверяли. И правильно делали. У меня просто руки чесались свернуть шею электронному наемщику и разнести вдребезги всю эту контору. Жаль, что длительные занятия аутотренингом не позволили эмоциям возобладать над холодным расчетом.

В конце коридора была еще одна дверь, которая любезно распахнулась при моем приближении и сразу же закрылась, как только я через нее прошел.

Неожиданно я оказался в небольшой металлической каморке и слишком поздно понял, для чего она предназначалась. Только когда у меня за спиной раздался характерный свист форсунок с усыпляющим газом, я рванулся обратно, но было уже слишком поздно.

Не знаю, сколько прошло времени, пока я был без сознания. Обычно «ленивый» газ, который я определил по специфическому запаху, прежде чем потерял сознание, отключает человека часа на два.

Проснулся я в большом и совершенно непонятном помещении, чем-то похожем на заводской цех и оранжерею одновременно. Вдоль стен зала шли длинные параллельные ленты транспортеров, между которыми размещались ящики с гидропонной инопланетной растительностью совершенно незнакомого мне вида.

От кустов с каплевидными толстыми листьями шел одуряющий аромат, напоминавший десятикратно усиленный запах земной лаванды. Запах не был бы неприятен, если бы не его совершенно оглушавшая человека интенсивность.

Я лежал на ленте транспортера, медленно двигавшейся между пахнувших лавандой кустов, и был совершенно беспомощен, потому что мои руки и ноги оказались намертво прикованы к ленте специальными зажимами. Я не мог даже как следует осмотреться. Обзор был ограничен тем пространством, которое я видел, немного приподняв голову над лентой транспортера.

Я был обнажен по пояс, куртка исчезла, однако в кармане брюк я по-прежнему ощущал тяжесть предметов, с которыми никогда не расставался и назначение которых не смог бы определить ни один посторонний человек. А это означало, что, если мне удастся освободить руки, я еще сумею постоять за себя.

Но где я? Что все это значит? Это нужно было выяснить, прежде чем что-то предпринимать.

Я не мог рассмотреть ничего, кроме однообразной панорамы кустов. Транспортер двигался медленно, то и дело останавливаясь, и невозможно было определить, что меня ждало в конце пути. Справа и слева поскрипывали ленты других транспортеров, оттуда доносились не слишком обнадеживающие звуки. Глухие человеческие стоны и бессвязные бормотания… Но это не были стоны боли, такие звуки издают люди, находящиеся в состоянии глубокого наркотического опьянения. Возможно, это был результат действия одурманивавшего запаха, распространявшегося от «лавандовых» кустов. Пока я еще сопротивлялся его воздействию, но понимал, что это не может продолжаться слишком долго. Рано или поздно я потеряю контроль над собственным сознанием и превращусь в беспомощную куклу в руках своих тюремщиков.