"Фантастика 2025-150". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - Катиш Иван - Страница 83

Я вытянул руку ладонью вверх. Ощутил знакомое покалывание. Что, интересно, у меня получилось? Без очков, которые мне было лень надевать, выяснить было невозможно. Покалывание стало сильнее, очевидно, созданный мной элемент подрос. Вот и славно. Выращу монстра и выпущу в пруд, пусть плавает. Ощущение, что я создаю нечто не просто невидимое, но и ужасное, было восхитительным. Я дотерпел до полного онемения ладони и сжал пальцы. Все исчезло, наверное, рассыпалось. Я вытер руку о штаны и снова уставился в пруд. Блямкнул браслет. А вот не буду на него смотреть! Нет меня! Я потянулся к управлению, чтобы отключить звук совсем, но не утерпел и бросил взгляд на экран. Ой. Гелий. Надо бы прочитать. Я развернул виртуальный экран и увидел первую реплику.

Гелий: Вы это прекращайте, Риц

Он что, видит меня? Я нервно огляделся. Да тут нет ничего, и инкубатор далеко, и инженерный корпус, и центральный… Негде ему быть. И я решительно отбил ответ.

Риц: Прекратить что?

Гелий: То, что вы сейчас делаете. Сидите в темном углу и рассказываете себе, что вы без всех обойдетесь. Дайте угадаю. Вы пытаетесь сейчас что-то создать без очков, направляющих, планшета — чисто голыми руками

Риц: Откуда вы знаете?

Гелий: Я всё знаю. Это стандартное поведение. Вы что думаете, вы настолько уникальны? Наличие стандартной процедуры экстерна вас не удивило? Мне Красин сообщил

Риц: (печатает)

Гелий: Вы сейчас занимаетесь выяснением собственной цены в своих глазах. Бросайте эту ерунду, дождитесь инструкций от Красина и действуйте, как указано. Не надо посреди университета реконструировать древние техники. Если захотите заняться этим, можете потом присоединиться к соответствующей команде. Они работают в защищенных помещениях

Риц: Да я ничего

Гелий: Если вдруг вы добрались до дальнего пруда с утками, то спешу сообщить — там на дне довольно паршивые кристаллы, которые должны отвечать за очищение. Выбить из них установленные программы — раз плюнуть. Один из ваших предшественников, сидя на берегу в таком же смятении чувств, этот пруд вскипятил и чуть не сварил уток

Риц: Тут нет уток

Гелий: Я так и знал

Риц: Извините, я дождусь инструкций

Гелий исчез из переписки так же внезапно, как и появился. Как неловко-то вышло. Но когда я представил себе суп из уток, мне стало смешно. И любопытно, кто же это был. Тут я вспомнил, что у меня есть ментор! Не он ли обязан отвечать на мои дурацкие вопросы? Ну ок, на самые тупые не обязан. Зайду тогда издалека. Швед ответил почти сразу.

Риц: Привет, скажи, а часто ли народ отправляют сдавать вводный курс экстерном?

Швед: Каждый год кто-нибудь отличается. Тебя уже отправили что ли? Я выиграл! У нас тотализатор

Риц: На что хоть спорили?

Швед: На Беллини. Мне причитается уже три

Риц: О, класс, это же коктейль, не путаю?

Швед: Не путаешь. Но тебе не достанется, всё мне

Риц: Не очень-то и хотелось. А на кого еще ставили?

Швед: Рассказывай! На Больеша ставили, кое-кто пропустил, что он уже не с нами, и на Обу. Он тоже парень нервный и мощный. Причем я ставил и на тебя, и на Обу, уверен, его отправят вслед за тобой. Тогда я сопьюсь

Риц: Слушай, а говорят, кто-то из наших пруд вскипятил. От расстройства. Не знаешь кто?

Швед: Уже и про это сказали! Это я, но есть нюанс. Никакой пруд я не кипятил, как ты вообще себе это представляешь? Я там систему очистки испортил. А вскипятил я фонтанчик для питья, после меня их отовсюду убрали

Риц: Какую-то я другую версию слышал…

Швед: Конечно! Кипящий пруд гораздо лучше. Гелий ее отредактировал и так рассказывает. Еще 5 лет, никто и не докопается

Риц: Он мне и рассказал

Швед: Я и не сомневался. Не ссы, все норм

Проторчав у пруда еще час, я успокоился и отправился в столовую. И прямо по центру кампуса налетел на разъяренную Хмарь.

— Вот, значит, как! — заявила она с места в карьер.

— Что? — изумился я. Вроде я ничем ее сегодня не обидел.

— Когда ты меня типа утешал, ты всё знал!

Она толкнула меня обеими руками в грудь так, что я чуть не упал. Совсем обалдела. Я отступил на шаг, чтобы в следующий раз она до меня не достала.

— Ты знал, что ты весь из себя талант, и тебя ни за что не выгонят, что университет тебя ценит, правда, не знаю за что, по-моему, таких, как ты, даже на пушечный выстрел нельзя подпускать к людям. А еще втирал мне про какую-то профдеформацию! А сам про себя смеялся, что ты-то со всем справишься, а как остальные, тебя не волнует! Занятие сорвал! Правильно тебя Красин выгнал, мы без тебя все нормально всё доделали, и я справилась ничуть не хуже, и вовсе мне не нужно у тебя ничего спрашивать, понял?

— Я ничего не понял.

— И не пиши мне больше, не о чем нам тут вообще и совсем! И что ты на занятия не будешь ходить — очень хорошо! Надеюсь, ты не сдашь, и на этом всё закончится!

Она развернулась и решительно ушла вглубь кампуса. Ее стрижка смотрелась сегодня еще более воинственно, чем обычно.

Блин, что это было⁈ Истерика? Почему?

Настроение у меня опять испортилось, есть расхотелось, и я зашагал к общаге. Забьюсь в нашу берлогу и буду там сидеть, пока меня не обвинили еще в каких-нибудь смертных грехах.

Но спрятаться не получилось. Прямо на входе я услышал, что с верхнего этажа доносились дикие крики, из-за угла выскочил Шанкс, который помчался вверх по лестнице. Я рванул за ним.

На третьем этаже нас ждало эпическое зрелище: по коридору носился цельно-пенный человек и орал голосом Больеша. Его пытался перехватить Самсон, но безуспешно, пенный человек выскальзывал и несся дальше. Народ открывал двери, пенный человек налетал на них, отскакивал и бежал в обратном направлении. Народ прятался обратно, но тут вылезал кто-нибудь новый.

— Выньте меня отсюда! Снимите с меня это! — вопил он.

Хлопья пены летели во все стороны.

Только Самсон не оставлял попыток остановить Больеша, но теперь на помощь прибыли мы с Шанксом.

— Стоять! — бешено заорал Шанкс.

Остановились все, даже Больеш. Кажется, пока он бегал, пены на нем только прибавилось, несмотря на то, что коридор был уже и так облеплен пеной.

— Больеш, это ты там внутри? — уточнил Шанкс.

— Да… — пискнул Больеш, внезапно потерявший весь запал носиться и орать.

— Стой так.

Шанкс повернулся к стене, открыл один из бесконечных комендантских тайников, извлек оттуда два полотенца. Одно сунул мне, второе взял в левую руку, а пальцы искусственной правой вытянул втрое, цапнул ими Больеша за предплечье и повел его в душ.

— Марш в душ, нечего девушек пугать.

Выскользнуть у Больеша из замкнутого кольца пальцев Шанкса не получилось, да он уже и не пытался. Мы с Самсоном двинулись за ним. Шанкс дотолкал Больеша до душа, и тут я оценил масштаб ущерба. Вся кабинка, в которой, видимо, мылся Больеш, была забита сиреневатой пеной сверху донизу. На Больеше этот цвет заметен не был, а вот на большом объеме он отлично проявлялся.

— Ого — изумился я. — Что это? Чем ты таким помылся?

— Абырвалк, — попытался ответить Больеш, но пена попала ему в рот, и он закашлялся.

— Молчи, грусть, — велел Больешу Самсон.

Шанкс поставил Больеша в сухую кабинку и стер у него с головы пену. Больеш перестал плеваться и молча смотрел на Шанкса, хлопая глазами. Теперь он был похож на космонавта, потерявшего шлем.

— Стирай остальное, — велел ему Шанкс и сунул в руки полотенце. — Я тебе не банщик.

Больеш потянулся к крану, но Шанкс заорал:

— Нееет! Стоять! Насухую стирай. Помоешься в соседней кабине.

Больеш послушно обтерся и вскоре стоял в кабинке просто голый, без пены.