?Офень флая федьма (СИ) - Амеличева Елена - Страница 24

И кажется, что больше ничего и не нужно. Останемся тут, позеленеем и будем квакать, как две счастливые лягушки…

— Бяяяяя!!! — раздалось над нами, напрочь разрушив всю романтику.

В канаву заглядывал разъяренный козел Тимьян.

Глава 34

Козлятина

— Вот умеешь же ты все испортить, — пробурчала я, вылезая из канавы и косясь на разъяренного супруга, взрывающего землю копытом.

Видно по бесстыжей морде, что уж очень хочется ему рога свои воткнуть в демона, но боязно, что тот освежует на месте. Вот и бесится скотина от того, что наказать не может мужика, который его жену в канавке радовал. Ну и пусть. Я удовлетворенно кивнула. Отольются козлику женкины слезки, в жизни ведь все возвращается обратно, и хорошее, и плохое. Вот и муженьку моему ответ держать придется за то, что натворил, бракодел. И за щучек своих, и за уху их. Детей наделать — занятие нехитрое. А вот прокормить, воспитать да на ноги восставить — совсем другой коленкор.

— Может, все ж таки на консерву его? — с усмешкой предложил Эзра. К счастью, уже без арбуза на рогах, выдававшего его принадлежность к виду демонов — я вовремя успела магией смахнуть и глаза Тимьяну отвести. Хотя он в тот момент явно о другом думал, по бешеному взгляду было без слов понятно.

— Есть четыре причины этого не делать, — произнесла заклинание, чтобы очистить платье. — Ты с ними знаком: Катя, Афоня, Сева и Маша. А так давно бы уже выгнала к чертям этого гуляку! Или к пумам. Вдовой бы стала, красота!

— Бя, — Тимьян попятился, но я перехватила огрызок веревки, что волочился за ним по земле.

И как он вечно умудряется сбегать? Наложила бы еще одно заклинание, но боюсь, опять какой-нибудь очень непредвиденный эффект получится, разгребай потом. Вдруг козлина драконом обернется с трехэтажный дом, что тогда с ним делать? Как жандармам объяснять, откуда такое счастье на моем участке сидит? И чем кормить прохиндея? Для начала, конечно, можно Клару и свекобру в гости на обед пригласить. В качестве первого и второго блюда для чешуйчатого сойдут. А потом?

— Иди сюда, — привязала мужа к заднику телеги, к которой Эзра уже прилаживал убегающее на свиданки колесо, и принялась собирать все, что рассыпалось.

К счастью, мелочь осталась в мешках, а вот крупночь, как говорит Сева, раскатилась по дороге. Но и с этим справились, все вернули «по месту проживания».

— Отдай, зараза прожорливая, — я отняла у Тима кочан капусты, положила пожеванный овощ в мешок и вытерла пот со лба. — Все тебе понадкусывать надо, что еду, что девиц. Червяк, а не мужик!

Собрав «урожай», поехали домой. Благо оставалось немного. Ругаясь и стуча копытами, обиженный супруг трусил за телегой, пристально за нами подглядывая. То же самое делал Эзра, косясь в мою сторону, но я старательно рассматривала луговые цветы, делая вид, что важнее дела на свете нет. Я же порядочная метелка, а не какая-то легкомысленная швабра, которая целуется в канавах с мало знакомыми демонами. Вовсе нет!

Когда мы вернулись, детишки украшали таверну к свадьбе. Толсто-сочные цветочные гирлянды яркими гусеничками ползли везде, где только можно. Боюсь даже вспоминать их стоимость. Но барон сказал не экономить, чтобы было дорого-богато. Пыль в глаза гостям пустить — это же святое. Пусть зубами скрипят, завидуют до трясучки. Тогда Тундар посчитает, что праздник удался. А это отразится на сумме, что я получу за праздник.

— Тит, держи прямее! — скомандовал громкий голосок Кати, и наш женишок, стоя на лестнице, подтянул гирлянду повыше.

— Ну? — невеста вопросительно посмотрела на малышню, что стояла внизу, в качестве судей.

— Прямо, — сказал Сева.

— Теперь криво, — добавила Маша.

— Тит! — скомандовала Катя, и цветы чуть опустились.

— Теперь прямо, — одобрила Маша.

— Стало криво, — воспротивился Сева.

— Да возьмите вы уже гвозди, линейку и нитки, — посоветовала я, привязывая козла к липе. — Хватит мучить Тита.

Так, а это что такое? Увидела белую псину размером с теленка, что бегала по саду и поспешила к ней. Успела как раз в тот момент, когда пес поднял лапу и принялся поливать беседку. И кто же калитку боковую не закрыл, а? Хотя сейчас тут столько людей шастает, за всеми не углядишь.

— Дядя Афанасий! — крикнула в то место, что воинственной пушкой торчало вверх в огороде соседа. — Почему ваша собака делает, э-э, опись имущества в моем саду?

— Прости, недоглядел, — распрямившись, ответил мужчина и посеменил к калитке. — Вечно этот кобелек с привязи срывается, а мне потом щенят тащут со всей округи. Твои, говорят, забирай и делай с ними, что хошь, нам не надобно. И не поспоришь ведь, он один, шкодина такая, белый в округе, а деток плодит — все белее снега. Так что, как убежит, так потом приплод.

— Не поверите, у меня та же беда, — усмехнулась, покосившись на козла.

— Извини, что спрашиваю, — поймав описывателя имущества за ошейник, посмотрел на меня виновато, — не возвертался еще супружник твой?

— Хотите морду ему набить? — понимающе усмехнулась. — Тогда занимайте очередь, но учтите, она длинная.

— По-мужски с ним надобно поговорить, — сосед кивнул. — Не дело он сотворил, бракодел. Да и с тобой не по-человечьи поступил.

— И не говорите. Мой шок в шоке, как говорит Кондратий. Но пока этот гад не вернулся. — Снова посмотрела на козла, что уворачивался от орехов, которые в него метала белка. — Но, наверное, уже скоро. — Помрачнела. — Как появится, делайте с ним, что хотите. Мне он больше не нужен.

— Ну, как знаешь, — Афанасий отправился обратно.

А я поспешила на кухню. Готовки еще чуть ли не до самого утра. Торт надобно лепить. Барон ведь лично эскиз нарисовал. Ни в чем себе не отказывал, всю фантазию напряг. Наверное, припомнил все сласти, что на бракосочетаниях в столице видал. Ох, свадьбы, свадьбы…

Глава 35

Кровушка

Все! Я нанесла последний штрих на свадебный торт — россыпь съедобных золотинок. Обошла кругом, полюбовалась пятиярусным чудом, где каждый ярус был с другим вкусом, наложила заклинание легкого «морозца» и сняла фартук. С утра доделаю то, что по мелочам и не горит, а сейчас…

Потянулась, чувствуя, что спать-то и не хочу вовсе. Видимо, переборщила с игогошником. Выпила столько, что глаза сами будут открываться, как у куклы, если в постель лягу. Ну, тогда пойду над плетением поработаю. Там интересные «коленца» вырисовываются. Вот бы в заговор добавить кровь демона, она сильная очень и позволит их дальше заплести. Но где ее взять?

Вот я дурная ступа! Шлепнула себя по лбу, войдя в спальню. У меня ж живой копытный под боком спит! Вернее, в каморке, что раньше была под детскую определена, а потом кладовкой стала. Ведь деток от Тима так и не народилось. Всех оплодотворил, мерзопакостник, а родная жена пустоцветом ходила. Ну как так, а?..

Ладно, лучше за кровушкой отправлюсь. Взяв иголку, носовой платок, очищенный заклинанием до стерильности, прокралась в комнату Эзры. Тот громко храпел, разметавшись на небольшой постели. Изображая голодного комара, попыталась пристроиться к его пятке, но едва не получив ею в лоб, отказалась от этой опасной затеи и «перелетела» на руки.

Злой демон тут же замахал ими, отгоняя назойливых кровососущих ведьм. Увернувшись от оплеухи, услышала ругательство и, обидевшись, ткнула иглой в сгиб локтя — в отместку. Ага! Улыбнулась кровожадно, увидев огромную набухшую каплю крови. Прижала к ней платок, нависнув над Эзрой, и…

— Ты что тут делаешь? — услышала через секунду.

Зеленые фонари опалили лицо.

— Что надо, то и делаю, — отрезала с перепугу нагло. — Спи давай!

— Ладно. — Тоже, видимо, от неожиданности согласился демон.

Воспользовавшись этим, соскользнула к кровати и поспешила к двери.

— В следующий раз не отпущу, так и знай, — слова ударили в спину. — Придешь в мою постель — в ней навсегда останешься. Ясно, ведьма?