Незабудка для конунга (СИ) - Атлант Полина - Страница 19

Ингвальд смотрел мне в глаза, его взгляд становился туманным. Я громко вскрикнула от удовольствия и запрокинула голову, когда он овладел мной. Он начал быстро и ритмично двигаться во мне, от экстаза покусывая мои жаждущие поцелуев губы. Я хотела, чтобы он продолжал и продолжал, покачивая в такт бедрами. Вонзила ногти в его плотную кожу и прижималась сильнее к его телу. Мышцы его спины напряглись, и со следующим грубым толчком он громко застонал.

Неописуемая волна ощущений вместе с сильной дрожью охватили мое тело. Я раскинула руки в стороны и расслабилась. Он навалился на меня, прижимая к ложу потным телом, страстно поцеловал.

Я улыбнулась и провела пальцем по его мокрому виску.

— И знаешь же ты способы! — я поцеловала его.

Ингвальд легко рассмеялся.

— Далеко не все, моя Незабудка, — самодовольно ответил он и встал с кровати.

— Я тебе верю, мой ненасытный ektemann!

— Ну, мои мысли заняты весь день только тобой, — он подошел к ушату, обтерся влажной тряпицей и натянул штаны.

Тут в двери постучали, и на пороге появилась Эмма. Увидев нас обнаженными, она сперва растерялась, но все же вошла.

— Гм-гм, прошу за беспокойство, господин и госпожа, но там старый жрец пришел и уже давно ждет вас.

— Сейчас, Эмма, — ответил ей Ингвальд.

— Я подожду тебя, госпожа, в покоях, наряд ужу готов, — подруга кивнула и ушла.

Мне не хотелось вставать, но пришлось. Поднявшись с кровати, я пошла через боковую дверь в свои личные покои.

— Ну и, вы нашли, что мне надеть? — спросила я, увидев на спинке стула груду одежды.

— Для начала я помою тебя, — сказала Эмма и, подойдя ко мне, собрала волосы в пучок.

— Я сама, не маленькая же, — подойдя к ушату с теплой мыльной водой, тщательно вымылась.

После Эмма обтерла меня и натянула почти обтягивающую тонкую нижнюю рубаху с маленьким рукавом.

— Выбери, что тебе нравится, — указала мне Эмма на сарафаны.

— Вон тот, синий, — сощурила я глаза, рассматривая цвета.

— Этот серо-синий? — Эмма выбрала самый нижний и показала мне.

— Да, он новый, откуда он у меня? — я надела поверх рубахи обшитый алыми нитками сарафан.

— Портниха принесла, — ответила Эмма и подала мне башмаки.

В дверь постучал охранник.

— Госпожа Кэролайн, тебя ожидают!

— Сейчас иду! — я быстро нацепила украшения из красного тусклого камня, которые подходили к наряду, и быстро надела черные башмачки.

— Ой, волосы не успели собрать! — всполошилась Эмма.

— Заплети просто косу и завяжи вот этим, — я поспешно достала из шкатулки шнурок с жемчугом для волос.

Прихватив первый попавшийся тонкий плед-плащ темно-зеленого цвета, я поспешила из комнаты. Отец с Ингвальдом уже ждали меня во дворе.

К источнику мы поехали на маленькой телеге. Надо было успеть пройти ритуал до захода солнца.

Традиции есть традиции. Ритуал верности был обычной клятвой, которую дают парочки друг другу в священном месте. Мы не стали собирать толпу со всей усадьбы и поселения. Не могли позволить себе еще одну большую пьянку перед свадьбой. Поэтому Ингвальд позвал только важных свидетелей. В сопровождении дружинников, кроме главного жреца, к источнику пришли мой отец и Лодин с Эммой.

— Мы могли принести эту клятву богам сразу же после нашей первой ночи, — тихо сказала я конунгу, сняла обувь и ступила в холодный ручей.

— Да, могли бы! — согласился со мной Ингвальд и тяжело вздохнул. — Тогда Кристин узнала бы об этом и устроила скандал.

— Почему-то, милый, я думаю, что ты побаивался вовсе не этого скандала, — подняв подол сарафана, я подошла к священному руническому булыжнику.

— Что же тогда это, по-твоему? — Ингвальд тоже снял сапоги и встал рядом.

— Кристин, хоть и была тут чужой, но у нее наверняка имелись верные люди. Народ побаивался ее, поэтому она могла запросто поднять против тебя мятеж, — я была в этом уверена.

— Мятеж? — Ингвальд чуть не рассмеялся в голос. — Вряд ли, моя хорошая! Для этого ей нужна армия.

— Гм! — главный жрец встал перед нами. — Мои дорогие, вы у священного камня, клятву лучше давать только тогда, когда между вами полное согласие. Если же между вами все еще что-то стоит, то лучше отложить ритуал.

— Нет, между нами ничего и никто не стоит, старый жрец… или? — Ингвальд серьезно посмотрел на меня.

— Нет, ничего… — согласилась я и кивнула, у меня не было желания откладывать ритуал на потом. На севере это плохая примета.

Жрец строго посмотрел и взял наши руки.

— От имени северных богов и предков я соединяю вас в пару. Теперь положите свои руки на камень и принесите клятвы верности!

Мы повернулись друг к другу лицом и, не отводя взглядов, положили руки на священный камень.

Ингвальд произнес свою клятву первым, как и положено мужчине.

— Я, Ингвальд из рода Драгоценных, перед этими свидетелями и богами приношу клятву верности своей жене, Кэролайн Вальдбранддоттир!

Сглотнула, волнение охватило меня, и сквозь слезы радости я произнесла:

— Я, Кэролайн из рода Одегаард, приношу перед свидетелями и богами клятву верности своему супругу, Ингвальду Эрлендорсону!

После этого Ингвальд крепко поцеловал меня в губы, и по моим щекам покатились слезы.

— Пусть боги и предки благословят ваш брак и подарят вам много детей, как и у ваших предков! — пожелал нам жрец и наконец-то улыбнулся. Эмма подала нам кубки и разлила медовуху.

— Сколь!

— Сколь!

После отец подошел ко мне и крепко обнял.

— Поздравляю, дочь моя, я горжусь тобой! — он поцеловал меня в голову.

Я быстро вышла из ручья, мои ступни онемели от холодной воды.

— Ты уезжаешь домой? — со слезами на глазах спросила я.

— Мне пора, милая! Сбор урожая на носу, я должен быть в своих землях, — кивнул он.

— Хорошо, я все понимаю, папа, — я встала на прогретый солнцем камень.

— Свадьба нескоро, и к ней нужно подготовиться, — напомнил мне отец, сколько хлопот нас с Ингвальдом ждало. На официальный свадебный пир полагалось приглашать самых знатных людей, служащих короне.

— Поехали, Вальдбранд, я сопровожу тебя до границы твоих земель, — Ингвальд похлопал отца по спине.

— Не стоит, Ингвальд, со мной охрана.

— И все же я настаиваю!

— Отец, пусть он тебя проводит, мне будет спокойнее, — я взяла отца за руку.

— Ну хорошо, — в конце концов согласился он.

— Мне кажется, погода портится!

Мы посмотрели на небо, которое медленно затягивалось темными дождевыми тучами.

— Может быть, вы завтра утром выедете? — мне стало неспокойно на душе, уезжать в дождь не самая лучшая идея.

— Не беспокойся, любовь моя, я вернусь еще до ночи, — попытался успокоить меня Ингвальд.

— К чему такая спешка? — возмущалась я громко, следуя за отцом и мужем.

— Кэролайн, начинается сбор урожая, и мне нужно успеть завтра объехать свои угодья, — раздраженно ответил мне отец.

— Дорогая, иди во дворец, займись чем-нибудь, — указал Ингвальд на вход во дворец и пошел с отцом в конюшню.

— Пойдем, не беспокойся, я с тобой, и Лодин тоже, а с твоим отцом его верные воины, — Эмма обняла меня за плечи и повела во дворец.

— Вы с Лодином тоже могли бы сейчас принести свои клятвы, — сказала я подруге.

— Мы уже принесли, сразу в священную ночь Мидсумар, ты забыла.

— Да, точно! Это у нас с Ингвальдом все шиворот-навыворот!

— Перестань, это не так! — Эмма покачала головой.

ГЛАВА 18

Во дворце нас встретила Фрида.

— Вы вовремя вернулись, мои пташки, что будем готовить на ужин?

— Что-нибудь легкое, пиршества закончились, — я пошла и присела в кресло на возвышении.

— Как скажешь, госпожа!

— Найди мне, пожалуйста, занятие, Фрида, — попросила я, ведь действительно чем-то нужно будет себя развлекать, пока супруга нет дома.

— Хм, ну, ты могла бы уже ознакомиться с делами, которые ведет госпожа дворца, — сказала Эмма, подойдя ближе.