Самая рыжая в Академии драконов (СИ) - Ефиминюк Марина Владимировна - Страница 35

Зал пришел в восторг и захлебнулся в бурных овациях. Развеселившись, я с трудом сдержала смешок. Обескураженный Рэдвин смущенно почесал бровь. Подозреваю, что сейчас он предпочел бы оказаться в Разломе один на один с кондрагом. С ним он, по крайней мере, знал, как взаимодействовать.

Командам дали пять минут на то, чтобы выбрать название. Старушки придирчиво оглядели нас.

— Вообще-то, мы хотели назваться «Грациями среднего возраста», но юноша в концепцию не вписывается, — заявила одна из дам, строго посмотрев через толстые стекла очков для чтения. — Откуда вы, молодые люди?

— Из академии Элиоса Драка, мадам, — ответил Рэдвин и нервно кашлянул в кулак.

— Ой, я знаю эту академию! — обрадовалась вторая старушка с подкрашенными рыжей хной забавными кудельками на голове. — Она же здесь рядышком. Там же учатся драконы!

— В таком случае давайте возьмем название «Академия драконов и самые грациозные»! Сделаем приятное юным товарищам по команде, — заявила леди в очках и толкнула в локоть свою соседку: — Присцилла, впиши название в бланк.

Сухенькая Присцилла взяла карандаш и, чуток отодвинувшись, чтобы лучше видеть, начала аккуратно выводить название на каждом бланке для ответов.

— Сегодня мы рассчитываем забрать главный приз, — заявила разговорчивая старушка с кудельками. — С нами Грозная Кло. В прошлом году она выиграла чемпионат по разгадыванию шарад.

Грозной Кло оказалась строгая дама в очках.

— Я взяла с собой счастливый веер! — заявила она и немедленно постучала этим веером по столу.

Вообще-то, леди действительно выглядела крайне суровой. Подозреваю, могла постучать этим счастливым веером не только по столу, но и по голове каждому, кто даст неправильный ответ во время игры.

— А у нас с вами, юная барышня, одинаковая обувь! — подмигнула мне старушка с кудельками, и я подавилась на вздохе. — Уверена, это хороший знак.

Между тем у команд собрали листочки с названиями, и ведущий жизнерадостно сказал, что пришло время знакомиться. Он громко объявлял команды. Народ по очереди приветствовал противников.

— «Самая рыжая в академии драконов»! — громко зачитал ведущий.

Возникла долгая пауза. Все с любопытством крутили головами, пытаясь вычислить, кто назвал себя самыми рыжими. В конечном итоге все повернулись к нам.

— Присцилла, что ты понаписала? — накинулась на старушку Грозная Кло, когда начали представлять следующую команду.

— Что услышала, то и написала, — удивилась она.

Рэдвин облокотился о стол и спрятал лицо в ладонях, его плечи вздрагивали от хохота.

— Юноша, да ты не расстраивайся, — принялась увещевать его разговорчивая леди с кудельками, видимо, решив, что тот возрыдал от расстройства. — Подумаешь, ошиблись с названием. Присцилла у нас глуховата, но у нее разборчивый почерк.

Понятия не имею, как Даррел не задохнулся от смеха. К счастью, свет снова погасили, объявили о начале викторины, и ведущий призвал зал слушать первый вопрос. На стене за его спиной появились крупные намагиченные слова.

— Учащенное сердцебиение, — начал зачитывать ведущий в напряженной тишине, — быстрый пульс, туман в голове, холодные руки. Какое состояние можно описать этими словами? Время пошло!

На стене появился круг со стрелками. В загудевшем пространстве зазвучали громкие щелчки метронома.

— Я знаю! — немедленно догадалась я и, завладев вниманием леди, заключила: — Это описание какой-то сердечной болезни. Тахикардия? Еще на обморок похоже! И на анемию…

Старушки мигом поскучнели, переглянулись и внесли в бланк «влюбленность».

— Откуда ты знаешь все эти болезни? — тихо хмыкнул Рэдвин мне на ухо.

— Понятия не имею, — помирая от неловкости, призналась я. — Может, прошлую жизнь вспомнила?

Когда ведущий зачитывал ответы, выяснилось, что действительно загадали тахикардию.

— Какой недипломатичный вопрос, — проворчала Грозная Кло, поправив очки.

Однако играть в викторину со старушками оказалось на удивление весело. Леди нам попались на редкость азартные. Мы активно предлагали варианты, спорили и обсуждали. Я блистала в вопросах на смекалку, а в музыкальном раунде неожиданно наступил звездный час Рэдвина. Он с легкостью назвал все загаданные мелодии.

— Ты, выходит, меломан? — спросила я.

— Мама собирала редкие масеты для маптипов, — тихо ответил он.

На масеты записывали музыкальные произведения, а потом проигрывали на магических приемниках Типпита, подобных тем, что установили в городском портальном вокзале. Коллекционирование носителей музыки было отнюдь недешевым увлечением, и позволить его себе мог не каждый.

Через час викторина подошла к концу. Ведущий с широкой улыбкой, демонстрирующей крупные белые зубы (точно фарфоровые!), начал зачитывать названия команд победителей. От нервов у меня замерло сердце, началась тахикардия, повысилось кровяное давление и совершенно точно был остро необходим приз за первое место…

— Больше всех очков в сегодняшней игре набрала «Самая рыжая в академии драконов»! — объявил ведущий.

На радостях я подалась к Рэдвину и, крепко обхватив его руками, прижалась щекой к плечу.

— Винни, мы выиграли!

— Поздравляю, Кат-Кат, — пробормотал он, явно удивленный внезапным порывом.

— У меня теперь будет артефакт для измерения давления! — восторженно воскликнула я, словно выиграла в лотерею, а не викторину для пенсионеров. — А еще у меня теперь есть счастливые тапки!

— В смысле? — удивился Рэдвин.

— Счастливые красные туфли захлебнулись в реке, придется ходить на экзамены в розовых тапках, — отстраняясь, со смехом пояснила я.

Получив призы в холщовых сумках с большой эмблемой мануфактуры, видимо, выпускающей лекарские артефакты, мы попрощались с нашей энергичной командой и выбрались в холл. Вокруг неожиданно обнаружилось огромное количество парочек, дожидавшихся начала какого-то мероприятия. Подозреваю, той самой викторины, в которой я предположительно должна была блистать.

— Даррел, во сколько начинается викторина для влюбленных? — спросила я. — Ты время, что ли, перепутал?

— Кхм… — глубокомысленно кашлянул он и предложил: — Хочешь, мы сходим на второй круг?

— Давай по викторине за вечер, — отказалась я менять планы.

— Такое облегчение, — надевая пиджак, через небольшую паузу признался Рэдвин. — У нас через пятнадцать минут забронирован столик. Можно отменить, но я правда хотел отвести тебя в это место.

Я нервно улыбнулась, вдруг вспомнив, что в порыве вдохновения упомянула в списке «ТрисДартиш», самый дорогой и пафосный ресторан Родрика. Абсолютно все в этом заведении, начиная от интерьера и заканчивая маленькими закусочками-комплиментами от шеф-повара, было на самом высоком уровне. И чтобы в ядовито-розовых тапочках оценить этот уровень, ресторан наверняка придется брать штурмом.

— Помню, на свидании ты хотела в «Дартиш». — Рэдвин придержал дверь и пропустил меня вперед. — Но подумал, что коктейлями стоит набираться там, где их действительно умеют смешивать.

— Полностью с тобой согласна! — на радостях выпалила я и добавила, смутившись: — Если что, я не планирую набираться коктейлями.

Мы вышли в прохладный сизый вечер, расцвеченный огнями многочисленных вывесок. Воздух пах сладкой воздушной кукурузой и карамельными яблоками, которые готовили тут же, на тележках со всевозможным уличным перекусом. Нырнув в переулок, некоторое время мы петляли по задворкам туристической улицы, пока не оказались возле кирпичного здания бывшей мануфактуры.

Здесь неожиданно оказалось много народу. Никаких деятельных старушек, пожилых пар и мамочек с детьми — только студенты.

— Нам сюда, — подсказал Рэдвин, открыв дверь со скромной вывеской «Небо драконов».

Подниматься предстояло на третий этаж, по узкой лестнице с неудобно высокими ступеньками, словно эту самую лестницу скопировали с бывшего дворца Элиоса Драка. В старых зданиях сплошь были похожие.

— Ну конечно, дракону всегда надо забраться повыше, — проворчала я себе под нос, чувствуя, как после утреннего забега по Разлому стонут мышцы в ногах.