Современный зарубежный детектив-9. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Кинг Стивен - Страница 235

— И все это внесли в мечеть?

— Тут тоже есть противоречия, — признал Рамирес. — Большинство людей, с которыми мы говорили, живут не в этом здании, они просто проходили мимо. Некоторые не знали, что в подвале располагалась мечеть. Мы делаем фотографии места происшествия. Я поручил Пересу заняться списком жильцов. Сейчас он отправился в больницу. Серрано и Баэна работают с соседними домами и людьми на улицах. Где Кристина?

— Видимо, она еще занимается домами на Лос-Ромерос, — ответил Фалькон. — Сейчас нам нужно найти человека, который заходил внутрь мечети в течение последних сорока восьми часов: нужно соотнести его показания с тем, что нам сообщали те, кто видел ее снаружи. Как насчет этой женщины, Эсперансы, той, что дала комиссару Эльвире список, — она оставила свой телефон? Позвоните ей и узнайте имена и адреса. Эти женщины должны знать.

— На комиссара еще не вышел никто из марокканской диаспоры?

— Кто-то явился вместе с мэром, — сказал Фалькон. — Сам знаешь, как это бывает. Властям обязательно надо ограничить деятельность журналистов, пока те не оказали нам хоть какую-то практическую помощь.

— А помните, как в Лос-Бермехалес хотели построить мечеть? — спросил Рамирес. — Громадную, в ней поместилось бы семьсот прихожан. Местные жители протестовали против строительства, даже сколотили движение под названием «Los Vecinos de los Bermejales».

— Верно. У них был и свой сайт — nogracias.com, — заметил Фалькон. — В последнее время было много судебных процессов, которые касались расизма, ксенофобии и антимусульманской деятельности. Особенно после одиннадцатого марта.

— Мы могли бы поискать среди участников тогдашнего противостояния, — предложил Рамирес. — Или это слишком очевидный путь?

— Занимайся пока тем, что происходило внутри и снаружи мечети в последние сорок восемь часов, — сказал Фалькон. — В конечном счете варианта два: либо взрывчатку доставили сюда террористы и она случайно сдетонировала, либо бомбу заложила какая-то антимусульманская группировка и затем привела ее в действие. В обоих сценариях могут быть свои тонкости, но это — две основные версии. Давай работать с той информацией, которую мы получаем, и не отвлекаться на побочные варианты.

Фалькон дал отбой. Пилы смолкли; рабочие разгребали обломки руками. Были затребованы еще два домкрата, а также балки и фонари. Люди бегом поднимались по лестницам, неся необходимое оборудование. Принесли распорки. В туннель втащили фонари. Пила врезалась в сталь и тут же затихла. Из туннеля извлекли кусок металлического штыря, а следом — еще обломки. Четверо санитаров, прислонившись к своей машине, ожидали, когда им пора будет выйти на сцену. Спасатели принесли к подножию приставных лестниц две пары носилок с удерживающими ремнями. По совету психолога Фернандо всецело сосредоточился на собственном дыхании. Кто-то крикнул доктора. Судмедэксперт поднялся по лестнице со своим саквояжем и пролез в туннель. Наступила тишина, которую нарушало лишь постукивание дизельных генераторов. Экскаваторы прекратили работу; экскаваторщики высунулись из кабин и наблюдали за происходящим. Казалось, все хотят выжать из этого чудовищного дня хоть каплю надежды.

Еще один крик: на этот раз просили носилки. Врач задом наперед, на четвереньках, вылез из туннеля и спустился по лестнице, пока двое спасателей с носилками поднимались по соседней. Фернандо выпрямился и через считаные секунды был уже возле врача, схватил его за рукава рубашки. Врач крепко взял Фернандо за плечи и что-то говорил, глядя прямо ему в глаза. Напряженность этих странных объятий делала их похожими на дзюдоистов, пытающихся уложить друг друга на лопатки. Потом Фернандо бессильно свесил руки. Врач обнял его и попросил привести психолога. Фернандо уткнулся в доктора, как заблудившийся ребенок. Врач говорил с психологом через его плечо.

Затем врач шагнул к санитарам; те связались с больницей, и он поговорил напрямую с отделением скорой помощи. Санитары задним ходом подвели машину к лестницам, открыли двойные двери, подготовили каталку с крепежом для головы, шеи и спины, подключили кислород, приготовили кардиостимулятор.

Рабочие, которые вошли в туннель после доктора, теперь пятились назад и звали спасателей с носилками. Судмедэксперт присоединился к Фалькону, как раз когда к ним, обогнув здание, подошел Кальдерон.

— Что, там кто-то остался в живых? — спросил Кальдерон.

— Женщина погибла, — ответил врач, — но ее дочь жива. Она дышит, пульс нитевидный. Похоже, мать упала на девочку сверху, пытаясь защитить ее от обломков, которые на них сыпались. Девочку трудно будет вытащить. Мать лежит спиной к спасателям, так что им надо поднять ребенка и перенести через тело женщины, а там не хватит для этого места. Если у ребенка травма спины, то уже одно это движение может ее навсегда парализовать, но если она останется там еще дольше, она умрет.

Рабочие у входа в туннель что-то закричали, поднимая вверх большие пальцы. Спасатели скользящим движением вытащили наружу стальные носилки, соединили их с подвижными креплениями лестницы и спустили вниз, к санитарам, которые на счет «три» подняли девочку и поместили ее на каталку. Подбежали две телевизионные бригады, за ними — местная полиция. Судебный медик дал полный отчет Кальдерону. Снова заработали отбойные молотки, пилы и экскаваторы, словно в них вдохнула жизнь эта слабая искра надежды. Фалькон забрался в карету «скорой помощи». В ее заднюю часть погрузили каталку, следом залез Фернандо. Один из рабочих грубо оттолкнул телеоператора. Дверцы захлопнулись, чуть не прищемив микрофон женщины-репортера. Водитель прыгнул на сиденье и включил сирену. Машина медленно двигалась по изрытой земле, пока вновь не оказалась на асфальте. Фоторепортеры штурмовали борт и заднюю стенку «скорой», наставляя в окна фотоаппараты и мигая вспышками. Яркие огни, истерически завывающая сирена и бегущие репортеры заставляли пешеходов удивленно оборачиваться, приоткрыв рты.

Новость о выжившей жертве обогнала «скорую», и у входа в больницу сгрудилась толпа репортеров, отчаянно сражавшаяся с десятком местных полицейских и больничных санитаров. Наконец проход освободили, и девочку вынесли из машины и пронесли в двери больницы до того, как к ней сумели подобраться корреспонденты. Фернандо втянулся в здание следом за ней. Журналисты окружили Фалькона, которого они видели в «скорой», и он снизил накал истерии, сообщив, что девочка, извлеченная из разрушенного здания, подает признаки жизни. Врач сделает подробное заявление после того, как проведет ее осмотр. Подняв руку, Фалькон оттолкнул накативший вал вопросов.

Через десять минут он забрал свою машину, так и стоявшую у Института судебной медицины, и стал пробираться сквозь толпу журналистов, среди которых по-прежнему царило возбуждение, вызванное его сообщением. Он пересек реку и въехал на бывшую площадку «Экспо».[186] Офис компании «Информатикалидад» он обнаружил напротив одного из больших товарных складов на улице Альберта Эйнштейна. Он предъявил регистраторше свое удостоверение и сказал, что ему необходимо срочно побеседовать с Педро Платой по поводу расследования убийства. Он посмотрел на нее своим самым ледяным полицейским взглядом, и она дозвонилась куда нужно. Сеньор Плата на собрании совета директоров, но он будет в вашем распоряжении в течение нескольких минут. Она провела его мимо охраны в кабинет, все стены которого были стеклянными и в котором не было видно ни души. Вообще в здании явно недоставало движения, как будто бизнес здесь шел замедленно или вообще умер.

Регистраторша ушла и вскоре вернулась вместе с Педро Платой. Она поставила перед ними две чашки кофе и удалилась. Он отвечал только за покупку этой недвижимости, поэтому он не сможет объяснить, каким образом она затем использовалась.

— Почему вы ее купили, а не арендовали?

— Если вы пообещаете, что эта информация не попадет в налоговые органы и не будет использована против нашей компании…