Слишком хорошо, чтобы быть правдой (2) - Эльберг Анастасия Ильинична - Страница 13

Ник замолчал и принялся раскуривать трубку, и мы с полковником терпеливо ждали, пока он закончит – перебить господина советника никто из нас не посмел.

– Полковник не хотела соглашаться со мной, – продолжил он, – но только лишь по той причине, что не знала, кем заменить тебя на должности руководителя отдела арабских СМИ. Я решил рискнуть и предположил, что тебя может заменить Джозеф. И тебе придётся ему помочь. Следующие несколько месяцев будут очень тяжёлыми для вас обоих. Но я уверен, что вы справитесь лучше, чем кто-либо другой.

Я посмотрел сначала на Ника, потом – на полковника.

– Это… ваше окончательное решение?

– Да, – ответила полковник. – Удачи вам обоим, Брайан.

Ник пожал мне руку.

– Поздравляю, господин советник. – Он посмотрел на наручные часы. – Может, выпьем ещё кофе?

– Отличная мысль, – одобрила полковник и подняла трубку телефона. – Роуз, милая, приготовь нам кофе. Мне, господину советнику и Брайану.

Через пару минут Роуз принесла на серебряном подносе три чашки кофе.

– Спасибо, дорогая, – поблагодарил Ник.

– Не за что, господин советник.

– Надеюсь, там нет яда? – поинтересовался я дежурным тоном, разглядывая кофе в чашке.

– Ты напрасно злишь меня, Брайан. У меня железные нервы.

– Господин советник, – поправил я.

Роуз округлила глаза.

– Как так? Вас… двое?

Мы с Ником понимающе переглянулись.

– Проверь, всё ли готово, Роуз, – сказала полковник. – Мы начинаем через тринадцать минут.

Я покинул зал совещаний в состоянии шока и лёгкой эйфории. Стоит ли говорить, что решение полковника и Ника оказалось неожиданностью для всех.

Рэй расцеловал меня, хотя отбивался, как мог, и пожелал мне удачи.

– Я знал, я знал! Интуиция говорила мне, что это произойдёт! Я ужасно рад за тебя, старик. Это надо отметить.

– О нет, Рэй. Только не это!

– Это обязательно надо отметить! В выходные. Я что-нибудь придумаю. И приведи свою даму, чёрт бы тебя побрал. Я хочу на неё посмотреть.

– Только при условии, что там не будет Роуз. Кстати, я совсем не уверен, что она не рассказала полковника некоторые… пикантные подробности того памятного вечера.

– Да ладно! – ахнул Рэй.

– Послушай, мне надо идти. У меня дел по горло.

Рэй схватил меня за рукав пиджака.

– Погоди-ка! Что значит – не уверен? И вообще, ты чёртов эгоист! Не ты один там отличился!

– Просто полковник спросила меня, действительно ли мы хорошо провели время… таким странным тоном.

– Каким?

– Странным. Послушай, Рэй, я действительно тороплюсь. Мне надо сделать несколько очень важных звонков Зайди ко мне в обед. Мы поедем куда-нибудь, перекусим и поговорим.

– Идёт, – кивнул Рэй. – Часиков в двенадцать.

Спустя сорок минут я решил навести небольшой порядок в офисе и отнести ненужные документы в архив. В обнимку с ворохом бумаг и папок я отправился к лифтам, где меня ждал неприятный сюрприз. Я встретил Джозефа.

Мне было стыдно смотреть ему в глаза, а разговаривать с ним – тем более. Но руки у меня были заняты, и мне пришлось ответить на вопрос о том, куда я еду.

– Третий этаж, – сказал я.

– И мне тоже надо в архив, – улыбнулся Джозеф. – Доедем быстро. Экспресс.

Он был высоким и немного худощавым молодым человеком со светлыми волосами и серо-голубыми глазами. Все знали, что Джозеф – еврей, но в его облике с трудом можно было обнаружить что-то еврейское. Разве что печальное выражение глаз.

– Я хотел поздравить тебя, – заговорил Джозеф. – Ты действительно заслужил это.

На самом деле все знали, что именно ты станешь советником.

– И даже ты?

– Разумеется. Я сомневался меньше всех.

Я посмотрел на него, пытаясь понять, шутит ли он.

– На самом деле, мне немного неудобно перед тобой, – признался я. – Тебе, наверное, хотелось получить эту должность.

Джозеф замахал руками.

– Ты что! Мне никогда не попасть на место советника. Я даже не мечтаю об этом.

– Как, совсем?

Он кивнул.

– Мне нравится то, что я сейчас делаю.

– А тебе никогда не хотелось… – Я решил не говорить слов "продвинуться по службе". – Делать что-то более серьёзное?

– Если честно, то не очень. Я не люблю перемен. Это не в моём характере.

– Тогда я всё же перед тобой виноват. Ума не приложу, как Нику пришло в голову заменить меня тобой.

Мы вышли из лифта и медленно побрели по коридору.

– Мне придётся туго, – вздохнул Джозеф.

– Первое время мы будем работать вместе. На самом деле, это не так трудно.

Только сначала.

– Знаю. Просто… просто это как-то… непривычно. Свой офис, секретарь.

– Ну, привыкай. Теперь ты начальник. У нас отличная компания. Только берегись Рэя, он кого угодно может испортить.

Мы остановились у одной из дверей.

– Мне дальше, – сказал Джозеф.

– Хорошего дня. Заходи на кофе.

Он улыбнулся и быстро зашагал по мягкой ковровой дорожке к концу коридора. (Брайан) Скажу честно – до получения новой должности я не верил в то, что Ник работает сутками.

– Иногда приходится пахать по пятнадцать часов, – доверительно сообщал он мне – и я мог бы поклясться, что слышал в его голосе такие нехарактерные для него нотки жалости к себе.

Ник давно уже заработал свой первый миллион и купил свою первую "порше".

Вероятно, именно поэтому я сомневался, что ненормированный рабочий день является для него обычным делом. Он имел гибкий график, а также мог позволить себе переложить часть работы на плечи помощников – включая меня, у него было пять консультантов.

Я понял, что заплачу очень высокую цену за вежливое обращение "господин советник", довольно-таки прилично выросшую зарплату и завистливые взгляды коллег уже на следующий день.

Почти две недели я с трудом находил время для того, чтобы лишний раз вздохнуть.

Мы с Ником работали вместе чуть больше трёх лет – но я и понятия не имел, что у него так много обязанностей. Мне приходилось одновременно осваиваться на новом месте (а оно-таки оказалось новым), знакомиться со своими подчинёнными, изучать литературу на тему отношений начальника и коллектива и помогать Джо, которому на новой должности приходилось ох как несладко. Я отлично помнил свои первые дни в кресле начальника отдела арабских СМИ – и ничего весёлого в памяти не сохранилось. Пожалуй, самым тяжёлым моментом была перестройка сознания. Не так-то это легко – в одно мгновение превратиться из рядового сотрудника, ничем, кроме незаурядного ума, не выделяющегося из миллионной армии "белых воротничков", в начальника, пусть и небольшого. Теперь у Джо было пятьдесят с хвостиком подчинённых, три неумолкающих телефона и ежедневная головная боль – утренние совещания. Мне хотелось верить, что Джо выдержит испытание с честью. Да что там говорить – я был уверен в том, что это будет так.

Впрочем, моё положение мог бы назвать хорошим разве что самый безнадёжный оптимист (коим я, увы, не являлся). Я практически не спал, если не считать четырёх несчастных часов (Ник "обрадовал" меня, заявив, что к этому следует привыкнуть), думать забыл про спорт и отдых. А с Маденой мы общались исключительно с помощью сообщений, в которых желали друг другу доброго утра или же спокойной ночи (к концу дня я валился с ног, а мозг мой практически не функционировал, и я умудрялся даже три простейших слова "спокойной ночи, дорогая" напечатать с ошибками). За это время я раз пять проклял свою работу, и держался из последних сил только потому, что от отца мне досталось поистине фантастическое упорство. Такое необходимое иногда. А порой и бессмысленное.

В четверг Ник, который отлично знал границы моей работоспособности, сжалился надо мной.

– Ты похож на простыню, которую прокипятили и накрахмалили, Брайан, – сказал он мне. – Отдохни до понедельника. Самое тяжёлое уже позади. Если мы, конечно, подразумеваем русскую поговорку "тяжело в учении – легко в работе".

– В бою, – автоматически поправил я его.