Драконовы поцелуи, или фиктивная пара для некроманта (СИ) - Вельская Мария - Страница 67

Три голоса - или их было немного больше - сплелись в невидимую мелодию.В меня хлынул поток чистой холодной энергии, как будто меня окунули в живительный родник.На грани сознания послышался довольный прохладный смешок. И отчётливый ясный шёпот:– Возьми память воина – и победишь.Тело дракона качнулось – и поплыло  мимо торчащих ядовитым частоколом скал правее, ниже, ещё ниже, пока не опустилось на выжженную землю, хвостом снося ближайший кусок старого фундамента, а рогами – какой-то куст.Как могла – так и приземлила! Зато он целый... почти.Это мыслей было много – а времени все заняло – от силы пару минут.Руки упали колодами. Мир вокруг странно вращался, его застилали слезы и безумная тревога.Грохочущее небо над головой напоминало, что ничего ещё не кончено.Рядом со мной на камнях распласталось огромное кошачье тельце. Кажется, Мройн так вымотался, что едва мог двинуть хвостом.А потом кот лениво шевельнул усами и фыркнул. Разумеется, мысленно:– Дракона поймали. А теперь, Кейрин, как настоящая женщина, ты должна притащить своему избраннику голову врага... Пока враг нам наши собственные на откусиул. Молодец, все же, Тиарграт. Не ожидал, что успеет так ослабить эту тварь.Я неверяще вскинула голову – и застыла. Я слишком испугалась за дракона, чтобы вглядываться до этой секунды в тварь более пристально. Да что там – часть происходящего за какой-то промежуток времени просто выпала из моего сознания.А посмотреть было на что.Гигант уже не был таким огромным. Он уменьшился почти вдвое, а внутри громадного тела, покрытого странными черными пластинами, теперь были отчётливо видны изумрудные искры. Они явно причиняли чудовищу множество неприятных ощущений, сбивали концентрацию и заставляли терять скорость и ловкость – да и удары магии стали значительно слабее.Тиарграт успел что-то кинуть в тварь. Но хватит ли этого? Мрак, нас раздавят быстрее.Краем глаза я заметила, как этот невыносимый ящер копошится на земле, встать пытается!– Мройн, угомони дракона, – бросила отрывисто. Главное – не потерять решимости, – а то он так все старания по своему спасению порушит.– А тыу? – Насмешливый мяв.Напомнил. Да я и сама помню о своем обещании. Но, даже если бы не оно...– А я пойду и оторву голову идиоту, который решил, что может безнаказанно на мне жениться, – ответила – и нервно рассмеялась.Ноги не держали.Из тела как будто стержень вытащили.Но Эр-Даарх, который перестал изображать статую и присоединился к схватке, не справится сам. Ему всё ещё нужно отрезать отрезать тварь от мира.Почему должна помочь именно я – разум объяснять отказывался.А губы уже произносили главное:– Силой, данной мне Владыкой мрачных, господином Мертвых Душ, позволяю душе госпожи Лэ'Орхиэ Эстаниош, основательницы славного древнего рода, передать мне свою память, пройдя сквозь мои магические каналы. Пусть свет госпожи окутает меня и одарит теми воспоминаниями, с помощью которвх мы сумеем победить того, кто поглотил тело ее потомка.Я застыла, увидев прямо перед собой сияющие глаза призрака.Большего мне и не понадобится.

– Благодарю тебя, видящая мертвых. Души благоволят тебе, – зазвенел в голове сильный грудной голос.А потом я услышала возмущенный драконий рык. В груди снова кольнуло холодом. И призрак прошел сквозь мое тело, обдав холодом и оставив мне вместе со вспышкой головной боли часть себя и своих воспоминаний.Это было немного позже на то, что случилось когда-то на кладбище. Когда я стала более старшей версией себя из будущего.На такое был способен только некромант с даром видеть неупокоенные души. Что же. Возможно, все действительно было предрешено.Всерьез бояться не получалось. Возможно, сознание уже не воспринимало происходящее всерьез.Мир сузился до единственной по-настоящему важной цели. В голове сами собой начали вспыхивать нужные приемы, выстраиваться стратегия боя.Это знание – о том, что некромант с призрачным даром может получить на короткое время и только с добровольного согласия призрака часть его умений и воспоминаний, я получила ещё на кладбище, когда спасала Тиарграта. Похоже, спасать мужа у меня вообще становится доброй традицией.Призраки... Они, вопреки расхожим байкам, вовсе не жаждут вернуть себе прежние тела. Разве что такие странные сущности между жизнью и смертью, как несчастный брат Эр-Даарха. Призраки хотят уйти и обрести покой – это истинная правда. Они заблудились, задержались по какой-то причине, не смогли уйти – или их держит магия – и только поэтому они идут на контакт с некромантом. И лишь самые сильные призраки – да ещё и не слишком охотно – откликаются на призыв мага помочь ему. Это противно их сути и достаточно неприятно для них - как потерять часть тебя. Лишь самые самоотверженные призраки, сильные духом, готовы довериться в тяжёлой ситуации некроманту и отдать часть себя. Вскоре после этого они исчезнут из мира, уйдут к богам в чертоги.Я-старшая знала об этом колдовстве все.Наши с призраком души соприкоснулись на миг, но я ощутила боль и тоску этой сильной женщины, и ее гнев на выродка, который уничтожил древний род своим эгоизмом и корыстью.Теперь я полностью понимала происходящее. Именно об этой "памяти воина"  говорили боги. Уверена, это была подсказка мрачных. Но память брата Эр-Даарха я забирать бы не стала. У него был шанс вернуться.Оставалась только воительница. И она не отказала в помощи.Мин. Другой.В моей руке вспыхнул белым пламенем призрачный клинок. Его лезвие горело лунным серебром – лучшим средством против иномирной пакости.– Довольно тебе землю топтать, червяк безмозглый. Не было погани сюда хода – и не будет, – напевно, зычно, с забавным стародавним говором грохнул мой голос, – таких как ты древние рати гоняли до самой грани, да за нее и скидывали, чтобы вы издохли мирам живым на радость!Мир вокруг резко ускорился – и я оказалась возле громадной грохочущей ступни.Мир сузился до холодных высверков. Меч плел неведомые мне узоры, складывался в одну тьме известную картину.И было это не легко и не просто. Натужно, тяжко, с потом и криками. Но – было.Воительница не просто бойцом была – обоеруким  магом. И это знание теперь, на час ли, два, или куда меньший срок, стало моим. И позволяло мне держать темп схватки.Бой смазался. Я видела себя точкой в небе, что кружила у груди великана, как муха.Я искала средоточие этой мглы. Место, откуда паразит начинался. И, кажется, нашла. Или магия Тиарграта, наконец, сработала?Главное, губы успели шепнуть:– Именем твоим, Микрис, покарай того, кто посягнул на детей твоих.Грохнуло вокруг – и ослепительно белой манящей вспышкой накрыл меня свет.

В нем не было избавления – только рев, ласковый шепот и бледные тонкие нити чужих душ.Не знаю, сколько это длилось. Не помню, сколько плавала в этом мареве – не думая и не беспокоясь ни о чем.Не было сил и желания – и мыслей тоже не было. Только облегчение и понимание – все, победили. Получилось. Вышло. Вспыхнуло – и отозвалось дрожью.Кого победили,  кто это – я, что я сделала и зачем я здесь – все это не имело значения.Привели меня в чувство капли дождя. Они стекали по волосам и лицу, оглаживали и будто исцеляли измученное тело и танцевали только одним им известный танец.Каждая попытка прийти в себя и пошевелиться заканчивалась оглушающей болью в мышцах. Что там – казалось, я вся – один сплошной синяк.Горячее дыхание коснулось виска. Лежать отчего-то было мягко, тепло и спокойно. Очень спокойно. Не было больше изматывающей тревоги – только гулко билось рядом, под ухом, чужое сердце, вторило моему.– Знаешь, я все больше прихожу к мысли, что боги мне так изощрённо отомстили за гордость и самоуверенность, – сухие губы коснулись виска.Неловко ткнулись ниже. А потом он прижался ко мне – щека к щеке. Тиарграт. Память со щелчком встала на место. Вернулась. Обрушилась на меня.– Жив, – я дернулась – и не заплакала, только плечи беззвучно задрожали.Объятия стали крепче. На миг на жёстком бледном лице мелькнула беспомощная растерянность. Покрывало над нами оказалось вывернутым крылом.Вокруг бушевал ливень. Ливень как будто смывал с этой оскверненной земли всю мерзость, ливень слизнул громаду твари без остатка, оставив только серые старые руины.Высоко в хмуром небе, без капли солнечного света, вопреки всему, играли мерцающие солнечные лучи. Они разрезали мир от земли до небес.Подрагивающая мужская ладонь легла на мою макушку – и погладила. Раз, другой, третий. Меня прижимали все крепче, баюкали, прятали в своих объятьях. Заставляли поверить в реальность происходящего.Мои пальцы сжались, переплелись с пальцами мужа. Мягко погладила загрубевшую кожу его ладони.