Драконовы поцелуи, или фиктивная пара для некроманта (СИ) - Вельская Мария - Страница 16

Я рассеянно бросила взгляд в зеркало. Оттуда угрюмо смотрела стройная бледная девица с забеленной кожей и освеженными магической краской волосами.

Рыжие волосы – это удел черни. Доморощенных колдовок и шарлатанов. Я никогда не смела выходить из своей комнаты без магической краски на волосах. Истинная леди должна иметь белокурые завитые локоны.

Помню, как когда-то в детстве обижалась на это, не могла понять, почему папа считает меня некрасивой? Помню, как однажды специально смыла противную магическую маску и сбежала из комнаты без шляпки...

Тогда впервые меня оставили без ужина, а потом и без завтрака, а маму сменила строгая и сухая, как стручок гороха шейда Алеера.

Она стучала по пальцам специальной дощечкой, заставляла стоять в углу часами, если я провинилась, и учила, что дочь должна выполнять любые повеления родителей и быть благодарной за то, что ее, не слишком одаренную богами и умную, терпят в доме.

С тех пор я уже и не помнила, когда видела себя настоящую...

С той ночи, когда я сбежала к дракону, прошло три дня. И только мерцающая змейка на запястье напоминала, что мне это не приснилось.

Змейку, к слову, никто, кроме меня, не видел.

Я ждала. По вечерам, когда стихал шум, приходил пушистый хранитель, растекался огромной шкуркой по постели, урчал и... говорил.

Говорил о том, о чем с женщинами говорить вообще не было принято.

О магии и древних верованиях. Об основании королевства и других странах.

О драконах и мизгарах – закрытой расе серокожих гигантов, способных управлять по поверьям магией скал.

О знати и интригах вековой давности, о далёкой Хи-они, империи людей на юго-востоке, отгороженной от нас прорывом древних тварей.

Сочащийся тьмой провал маги до сих пор так и не смогли закрыть. Поговаривают, что в древние времена этот провал был порталом в иные измерения, божественные чертоги. Что оттуда и пришла к нам магия некромантов, что порождало новую волну слухов и опасений.

Я узнавала мир вокруг заново, и вдруг поняла, что он не ограничивается окриками гувернанток, строгими выговорами отца, скучными светскими приемами, весёлыми танцами и замужеством.

Мне так нравилось то, что я слышала! Сердце стучало быстрее, горели глаза, я закрывала глаза и мечтала... мечтала вырваться из заколдованного круга, пусть даже с помощью дракона. Если он позволит мне увидеть мир вокруг – я обещаю, что стану ему верной женой.

А чувства? Они только все усложнят.  Поэтому не думай о драконах и их парах, Кейрин. Тебе нужно выжить и зацепиться в этом новом пугающем мире.

Предательство Альдара ударило больно. Даже думать о мужчинах не хотелось, не то что – видеть рядом с собой.

– Так что происходит, Гланира? – Мой голос прозвучал требовательно. Жёстко.

Я сама не ожидала от себя такого. И ещё больше удивилась, когда служанка оглянулась воровато через плечо, потерла круглую щеку, наморщила курносый нос и шепнула громко:

– Так ведь известно чего, высокая лейда, жаних ваш прибыл! Просют невестушку показать, а вы такая красавица! Он вас брыллиантами осыплет!

Она ещё что-то гудела, но гул доносился фоном. Сознание отрезало, отгородилось от происходящего. Эстаниош здесь? Как, откуда так быстро?! Мы все просчитали. У нас должно было оставаться ещё три дня!

Да, именно три. Планы дракона о более близком и куда более скором знакомстве с моим семейством пришлось отложить. И отец был постоянно в разъездах, и, как я поняла из отрывочных докладов Виконта Мройна, у драконов тоже возникли неотложные дела.Так что все пришлось перенести. Именно сегодня состоялась бы прогулка по парку, где я бы столкнулась с драконами, и...

Я до боли прикусила губу.

Разум стал вдруг четким и кристально холодным.

– Это прекрасно, милая. Позови матушку, я хочу посоветоваться с ней. Все же встреча с таким известным человеком... Я ведь должна ему понравиться! – Лепетать, глядя в пол, я тоже научилась.

И заливаться смущенным румянцем.

Мама. Мне очень нужна сейчас мама. Теперь, когда отец занят гостем, есть шанс поговорить.

"Мройн... Виконт усатый, если ты слышишь меня, срочно передай господам драконам, что у нас проблемы! Эстаниош уже здесь и желает меня видеть!" – ночные тапки  Бадины Необъятной, в моем голосе звучала проклятая жалобная паника!

Тапок Бадины, древней покровительницы быта, между прочим, размером с четыре моих. Таким накрыть – и хлоп, как комара, неких герцогов.

"Мяу со всех лап. Знает твой драко-ун, бедоу-вая. Жди-у", – раздался голос кота тогда, когда дверь моей комнаты приоткрылась – и внутрь проскользнула леди Дейришх.

Вот кто был воплощением красоты и изящества, истинным духом знатных леди. Злые языки болтали, что отец женился на лейде Миури Шангольт из-за ее неземной красоты.

Длинные шелковистые волосы – чистое золото, светло-голубые блестящие глаза, длинные ресницы, маленький розовый рот, изящный овал лица и длинная шея. Фигура в виде песочных часов с высокой грудью и бедрами, от которых мужчинам сложно было оторвать взгляд, хотя леди Дейрисшх всегда была одета изысканно, просто и безукоризненно строго.

Моя мать. Я, в отличие от сестры, совсем не была на нее похожа.

– Мама!

– Милая, – грудной ласковый голос.

Сильные женские руки прижимают меня к ее груди.

Мама выглядит словно моя сестра. Ее дар силен, но она им едва пользуется. Неприлично. Не подобает.

– Мама, отец запретил со мной видеться? – Я не хочу больше молчать и ходить вокруг да около.

– Милая, – вздох. А потом прелестное нежное лицо моей матери ожесточается. Она поднимает глаза – и я вижу в них себя. Эту ослепляющую злость, готовность бороться и бездну одиночества, – он выставил охрану возле твоей комнаты и приставил соглядатая ко мне. Вдобавок, похоже, по его рекомендации целитель якобы переусердствовал с моими успокоительными каплями - несколько дней я едва соображала и была как сонная муха. Шансов почти не было.Это было... Нет, наверное, уже не ударом. К подлости лорда Оттама я начинала привыкать. Вот только лишнего времени на сочувствие не оставалось.

– Мама, я не выйду замуж за этого мерзавца. Эстаниош умён и опасен, даже я знаю, какой славой он окружён, и...

– Он уничтожит тебя, мой шмеленок, – женщина рядом со мной порывисто обнимает меня и что-то лёгкое скользит мне на шею.

От детского прозвища в глазах встают слезы. Времени почти нет, но...

– У меня есть план и союзники, мама. Поверишь мне? Мне нужно выбраться сегодня на прогулку в парк. До помолвки. Любой ценой.

Я хотела спросить ее – правда ли я не дочь своего отца? Как сильно она ненавидит его? Как терпит? Любит ли моих брата и сестру – чванливых и высокомерных?

Но у нас не было на это времени.

Голубые глаза матери смотрели прямо на меня. Внимательно. Чарующе. Серьезно.

Она не задаёт вопросов, не заламывает руки, не плачет. Молча стискивает пальцами мою руку.

– Я все сделаю, Кейри. Береги себя, дочка. И прости, что я оказалась слишком слаба и не смогла защитить тебя.

Ее пальцы ласково обводят контур моей щеки. Мама словно прощается.

Потом вздыхает, мотает головой и, когда открывает глаза, на меня смотрит совершенно другая женщина. Стальная леди.

– Я давно готовилась к этому дню. У меня тоже был план, дочка, но я положусь на тебя. Надери задницу этим высокомерным индюкам. Живи, милая. Делай то, чего просит сердце – я никогда тебя не осужу. Прогулка будет. Сейчас пока только первое знакомство. На тебе – ключ. Если все станет совсем худо – урони на него каплю крови, да или просто плюнь, – подмигивает мне эта безумная незнакомка с лицом мамы, – и скажи тому, к кому тебя перенесет, что ты дочь Золотой Мири, и она помнит вкус браги из "Драконьего приюта".

Шорох платья. Поцелуй в щеку.

И леди величественно и стремительно удаляется.

Все, что слышит зашедшая служанка – это безобидный щебет: