Ведьма на отборе - дурная примета (СИ) - Саттэр Елена - Страница 1

Елена Саттэр

Ведьма на отборе - дурная примета

Глава 1

Что за ерунда? Я лихорадочно закрутилась на месте. Только что я сидела в кафе с Риткой и попивала кофеек . Еще такие вкусное пирожное заказала. Анну Павлову, любимое мое. И вдруг в майке, тонкой флиске и шортах я стою в лесу. Босая к тому же. И солнечные очки в волосах..

Я растерянно огляделась. И на дворе явно не июнь месяц, а весна, хоть и поздняя, но совсем не теплая. Я съежившись, охватила плечи руками. Лес кругом. Причем дремучий. Ели вековые, сосны, буреломы. Это где это я?

Сон? Да ладно, какой нафиг сон. Сидели болтали. Ритка меня уговаривала вместе с ней в Турцию сгонять.

—Яж, ну поехали,—канючила подруга.—не хочу одна ехать. Ну, Яж.

Вообще то мое полное имя Ядвига, но друзья дружно называли меня Яжей.

Вот еще и дождь начал накрапывать. Холодный. Я конечно к дождю нормально отношусь,— в Питере живу. Мы там все с жабрами. Но температура градусов десять от силы и где мать твою хотя бы сандалии. Мое щуплое тельце стала бить мелкая дрожь. Даже флиска не спасала. Дык, тыг, дык.

—Люююд-д-д-ди! Ауууу! Есть здесь кто-нибудь?

Я сама не узнала свой голос в этом мышином писке. Прислушалась.

А в ответ тишина. И чего дальше делать? Лихорадочно начала вспоминать с какой стороны у деревьев мох растет? С юга, где теплее, или все таки с севера? Мох же в основном на севере произрастает.

И шо мне это даст? Ну предположим в тайге я, наверное тогда лучше на юг в сторону Китая топать. Так блин с какой стороны мха стороны света? Нет что-то я не то говорю. Это с холоду мысли заплетаются. Дык, тыг, дык.

Надо идти хоть куда. Хоть в Монголию, но к людям. Не в Монголию, не надо, там сквозь нее пройдешь и человека не встретишь, мало совсем этих монголов стало.. А что за Монголией кстати? С трудом начала вспоминать карту мира, но от холода это было трудно.

Тоже Китай по-моему. Все дороги идут туда, но лучше конечно к русским, поскольку я только на ломанном английском могу изъясняться с рязанским акцентом, правда.

Мои длинные распущенные волосы от мелкого дождика превратились в рыжие сосульки. Дык, тыг, дык. Может побежать, чтоб согреться? Таки босиком. Наступлю на что-нибудь острое, потом заражение, столбняк и помру здесь же под елочкой.

Не, это не сон, слишком холодно. Знаю! Я в дурке. Видимо галлюцинации периодические меня все таки догнали. С запахами разными. Они меня с детдома еще мучили. В институте правда поменьше. Там столько химии было, что не до этого.

А это что за звуки? Вой. Вой?

- Помогите—пискнула я. -Люди, кто-нибудь! Верните меня обратно. Хоть в палату больничную.

Ответил мне тот же вой, с переливами.

И мне не оставалось ничего лучшего, как рвануть в противоположную от хищников сторону. Ран, Ядвига, ран. Высоко задирая ноги, как бешенный сайгак я помчалась напролом через кусты. Ну босиком—и что? Жизнь захочешь—крылья отрастишь.Поваленное дерево—перепрыгнем, низкая ветка—поднырнем. Даже согрелась, запыхалась только. Слабая у меня дыхалка— до спорта я ленивая до безобразия всегда была.

Выскочила на полянку. А там избушка полуразрушенная. Да я в такую в здравом уме с роду бы не зашла. Там как правило маньяки с бензопилами сидят. Но тут было не до раздумья. Окинув со лба намокшие от противного дождя волосы, оглянулась. Волки серыми тенями выскочили из леса. Блин , это не волки—это мутанты—переростки какие-то. Я же волков и в зоопарке и в зоологическом музее видела—поменьше они этих.

И я вскочив на полусгнившее крыльцо, толкнула старую дверь. Запрыгнула внутрь и с силой ее захлопнула. Задвинула щеколду и тяжело дыща,рванула к полуразбитому окну. Мамочка моя! Те существа, что носились по двору в холке мне до талии будут. Кто-то поскребся в дверь.

—Уйди прочь, гадина! Я не вкусная –заорала я, закашлявшись, еще не в силах отдышаться. Сердце все колотилось как бешенное и готово было вылететь из груди. Как будто мне было не двадцать лет с хвостиком,а все сто. Вот что тебе Яжка в спортзал не ходилось. А все самомнение раздутое- на фига мне я и так худая. И красивая, не нужно мне на тренажерах умирать, и так отбоя нет от мужиков.

Наконец то отдышавшись, я пришла в себя и огляделась. Куда меня занесло. Поводило носом— пахло сыростью и старостью. На стенах висели полусгнившие венки трав. Грубо сколоченный стол, лавка. Все черное, древнее. Посередине избушки стояла большая русская печь. А рядом с печью… Я потерла глаза. Ого. Ступа. Настоящая, как в сказках. И метла сучковатая отполированная стояла прислоненная рядом. Я подошла и ткнула в нее пальцем. Не бутафорская и как будто из магазина новехонькая. Хотя рядом вон корзины сгнившие стоят.

Нет, не дурка? Может я умерла? И я в чистилище? Наверное меня машина сбила? Ага , в кафе. Нет, здесь что-то другое. Но это потом. Разгоряченное от бега тело потихоньку остыло и замерзло. Мокрая от пота футболка стала неприятно холодить спину. Еще заболеть и помереть не мешало. Не от столбняка так от простуды.

Так, есть печь, должны быть спички. Я пробежалась глазами по полкам. Полцарства за спички. В глубине души внутренний голос рассудка спросил:

—Ну найдешь ты спички, а дальше?

—Печь разожгу—ответила я самоуверенно.

—Ага. А в каком месте ее разжигают, ты знаешь?

Я замерла вспоминая детские фильмы про русскую печь. Единственное что вспоминалось, как баба Яга в нее Ивашку засунуть хотела, потому как сырого есть дюже не полезно для пищеварения.

Вдруг сверху печи донесся шорох . Я отпрыгнула, готовая в следующую секунду выскочить к волкам.

глава 2

Но из под скомканного старого одеяла высунулась огромная кошачья голова. Кот обвел меня светящимися зелеными глазами, задумчиво остановив взгляд на голых ногах, сощурился. Потом помолчав некоторое время, и видимо, приняв какое-то решение, как-то очень грустно, даже обреченно сказал:

—Ну, здравствуй что ли.

Здоровый ,размером с крупную собаку, абсолютно черный кот соскочил с печи и стал вылизываться.

Вот это последнее « что ли» меня сразило наповал.

Говорящий кот. Нет, все таки в психушке, а это мой персональный глюк.

Даже озноб убежал, к волкам наверное, чтоб они там передохли во дворе.

Потрясла лихорадочно головой, как будто бы это помогло прогнать весь окружающий меня маразм.

Я сглотнула.

-Ты кто?- уставилась я на кота.

Он поднял на меня печальные зеленые глаза, вздохнул тяжело, как будто на казнь его вели и ответил:

- Неправильный вопрос. Надо было спросить кто ты и где ты.

Я растерялась.

—Иии?

— Ты –ведьма Дремучего леса, давняя потомица Бабы Яги.—и он с такой жалостью на меня посмотрел, что у меня опять дрожь началась по всему телу.

Я показала на себя пальцем, потом оглянулась в поисках той самой потомицы.

- Я кто? Потомица Бабы Яги? Зверь , ты шутишь? Ты бабок ежик вообще видел когда-то? Они же страшные с бородавкой на носу. А у меня идеальный формы нос. А еще я про ведьм только в сказках читала. В моем мире волшебства не водится совсем, у нас все по науке. И вообще она в лесу жила, а я туда только на пикник три раза в жизни выезжала. Городская я.

Стресс сделал свое дело и из меня понесся словесный поток. В институте это было выгодно. Для экзаменов. Я настолько заговаривала преподавателей, что через какое-то время, глаза их скашивались, они обмякали и дрожащими руками ставили мне пятерки.

Вся группа пользовалась моим зубозаговариванием. Такого состояния нестояния экзаменатора хватало еще на трех человек после меня. Мои одногруппники могли нести лютую пургу, а это никто не замечал. Единственное было но, я должна была быть в стрессе—дойти до кондиции, так сказать. И сейчас глаза у котика чуть осоловели.

—Так что давай нормальную версию выдвигай. И ты кстати кто сам будешь ?—закончила я.