Современный зарубежный детектив-9. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Кинг Стивен - Страница 189

— Но она всегда фотографировала незнакомых людей.

— Значит, в кадр мог попасть и тот, кто беседовал с ее мужем у реки.

— А если мы найдем снимок?

— Ты снова вернулся к неверию, Хосе Луис, — сказал Фалькон. — Если бы пятнадцать лет назад я намекнул тебе, что русская мафия будет контролировать семьдесят процентов проституции в Европе, ты бы рассмеялся мне в лицо. Но сейчас возможно все что угодно. Люди начали отождествлять самолеты с бомбами. На улицах любого европейского города можно легко купить новый паспорт, потратив на это несколько тысяч евро, — его изготовят за сутки. АК-47 можно заполучить за пару минут. В каждой стране мира есть ячейки Аль-Каиды. Почему бы ЦРУ не провернуть скромную операцию в Севилье, когда вся Европа превратилась в котел, бурлящий безвластием и разложением?

— Напоминай мне время от времени, чтобы я не забывал трястись от страха, Хавьер, — сказал Рамирес. — А теперь представь: мы найдем фотографию Крагмэна с загадочным американцем. Разыщем его. А он станет все отрицать, ссылаясь на то, что Крагмэн был сумасшедшим, застрелил жену, а следом себя. И с чем мы остаемся?

— Шесть человек умерли меньше чем за неделю. Пятеро из них жили в соседних домах. Даже не будь я полицейским, я бы счел это странным, — сказал Фалькон. — Мы стали свидетелями какого-то коллективного психоза, когда каждая смерть или самоубийство оказывали психическое давление на следующую жертву, или… мы просто не можем увидеть связь, потому что нам не хватает информации.

В кармане Фалькона завибрировал мобильный. Элвира приказал вернуться в управление. Американское консульство направляло туда своего человека. Фалькон оставил Ферреру и Рамиреса продолжать поиски и поехал на улицу Бласа Инфанте.

Из американского консульства прибыл офицер по имени Марк Флауэрс. Лет пятидесяти, моложавый, загорелый и с черными, по всей видимости крашеными, волосами. Говорил на безупречном кастильском испанском и был неплохо подготовлен к выполнению своей задачи.

— Я прочел два отчета: старшего инспектора Фалькона и судебного следователя Кальдерона. Мне сказали, что они написаны независимо друг от друга. Впечатляющие подробности, похоже, совпадают. Не обнаружив серьезных расхождений, я сообщил консулу, что считаю их точными и правдивыми. Оба отчета отправлены в штаб-квартиру ЦРУ в Лэнгли, чтобы получить официальные разъяснения. Они категорически утверждают, что не знают не только Марти Крагмэна, но и так называемого консультанта Фоули Макнамару. Комиссар Элвира также спрашивал, нет ли в ЦРУ данных на Мигеля Веласко, он же Рафаэль Вега, бывшего чилийского военного, проходившего какое-либо обучение в ЦРУ. Они сообщили, что просмотрели картотеку всех сотрудников с момента основания ЦРУ после Второй мировой войны и не нашли человека с таким именем, проходившего у них обучение. Они обратили внимание на то, что прошлой ночью Марти Крагмэн ни разу не назвал Рафаэля Вегу Мигелем Веласко, так что данная Марти информация похожа на его собственную интерпретацию психических проблем сеньора Веги. Крагмэн сам вычислил, что Вега был чилийским военным и причастен к казням и пыткам. Они описали сеньора Крагмэна как классического «сказочника» с выплесками пораженного психозом воображения, который, с учетом личного опыта по части южноамериканской политики той эпохи, легко смог бы…

— Что за личный опыт в южноамериканской политике? — перебил Фалькон.

— Иммиграционная служба проверила поездки Марти Крагмэна за пределы США и выяснила, что он четыре раза побывал в Чили с марта семьдесят первого по июль семьдесят третьего. Как вам известно, в годы правления Альенде американское правительство было сильно обеспокоено растущей популярностью марксистских идей, и, следовательно, за гражданами США, посещавшими эту страну, пристально наблюдали.

— Что удалось выяснить насчет покойной жены Веги и семьи его дочери? — спросил Фалькон.

— Это, сами понимаете, проверить гораздо сложнее. Они только могут сказать, что ни Мигель Веласко, ни Рафаэль Вега никогда не заключали брак на американской земле, — ответил Флауэрс.

— Я имел в виду заявление Крагмэна о том, что страх Веги был вызван параноидальной уверенностью, что семью дочери могли убить его враги.

— Кто эти враги?

— Люди, включившие его в программу защиты свидетелей, от которой он счел за лучшее сбежать.

— Возможно, вам интересно узнать, что ЦРУ, просматривая список чилийских военных, обнаружило Мигеля Веласко, довольно известного сотрудника режима Пиночета, который славился чрезвычайно нестандартными и неприятными методами ведения допросов. Среди революционной оппозиции он был известен под прозвищем Еl Salido — Извращенец.

— А что может сказать ЦРУ об участии ФБР в этом деле? — спросил Фалькон. — Уклонение от программы ФБР по защите свидетелей после выступления на суде по делу о торговле наркотиками, конечно, должно было заинтересовать ЦРУ?

— ЦРУ изучало документы только в свете поведения и заявлений сеньора Крагмэна. Я знаю, что у них имеется дело на Мигеля Веласко из-за его деятельности в правительстве Пиночета. Если там и есть что-то еще, оно, безусловно, засекречено.

— Ваш ответ составлен в рекордно короткие сроки и отличается вниманием к подробностям, — заметил Фалькон.

— У ЦРУ есть повод для гордости, — сказал Флауэрс. — После одиннадцатого сентября в работе службы произошли изменения, особенно в части времени реакции на все запросы, имеющие отношение к этой дате, даже если они касаются семьдесят третьего года.

— Я приложил к отчетам справку по делу Веги, — напомнил Элвира. — В разъяснительных целях.

— Это очень помогло, комиссар, — сказал Флауэрс.

— Какова была бы реакция ЦРУ, предоставь мы свидетельство встреч сеньора Крагмэна и… правительственных чиновников Соединенных Штатов? — спросил Фалькон, которому Марк Флауэрс казался чересчур милым и дружелюбным.

— Удивление, надо полагать, — ответил Флауэрс, сохранив абсолютно невозмутимое лицо.

— Как вам известно, жена сеньора Крагмэна была известным и очень увлеченным своим делом фотографом. В частности, любила фотографировать людей у реки, где ее муж как раз встречался с неким «Цыганом».

Флауэрс моргнул и ничего не сказал. Он протянул Элвире свою визитную карточку и вышел.

— У вас есть такие фотографии? — спросил Элвира.

— Нет, комиссар, — ответил Фалькон. — Это заявление — просто способ выяснить все до конца. Если сеньор Крагмэн был «сказочником», мы больше не увидим Марка Флауэрса. Но если он действительно поставлял информацию, кое-кто в консульстве обязательно встревожится. Я не прочь узнать, если вы получите сообщение из вышестоящих инстанций.

Зазвонил телефон Элвиры. Фалькон встал, чтобы уйти. Элвира жестом показал, чтобы он остался. Комиссар выслушал говорившего, что-то записал и положил трубку.

— Это старший офицер из Арасены, — сказал он. — Ему только что сообщили из пожарной службы, что лесной пожар, в последние несколько дней бушевавший в окрестностях Альмонастер-ла-Реаль, возник в результате поджога, и теперь они выяснили, что сначала загорелось уединенное имение, принадлежавшее старшему инспектору Альберто Монтесу. Дом практически полностью выгорел, но они нашли остатки таймера и считают, что он был подключен к устройству, воспламенившему большое количество бензина.

27

Вторник, 30 июля 2002 года

Жестокая жара до сих пор не отпустила город. Он корчился за спиной Фалькона, как чудовище в собственном зловонии, но простиравшаяся впереди открытая равнина, колыхание бурой травы, холмы вдалеке отвлекали от неприятных ощущений. Когда Фалькон подъехал к холмам, стало прохладней, хотя воздух все равно был не холоднее температуры тела. Ощущение побега из городского бетонного пекла к высокой зелени каштанов будоражило кровь. Или это реакция на песню Элтона Джона «Бенни и Джетс», доносившуюся из радио?

Даже представить невозможно, что в этих краях может случиться что-то ужасное. Если город притягивал к уродливым сосцам на щетинистом брюхе бедных, потерянных, продажных и растленных, то здесь природа казалась нетронутой. Солнечный свет проходил сквозь плотную листву деревьев, рассыпаясь пестрыми воспоминаниями о временах не столь сложных, пока Фалькон не свернул с главной дороги в направлении Альмонастер-ла-Реаль.