"Фантастика 2025-150". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - Катиш Иван - Страница 119

— Это ж наше? — шепнул я Шведу

— Ага.

— Как они успели?

— Думаешь, они хуже тебя? Нужное быстро находят.

Я прямо испытал гордость наше изделие. Я не успел заметить, кто из элементов оказался самым зловредным, но часть кристаллов была разрушена в результате атаки.

— Приемлемый результат, — проскрипел голос сзади.

— Подождите, сейчас будем смотреть второго производителя, а потом уже в сборе.

Это был министр со своим рептилоидным спутником.

Эта стадия испытаний остановилась, сломанное и несломанное унесли. Внесли стенд с кристаллами с завода моего отца. И на них посыпался элементный дождь.

Тут меня охватили смешанные чувства. С одной стороны, мне хотелось, чтобы штука, которую сделали мы со Шведом, оказалась бы достаточно эффективной и показала бы всем кузькину мать, с другой стороны, мне было бы обидно, если бы кристаллы Муром Инк. не выдержали давления. Ведь это же папа! Я привык им гордиться несмотря на всё.

Кристаллы устояли, стойку унесли. Я немедленно ощутил себя говном. Что ж я не могу каких-то кристаллов порушить?

— Это базовая проверка, — прокомментировал Швед. — Подобное давление они просто обязаны выдерживать. Вот в установленном виде это будет сложнее, и никто не ждет стопроцентного результата.

— Почему? — удивился я. — Не все ли равно?

— Нет. Потому что кристалл взаимодействует с внутренними структурами самих устройств, и там возможны всякие дисбалансы. Если какое-то устройство продемонстрирует особую неустойчивость, его просто изымут. Потому что кристаллы не могут нести ответственность за все косяки мира.

Логично. Тут началась уже вторая часть испытаний, и в помещение занесли первую пару дронов с установленными кристаллами. Я глянул на свой комбраслет. Ого! Мы здесь уже два часа. Как время летит!

— А они снова будут всю партию кристаллов тестить? — спросил я Шведа.

— Не. Кристаллы уже проверены, теперь тест устройств. Иначе для чистоты эксперимента придется проверять их во всех возможных комбинациях.

Я хмыкнул. Да, если так, то мы останемся здесь до второго пришествия.

Первым делом проверили следящие дроны, которые мотались по кампусу до их изгнания, в некотором количестве. Пятикурсники метали в них ловчие сети несколько более агрессивного дизайна, чем то, что использовал я во время того инцидента на собрании со Студсоветом. Дронам было хоть бы что. Они висели в воздухе и вроде бы даже исполняли свои прямые обязанности, снимая всё, что их окружало. Тогда пятикурсники снова перешли на атаку элементной базой, и снова наш бумеранг пошел в дело. Опять ничто. На этом испытание этих дронов было завершено, и внесли следующую пару таких же дронов, но с начинкой второго производителя. Всё было прекрасно, ничего не произошло, и я даже соскучился.

Но следующим номером были дроны-садоводы, те самые, которые в прошлый раз рехнулись самым беспардонным образом. И если атаку сетью они оба выдержали, то как только в них влетел наш бумеранг, они оба закрутились винтом и упали на пол. Тут я оценил, зачем нужен силовой экран — один из них подкатился аккурат к нему. И несмотря на то, что дрон больше признаков жизни не подавал, я бы все равно не хотел, чтобы эта штука оказалась на нашей стороне. Да и к пятикурсникам ее тоже бы лучше не пускать.

Садоводов вынесли, и тут же внесли пару других. Я аж вздрогнул: что? опять? А, ну да, теперь дело за папиными кристаллами.

Здесь результат оказался половинным. Сеть не сработала так же, как и с первой парой, а вот удар бумеранга выдержал только один дрон. Второй бесславно рухнул на пол.

— Я полагаю, здесь больше претензий к производителю дронов? — услышал я голос министра.

— Да, — ответила ему Марго. — Будем отказываться от них. Придется найти какое-то другое средство стрижки кустов.

Я втайне был доволен. С одной стороны, продукция отца показала себя хорошо, с другой стороны, я немножечко ее победил. Ну не совсем, при поддержке дурацкого оборудования. Хороший размен.

Потом мы посмотрели на испытания дронов-снегочистов, потом я соскучился, а потом объявили перерыв.

Я выкатился на улицу и решил не возвращаться. Всё в принципе понятно. Сел на скамейку и написал отцу, что его кристаллы супер и гораздо лучше Атата Электроникс. Вдруг ему будет приятно. Потом прикинул, не надо ли мне в библиотеку, посмотрел список домашек и решил, что нет, вечером успею всё доделать. И побежал в инкубатор.

В инкубаторе я сначала заскочил в нашу трилобитскую лабу, удивился, что никого нет, а потом вспомнил, что народ, наверное, еще на испытаниях. Или на обеде. Да и мне надо доделать задание, которое выдал Антон на прошлой неделе. И я закрыл дверь и двинулся назад в основную инкубаторскую лабу. Дошел до поворота и услышал голоса. И лучше б я этого разговора не слышал.

Глава 6

Голоса я узнал сразу. Спорили, причем довольно доброжелательно, можно сказать, в режиме конструктивного обсуждения, Хмарь и Оба. И это оскорбляло больше всего. Потому что, похоже, они друг друга отлично понимали.

— Ты не понимаешь, Риц — он как вода. Как река. Течет под уклон, размывая препятствия. Большие просто обходит, — на полном серьезе говорила Хмарь.

— И что? Ему трудно что ли объяснить? Я не прошу его рассказывать всю прошлую жизнь или почему он покупает такой же чай, что и я. Ничего личного. Вот просто — как у тебя это получилось? Почему ты решил, что это будет хорошо? Очень базовая рефлексия, я, когда работаю, даже записи веду, чтобы вернуться к ним в любой момент. Это норма.

— Ты пробовал разговаривать с рекой? Ну серьезно! Что она может тебе объяснить? Вот у нас тут есть под рукой река, она не очень большая, но под наши цели подойдет. Пошли сходим, поговоришь с ней. Можно с набережной, можно с моста. Выбирай любую точку.

— Да ты издеваешься!

— Да! Издеваюсь. И Риц думает, что мы над ним издеваемся. Потому что половину вещей он делает, не приходя в сознание. Он не готовит никаких алгоритмов, слушает всех одним ухом, читает одним глазом, а потом все равно делает.

— Но тогда не фиксируется положительный опыт! И всё это не имеет смысла! Нас набрали не для того, чтобы мы в игрушки играли, а чтобы выработать какие-то принципы, которыми можно было бы поделиться. Произвести пищу для ума. А он что делает? Что его левая нога захочет? Интуит проклятый.

— Не, ну слов-то всяких можно придумать. Но это факт. Он не понимает ни вопросов, ни претензий, и, между прочим, тоже расстраивается. Не меньше, чем ты.

— А ты откуда знаешь?

— А я слышала окончание вашего последнего разговора. Сидела на дереве над вашими головами, вы меня не заметили. Ты ушел, а Риц остался. Я его окликнула, и мы потом немного поболтали. И, знаешь, он был по началу довольно тухлый.

— Потом, надо понимать, посвежел.

— Ну конечно. Река ничего не помнит, просто течет дальше. Короче, если ты хочешь…

Дальше я не стал слушать, развернулся и пошел к выходу. Разозлился ужасно, еще будут ко мне инструкции давать. А я, правда, как река что ли? Тупая неорганическая жидкость? Течет сверху вниз? Я прокрутил в голове эту мысль. Прикольно! Неорганика делает органику, хотя на самом деле наоборот. И тут меня прямо как ударило. Буквально второй раз подряд, да что там, третий, меня обижают, а я ухожу как зайчик. Нет, так не пойдет. То, что разговор-то для меня вовсе не был предназначен, я, конечно же забыл.

Я тут же крутанулся на пятках и помчался обратно, намереваясь выяснить со всеми отношения. Но я слегка опоздал, потому что сразу за нужным углом я налетел на Хмарь, которая шла в мою сторону.

— Так. Обсуждаете меня значит. Инструкции ко мне пишете! — начал орать я. — Где этот? Пришелец?

Хмарь заржала.

— Теперь твоя очередь подслушивать, да?

— Слышал часть, потом ушел, потом передумал и вернулся. Давай рассказывай, с чего это всё? Чем я вас так достал?