Мой вид красоты(ЛП) - Эш Никки - Страница 4

Я замечаю, что уже девять часов, и начинаю собирать свои вещи.

— Уходишь? — спрашивает Шейн.

— Да, — я встаю и встряхиваю одеяло.

— Давай, мы поможем тебе дойти до машины, — предлагает Рикко, забирая у меня ещё влажную картину.

— Спасибо, но я вполне в состоянии донести свои вещи, — я смеюсь над тем, как безумно ведут себя мои друзья.

— Мы знаем, — заявляет Рикко, — Но ты слышала о той девушке, на которую напали на пляже прошлой ночью?

— Нет, — дрожь пробегает у меня по спине. Конечно, пляж заполнен бездомными, а город пронизан преступностью, но всё равно не часто можно услышать о том, что на кого-то напали на пляже, где я занимаюсь серфингом и провожу так много времени.

— Они ещё не поймали парня, — произносит Шейн. — Но девушка не выжила...

— Чёрт возьми, ну, спасибо, что присматриваете за мной, — я благодарно улыбаюсь ребятам. Мне просто повезло, что в моей жизни так много людей, которые любят меня и заботятся о моём благополучии.

Мы переносим все вещи наверх, и они помогают мне погрузить всё в мою машину, отказываясь уезжать, пока я не окажусь в безопасности внутри автомобиля и не уеду. Вернувшись домой, я отправляю сообщение Максу, чтобы сообщить ему, что я дома и в безопасности. Джорджия сидит за кухонным столом, работая над чем- то на своём ноутбуке.

— Привет, — говорю я, подходя к ней.

— Привет! Как всё прошло?

— Волны были идеальными.

Джорджия втягивает носом воздух, затем поднимает взгляд на меня.

— Ты курила сегодня вечером? — спрашивает она, в её тоне сквозит разочарование.

Я ненавижу, когда она так себя ведёт. Во-первых, курение травки распространено на пляжах Лос-Анджелеса. Чёрт возьми, употребление более тяжелых наркотиков встречается там ещё чаще. Но также, поскольку мне ненавистна мысль о том, что Джорджия разочаруется во мне, а давайте будем честны, я в значительной степени в целом ходячее разочарование. Конечно, я учусь в колледже, но что именно я собираюсь делать дальше? Понятия не имею. В то время как Алек с детства знал, что хочет быть пожарным, а Джорджия всегда хотела пойти по стопам нашей мамы и заняться веб-дизайном, я же понятия не имею, чем хочу заниматься в будущем. Я люблю рисовать, но мысль о том, что мне придётся этим зарабатывать на жизнь, заставляет меня съёживаться. Я занимаюсь этим, потому что люблю это делать, а не потому, что мне это нужно. И если бы мне пришлось делать это, чтобы заработать деньги, боюсь, я бы возмутилась.

— Нет, парни курили, — отвечаю я ей, уже направляясь по коридору, чтобы запрыгнуть в душ. Как только моё тело очищается от солёной воды, я выхожу и надеваю пижамные шорты и майку.

Когда я возвращаюсь, то нахожу Джорджию в её комнате. К просмотру уже готова следующая серия «Одиноких сердец». Я сворачиваюсь калачиком в её постели рядом с ней, и моя голова падает ей на плечо. Я не уверена в том сколько серий мы посмотрели, прежде чем обе отключились.

Глава 3

Алек

— Я совершенно не против того, что ты у меня ночуешь, — говорю я Чейзу, пока мы идём к нашим машинам. Наконец-то восемь утра, а это значит, что мы свободны на следующие четыре дня. — Я только вчера придирался к тебе из-за того, что ты сидел на корточках на моём диване.

— Я знаю, чувак, и ценю это, но… Мне нужно домой, — Чейз пожимает плечами. — Увидимся завтра вечером.

Поскольку у меня сегодня день рождения, я отмечаю его со своей семьей сегодня вечером, а с друзьями завтра вечером. Обе вечеринки были полностью их рук дела, а не моим. Забавно, когда ты маленький, то не можешь дождаться, когда станешь старше, но потом, когда взрослеешь, ты хочешь, чтобы время остановилось. Не то чтобы я чувствую себя старым. Мне сегодня исполняется только двадцать пять. Но я почти уверен, что уже достаточно стар, для того чтобы устраивать сразу несколько вечеринок. Я смеюсь, когда вспоминаю, как Лекси спорила со мной, настаивая на том, чтобы устроить вечеринку по случаю моего дня рождения в клубе «Лихорадка». Мы оба знаем, что вечеринка скорее для неё, чем для меня, но я позволю ей её устроить. Лекси обожает находить любой повод для вечеринки, а мне просто нравится смотреть, как она веселится.

Я подъезжаю к своему дому, когда звонит мой телефон. Видя, что это отец, я отвечаю на звонок.

— Привет, старик.

— Не неси чушь, сынок. Ты тоже становишься старше.

— Если я старею, то ты вероятно чувствуешь себя древним, — шучу я.

— Не древним, а более мудрым. Я хотел первым поздравить тебя с днём рождения.

— Спасибо, папа. Мы же увидимся вечером?

Моя мама и Мейсон, мой отчим, устраивают у себя дома званый ужин, в честь моего дня рождения. Я один из тех счастливчиков, чьи родители после развода действительно ладят друг с другом, так что на ужин приглашены все, включая моего отца и мачеху.

— Конечно. Ты только закончил смену?

— Да, я отдыхаю следующие четыре дня, — мои глаза уже начинают закрываться сами по себе – мы не спали всю ночь, туша пожар в доме, – но я пытаюсь их держать открытыми до последнего, чтобы закончить разговор с отцом, а затем уже отправиться наверх, в постель.

— Я хотел спросить, не захочешь ли ты позавтракать со мной в воскресенье.

— Звучит заманчиво.

Каждый год на мой день рождения мы всегда идём на поздний завтрак вдвоём. Даже если у нас не совпадали выходные, он всегда приезжал и забирал меня на весь день.

— В одиннадцать подойдёт?

— Да, и ещё, пап.

— Да?

— Как насчёт того, чтобы в этом году ты взял с собой Лейси? Я знаю, мы всегда в этот день ходим на завтрак только вдвоём, но теперь она тоже член нашей семьи.

Они вместе уже несколько лет и поженились в прошлом году. Я не очень хорошо её знаю, так как я старший из детей и не живу со своим отцом, но она милая и добрая.

Он некоторое время молчит в трубке, прежде чем произносит:

— Спасибо тебе, Алек. Это много значит для меня, и я знаю, что это будет многое значить и для неё тоже.

— Увидимся вечером, ребята.

— Я люблю тебя, Алек.

— Я тоже люблю тебя, папа.

Я открываю дверь, а вокруг тишина. Девочки, должно быть, спят. Поскольку у них летние каникулы, то нет занятий, а это значит, что они могут спать до полудня. Я отмечаю, что они обе спят в комнате Джорджии, и, переодевшись и ополоснувшись, проскальзываю к ним в постель. Лекси, должно быть, чувствует моё присутствие, потому что переворачивается и кладёт голову мне на грудь.

Я наклоняю голову, чтобы поцеловать её в макушку. Чувствую кокосовый аромат её шампуня, смешанного с запахом морской воды. Неважно сколько раз она примет душ, я думаю, она всегда будет пахнуть океаном, и я никогда не смогу пойти на пляж, при этом, не думая о ней. Пока мои пальцы пробегают вверх и вниз по её спине, мои мысли возвращаются к прошлому году, к моменту, как Джорджия и Лекси закончили второй курс Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе, и Лекси настаивала, что им пора начать жить самостоятельно. Конечно, она решила заговорить об этом во время барбекю, когда все были там...

— Нам с Джорджией пора съезжать, — вдруг совершенно беспечно заявляет Лекси.

Тристан, отец Лекси и Джорджии, давится пивом.

— Прости? — его глаза широко раскрыты, и он выглядит так, словно собирается запереть свою дочь в её комнате при этом выбросив ключ.

— Пора, папа. Мы говорили об этом некоторое время назад. В октябре мне исполнится двадцать один, а Джорджии – двадцать. Мы обе взрослые, и нам нужно расправить крылья. Правда ведь, Джорджия? — она смотрит на сестру так, как всегда, смотрит на неё, когда нуждается в её поддержке. Конечно, Джорджия соглашается, как обычно.

— И как ты собираешься платишь за квартиру? — Тристан пытается спорить, но в ответ на его вопрос все начинают саркастически ухмыляться, потому что все мы знаем, что оплачивать квартиру будет он. Лекси и Джорджия – его маленькие девочки, и он бы продал свою почку, только были бы они счастливы.