Блеф демона (ЛП) - Харрисон Ким - Страница 98

Я медленно выдохнула и распрямилась.

— Хорошо. Секреты хранить умеешь. Сейчас мне нужен ещё один секрет — иначе проиграем все. Все.

Элис резко втянула воздух.

— Заткнись, Рейчел. Мы разберёмся.

Она имела в виду чары забвения. Да, они лежали у меня в кармане, но если я сотру Квену память прямо здесь, он снова сосредоточится на нынешней мне у церкви.

Я должна была сказать Квену. Либо он поверит — либо кто-то из нас умрёт.

— Это ты была в хранилище, — Квен глянул мне через плечо. — Вы обе.

Я кивнула, морщась.

— Прости. Очень жаль, Квен. Пожалуйста. Я люблю его. Не сейчас — в будущем. И он любит меня. Отчаянно, говорит. Отчаянно.

Голова Квена чуть дёргалась — туда-сюда.

— Думаешь, ложь заставит меня оставить тебя в живых?

— Меня вообще не должно здесь быть! — выкрикнула я. — И Элис — тоже!

Элис свирепо уставилась на меня, не в силах что-либо сделать.

— Замолкни, Рейчел.

— Но мы здесь, — продолжила я. — И пытаемся вернуться домой.

Сила в руках Квена стала спадать; больной блеск вокруг пальцев потускнел.

— Куда?

— Точнее, когда, — поправила я, и Элис застонала. — Через два года я изменю демоническое заклинание и попаду сюда. Мне нужно кое-что из Безвременья — до того, как оно рухнет. Ты не можешь сказать ему. И не можешь сказать мне.

Ал говорил: правду — только мёртвым. Теперь я поняла, что он имел в виду. Но если я не скажу Квену сейчас, один из нас умрёт.

Свет в его руке дрогнул и почти погас, оставив лишь тонкую дымку возможной смерти вокруг пальцев.

— Он велел мне тебя убить. Я с ним согласен. Это давно назрело.

Я покачала головой.

— Решения из гордости редко бывают хорошими — ты знаешь. Не веришь, что я переместилась во времени — ступай к церкви и убедись. Сейчас я как раз выхожу из демонической комы: Миниас вытянул из меня фокус. — Я поморщилась. — Можешь передать Тренту: пусть засунет подальше свои попытки забрать его. Фокус принадлежит оборотням.

Квен хмыкнул, но взгляд у него был острый.

— Говоришь, любишь его, — насмешливо протянул он. — Поэтому ты перетащила Фелпса из-под солнца — пока он не умер дважды?

— Кистен всё ещё нежив, — сказала я. — На лодке не он. Там безымянный вампир из морга.

Квен чуть отпрянул, перенеся вес на другую ногу.

— Ты использовала демоническое заклинание…

— Модифицированное, — перебила я.

— Модифицированное демоническое заклинание, чтобы спасти нежизнь своего бойфренда-вампира — и я должен поверить, что ты влюблена в Трента? И что он влюблён в тебя? Через два года?

В его изложении это звучало как скоропалительная интрижка. Но чёрт возьми, за это время мы прошли через многое.

Элис обхватила себя руками.

— Почему, когда я хочу порвать линию времени — это проблема, а когда ты — это нормально?

Во мне вспыхнула не к месту злость.

— Потому что я была здесь, когда это случилось, а ты — нет! — Я собралась с духом и повернулась к Квену. — Кистен умрет дважды. Я не могу это остановить. Но у ковена есть чары, чтобы поднять его призрак, и мне нужен человек, который возьмёт на себя вампирские дела, пока я пережду в Безвременье.

С Трентом и Алом. Да, в это он поверит.

Квен глянул на Элис; та повела пальцами в воздухе, словно говорила: «Привет. Ага, я из ковена».

— Зачем тебе кто-то для «вампирских дел»? — нахмурился он. — Кто заменит Пискари? Айви Тамвуд? Ты помогаешь Тамвуд?

— Я не даю кремировать Кистена. Всё, — сказала я, не желая влезать в то, почему я пастырь вампирской популяции Цинци. Он бы не поверил. — Я не могу позволить тебе убить меня. И ты не можешь сказать Тренту, почему не убил. Через два года он поблагодарит тебя. Обещаю.

Но дымка вокруг его пальцев снова загустела.

— Ничего из того, что я передам, его не устроит, если я вернусь без твоей головы.

О да, это я понимала до боли.

О да, я это прекрасно понимала.

— Скажи ему… Скажи, что в бою ты понял: я — главное творение его отца, а не Стэнли Саладан, — выдохнула я, вдруг перехватив дыхание. — Скажи, что Ли всегда ставит свою семью на первое место и так будет всегда, а меня можно обманом втянуть во что угодно, даже в Безвременье. — Элис покашляла, но мне эта формулировка показалась безобидной. — Вместе мы сможем добыть эльфийскую ДНК, полученную до проклятия, как не смогли наши отцы. А потом он сможет меня убить. Скажи, что ему придётся подождать. Это у него хорошо получается.

Лицо Квена сморщилось.

— Откуда ты знаешь, что ваши отцы работали вместе?

— От мамы, — сказала я. — А Трент подтвердит, когда скажет, что Така́та — мой биологический отец.

Сомнение в глазах Квена стало сменяться недоверием.

— Ты знаешь, кто твой генетический отец?

— Я узнаю, — произнесла я уклончиво. — Только не говори мне. Трент скажет, когда будет злиться и захочет сделать мне больно. Ему это нужно. Сможешь? Сможешь держать язык за зубами? Мне надо, чтобы всё случилось, Квен. Тренту надо, чтобы всё случилось, и если ты расскажешь ему, что будет дальше, этого не произойдёт. — А если не произойдёт, он никогда… я никогда… Боже.

У Квена снова дёрнулась губа, и меня охватил панический холод: он не поверит.

— Пожалуйста! — я подняла ладонь, останавливая его; кольцо матери Трена сверкнуло между нами в утреннем свете. — Прости, но мы влюбимся. Никто этого не хотел, меньше всего — мы. Ты не хочешь, Трент не хочет, — я почти застонала. — Демоны не хотят, но это случится. И это сделает Трента лучше, целее. Квен, он станет тем, кем сам хочет быть, а не тем, кем его делал отец, лишь бы ваш народ выжил.

Квен уставился на мою руку; губы приоткрылись, будто его прошила незнакомая боль.

— Он изменится, — выпалила я, сама не понимая, что сейчас сдвинулось. — Как только ему не надо будет из последних сил удерживать своих людей в живых, он изменится. Он обожает девочек. Он так бережен с ними, что у меня сердце ноет. Он помирится с Элласбет. Он старается помириться со… своими врагами, — сказала я, зная, что признаться, будто Трент сам поставил палатку рядом с домом на колёсах демона, — слишком. — Он находит любовь во множестве вещей. Прошу. Не говори ему про будущее — вдруг ты его изменишь, а я не вынесу этой мысли. Я не могу его потерять. Я бы не стала тебе говорить, но и убить себя тебе не дам, и тебя убить не могу: ему пришлось бы проходить всё это одному, а ты ему нужен.

Элис смотрела на меня так, будто я только что разорвала континуум времени и… сделала в нём непотребство. Может, так и было. Но я не могла убить Квена — и не могла позволить ему убить меня.

Квен отшатнулся на шаг, опустил голову.

— Береги это, — сказал он, скользнув взглядом к моей руке. — Оно спасло тебе жизнь.

Я сжала пальцы в кулак.

— Что?

— Это кольцо. — Больше не говоря ни слова, Квен развернулся и ушёл.

— Квен? — окликнула я, но он не остановился. Четыре шага в кусты — и его не стало.

— Я знала, что за нами кто-то увязался, — пробормотала Элис.

Я облизнула губы, уже не уверенная, что именно подарил мне Трент. Вдруг стало страшнее, чем прежде.

— Не верю, что ты всё это выложила, — сказала Элис. — Эй, снимешь свои удерживающие чары? Нам надо уложить Джонни и убираться отсюда. — Она прищурилась на голые ветви, разрезавшие безупречно-синее небо. — Тут немного убирать. Сомневаюсь, что они устроят серьёзное расследование. Всё-таки он кровный дар.

Я разорвала чары, и Элис с облегчением выдохнула.

— Нет, не устроят, — прошептала я, всё ещё глядя на место, где видела Квена в последний раз. Он знал о моём приходе сюда последние два года — и ни разу не сказал ни слова. Слава Богу, я не упомянула про Кери.

Опустив голову, я последовала за Элис на лодку, уже не уверенная, что найду дома.

Если вообще доберусь домой.