Тайна из тайн - Браун Дэн - Страница 55

Теперь же, спустя год, сознание Джонаса Фокмэна — как бы оно ни работало — вернулось к шоссе перед ним. Несясь по верхнему ярусу моста Джорджа Вашингтона, Фокмэн не был уверен, на какую волну он настроился сегодня вечером, но действительно странную.

Он приблизился к середине моста, опустил окно, чтобы выполнить то, о чем просил техник PRH. "Избавься от телефона," сказал Алекс. "Очень вероятно, что его пеленгуют."

Неохотно Фокмэн швырнул телефон в ночь. Тот перелетел через ограждение и начал падение на 212 футов вниз, к водам Гудзона.

Пока телефон падал, Фокмэн вспомнил последние слова техника. "Постарайся вернуться как можно быстрее... Я выяснил, кто нас взломал."

ГЛАВА 57

Двери фуникулёра открылись у подножия Петршинского холма, и Лэнгдон вышел на станции Уезд, неожиданно оживлённом транспортном узле с такси, автобусами и трамваями. Стремясь максимально отдалиться от лейтенанта Павла, профессор оглядел возможные варианты.

Две его последние поездки на такси закончились неудачно, и он решил, что безопаснее будет сесть на трамвай и раствориться в толпе. Трамвай №22 был единственным, где выстроилась очередь пассажиров, и согласно табличке над лобовым стеклом он следовал в центр Праги.

К Клементинуму…

Лэнгдону отчаянно хотелось верить, что послание Кэтрин — это зашифрованная просьба встретиться у Дьявольской Библии, однако он осознавал небольшую проблему: она отправила письмо более двух часов назад — задолго до открытия музея. Стандартное время работы пражских музеев — 10 утра, до которого оставалось ещё несколько минут.

Неужели она всё это время ждала снаружи?

Несмотря на терзавшие его сомнения, Лэнгдон сел на трамвай № 22 и направился в музей, где хранилась Дьявольская Библия. Пересекая реку, он надеялся найти то, что искал — как уже случалось много раз в его жизни — с помощью древней книги.

К тому времени, когда лейтенант Павел добрался обратно к своему седану у подножия Петршинской башни, голова у него пульсировала так сильно, что в глазах начало темнеть. Он устроился за рулём, закрыл глаза и обдумывал дальнейшие действия. Он чувствовал, что нуждается в медицинской помощи, но преследование Лэнгдона было неотложным делом, и он не собирался отступать — как не собирался бросать своего капитана.

Несмотря на репутацию профессора как мягкосердечного академика, он превратился в опасного и изворотливого преступника. Тем не менее, бежать ему оставалось недолго. Американец находился на свободе, и сообщения по "Синему оповещению" Павла продолжали поступать прямо в телефон капитана у него в кармане.

К сожалению, прежде чем другие — ÚZSI, посольство США, местная полиция — обнаружат, что Лэнгдон в розыске, пройдёт немного времени. Вскоре в дело включатся все эти организации, и они обратятся с Лэнгдоном куда мягче, чем он того заслуживает.

Павел понимал, что окно возможностей для мести быстро закрывается… и был лишь один способ по-настоящему почтить память капитана.

Найти Лэнгдона раньше остальных.

Кондуктор пражского трамвая №22 за свою карьеру повидала немало странностей. Обычно она бы не обратила внимания на легкомысленного туриста, одетого посередине зимы лишь в лоферы и свитер. Однако этот человек только что вышел из трамвая и прошёл прямо перед её окном. Она разглядела его привлекательное лицо, и в её памяти не осталось сомнений. Это было то самое лицо, что час назад было показано в "Синем оповещении" на её телефоне.

ГЛАВА 58

Ночной сторож Марк С. Доул обожал свою работу в Random House Tower. Уже два года он занимался охраной этого здания, испытывая гордость каждый раз, когда надевал синюю куртку и форменную фуражку, занимая место за внушительной стойкой безопасности в вестибюле. Ему было двадцать восемь, и он пообещал жене, что к тридцати его переведут в дневную смену.

Одним из главных плюсов работы здесь была бесплатная библиотека для сотрудников — подвальное помещение, ломившееся от старых классиков до современных триллеров. За время работы Доул прочел уже больше трех десятков книг, а этой ночью он пробивался через "Гроздья гнева" Стейнбека, благодарный судьбе за работу, которая позволяла содержать семью и не зависела от капризов погоды.

Доул оторвался от книги, когда черный внедорожник резко затормозил у главного входа. Он никогда не видел ничего подобного, особенно в 3:48 ночи. Ещё больше его удивило, что за рулем был редактор Джонас Фокман. Доул не припомнил, чтобы Фокман когда-либо приезжал на работу за рулем, и, судя по его парковке, это было к лучшему.

Фокман теперь стоял перед электронной дверью, лихорадочно ощупывая карманы. Доул видел этот танец много раз. Он забыл свою ключ-карту. Сторож нажал кнопку под стойкой, и дверь щелкнула, открываясь.

Фокман ворвался в вестибюль, выглядев явно не в себе.

"Все в порядке, сэр?" — спросил Доул.

"Да, да", — ответил редактор, хотя выглядел он как раз наоборот. Его растрепанные волосы и изможденное лицо скорее напоминали человека, который всю ночь катался на американских горках в Кони-Айленде. "Я потерял рюкзак. В нем была карта доступа."

"Жаль это слышать. Я сделаю вам временную карту". Он достал чистую пластиковую карту и вставил в машину для намагничивания.

Фокман ждал, тяжело опираясь на стойку, с закрытыми глазами, глубоко дыша.

"Мистер Фокман?" — Доул наклонился. "Вы уверены, что всё в порядке?" Фокман открыл глаза. "Да, простите, Марк. Просто… долгая ночь."

"Работаете над сложной рукописью?" — спросил Доул, протягивая ему новую карту.

Редактор криво усмехнулся и направился к лифтам. "Этот проект оказался сложнее, чем ожидалось."

Оперативники Ожер и Чинбург, проследив сигнал от телефона Фокмана, догнали его угнанный внедорожник как раз перед тем, как он выбросил телефон в окно.Оттуда они незаметно проследовали за внедорожником до перекрестка Пятьдесят Шестой улицы и Бродвея, где тот сейчас был припаркован под углом перед башней RandomHouse.

Вопрос был в том, как действовать дальше.

Они остановились на противоположной стороне Бродвея, и Ожье снова вышел на защищенную связь с Финчем, который ответил резким "Говори".

"Сэр, — сказал Ожье, — мы потеряли аудио на редактора, но перехватили тревожную информацию. Похоже, техник из PRH узнал, что один из американцев в Праге мертв."

Финч на мгновение замолчал. "Откуда у него эти сведения?" — спросил он тоном, не выдававшим никаких эмоций.

Ожье пересказал, что они подслушали в разговоре между техником и Фокманом. "Это не ваше дело", — оборвал расспросы Финч. "Что-то еще?"

"Да, сэр", — сказал Ожье, приберегая худшее напоследок. "Техник также утверждает, что знает, кто стоял за взломом их серверов."

Финч резко вдохнул. "Передайте Чиннбургу."

Ожье перевел телефон в режим громкой связи и поднес к напарнику.

"Сэр, — сказал Чиннбург, — мы считаем, что информация техника ошибочна. Он не привел конкретных деталей, поэтому мы даже не знаем, в верном ли направлении он движется."

"Вы говорили со своей группой проникновения?" — потребовал Финч.

"Так точно, сэр. Только что. Они заверили меня, что взлом был чистым." Чиннбург замялся. "Однако они упомянули, что поскольку операция проводилась в крайне сжатые сроки, им пришлось пожертвовать избыточными мерами анонимности ради скорости и эффективности."