Царица барахолки или мой магический сэконд-хэнд (СИ) - Яковец Элла - Страница 35

А может мне придется провести тут несколько дней. И надеяться, что ночью три моих “подруги по несчастью” меня подушкой не придушат.

Время тянулось так медленно, что я в какой-то момент даже пожалела, что мой внутренний голос почти перестал донимать меня своими ехидными комментариями.

Не знаю, почему, но я была уверена на все сто, что шериф нас вытащит.

“Конрад Марон… – мысленно повторяла я в голове его имя. – Конрад Марон обязательно нас спасет”.

Возможно, эта уверенность была побочным эффектом от магии, которую я сотворила. Когда-то давно, в другом мире, когда я была вот как раз в том возрасте, на который сейчас выглядит Клеопатра, я любила читать всякие книжонки про магию и оккультизм. Прямо-таки сметала с прилавков все, до чего дотягивалась. Ко всякой практике с ритуалами на кладбище, черными свечами и пентаграммами ни разу не перешла, но читала увлеченно, прямо-таки запоем. И вот там, в числе всякого прочего, была одна мысль, которая запомнилась надолго, в отличие от всей прочей шарлатанской мишуры. Чтобы магия сработала, нужна абсолютная, космическая, нечеловеческая уверенность в том, что она сработает. Иначе чуда не получится.

Я тогда подумала, что это такое удобное объяснение, почему никакого волшебства не получается. Ну просто же! Раз не выходит, значит недостаточно веришь в себя. Тренируй уверенность, потом приходи.

А вот сейчас, кажется, все получилось с точностью до наоборот. У меня получилась магия, и уверенность стала такой твердокаменной, что я даже сама себя не узнавала.

Как так вообще?

Я обычно и в самой себе-то не особо уверена, что поступлю именно так. А тут про другого человека ведь речь.

Но убежденность, что Конрад Марон придет и спасет, никуда не исчезала.

Нужно просто подождать.

Шериф

Конрад протянул руку, и птица доверчиво села на ладонь. Шериф ожидал, что почувствует остренькие коготки, которые вцепятся в его пальцы. Но вместо этого ощутил прохладную гладкость. Птица исчезла, вместо нее рука сжимала ярко-синий шелковый платок.

– Что? Что такое? – залепетал испуганный посетитель.

– Помолчите… – резко бросил Конрад, прислушиваясь.

Тихий женский шепот заполнил комнату. Во всяком случае, шерифу казалось, что звучит он отовсюду и повторяет его имя.

– Но я ничего не слышу… – проговорил Дарий. И замолчал, под грозным взглядом шерифа.

– Конрад Марон, – отчетливо проговорил женский голос. Знакомый женский голос! – Я в плену. Мне нужна твоя помощь. Спаси меня!

– Где тебя искать? – спросил шериф.

– Что? Кого искать? – снова подал голос Дарий.

Голос замолк. Зато платок на руке снова шевельнулся, затрепетал, словно его раздуло ветром. Вместо ткани снова появились перья. Блеснул алмазный хохолок. Птичка взмахнула крыльями и закружилась по кабинету.

Дарий наблюдал за ней с распахнутым ртом. Молча.

Птица метнулась к закрытой двери и закружилась рядом с ней.

Медлить Конрад не стал. Как и задумываться о том, кто и как зачаровал платок.

“Сначала нужно освободить Клеопатру, а уже потом я потребую от нее объяснений”, – подумал шериф и последовал за своим шелковым провожатым.

Дарий попытался последовать за ним, но довольно быстро отстал. Угнаться за быстроногим шерифом, которого вела шелковая синяя птица, было выше его сил.

Конрад мчался вперед. Птица летела быстро. Так быстро, что шерифу то и дело казалось, что он упустит ее из вида. Но поскольку это был “именной” магический провожатый, то произойти такого, конечно же, не могло. Просто одно из свойств подобного существа – подстраиваться под максимальную скорость “своего” человека. Так что половину города шериф и его птица пересекли очень быстро.

Плохие предчувствия начали появляться в голове у Конрада, когда птица начала приближаться к Башне Дураков.

“Не может быть!” – подумал он. И тут же со стыдом вспомнил, что сам же чуть ли не угрожал девушке Башней Дураков, когда они только-только познакомились…

– Прочь! – прорычал он двум мордоворотам, попытавшимся заступить ему дорогу.

Шериф поднялся на крыльцо и распахнул высокую полукруглую дверь главного входа.

– Ваше благородие?... – удивленно спросил пожилой мужчина, поднимаясь из-за стола. – Если бы вы предупредили, то…

Но птица уже порхнула в боковой коридор, мимо стола администратора. Туда, откуда раздавались нечленораздельные крики безумцев.

– Но туда нельзя… – начал, было, администратор. Но Конрад не обратил внимания и промчался мимо.

“Неужели она оказалась среди сумасшедших?” – шериф похолодел. Безумцев содержали в одном большом помещении, мужчин и женщин вместе. Одно время назад среди аристократов было модно тайно проходить в Башню Дураков и наблюдать за сумасшедшими. Пока шериф не вычислил тех, кто продавал эти непристойные “билеты”. Но и без зрителей попасть сюда – это не самая завидная участь…

Но птица летела мимо. Конрад старался не смотреть на решетку, из-за которой на него смотрело множество безумных глаз.

Следующую дверь без птицы шериф бы не заметил. Она была скрыта ширмой так, что казалось, что в той стороне ничего нет, просто глухая стена.

А за дверью обнаружились помещения, о которых шериф никогда не слышал и не подозревал.

Длинный коридор, двери.

Когда дверь захлопнулась, здест стало тихо. Будто совсем рядом не голосило множество безумцев.

Шерифу хотелось остановиться, чтобы изучить здесь все повнимательнее, но птица нетерпеливо вела его дальше.

Надо разогнать темноту!

Дверь с грохотом распахнулась.

Трое девчонок с визгом бросились в дальнюю часть комнаты. Только я осталась на месте, во все глаза глядя на возникшего на пороге мужчину. И в голове громогласно трубили фанфары. Потому что это был он, моя интеллигентная версия Кхала Дрого, “мое благородие”, мой невероятный голос, от которого внутри все дрожит.

– Что здесь происходит? – грозно спросил шериф, обращаясь явно не к нам, а к кому-то, стоящему сбоку от него.

– Вы все не так поняли, господин шериф, – раздался скрипучий голос. И такие заискивающе-приторные нотки, что аж челюсть сводило. – Это особое отделение. Здесь проводятся эксперименты по исцелению безумия. И вмешиваться в их ход категорически нельзя. От этого зависит успех…

– Не заговаривай мне зубы! – рыкнул шериф.

– Не смею, ваше благородие… – заныл голос Бабы Яги.

– Клеопатра, – пристальный взгляд шерифа уставился на меня. В животе совершенно неуместно для ситуации запорхали бабочки. – Я получил твое послание.

– Ваше благородие, это большая ошибка! – снова заскрипела Баба Яга. – Эти девушки, если не закончить исцеление, представляют огромную опасность…

– Это полная чушь! – воскликнула я, подскакивая к двери. Ах, как мне хотелось, чтобы этот разговор немедленно прекратился, и мы покинули это жуткое место! – Никакого лечения здесь не происходит! Нас всех похитили при помощи магического платья. Правда, девочки?

Я повернулась к троим “коллегам”, которые жались к дальней стене.

Но они не спешили вставать на мою сторону. Да блин! Что такое здесь происходит?! Им что, нравится сидеть тут под замком?

– Она новенькая, у нее бредовое расстройство, – заскрипел голос Бабы Яги.

– Это у тебя бредовое расстройство! – разозлилась я. – Конрад… Господин шериф, заберите меня отсюда!

– Что здесь происходит?! – раздался из коридора еще один голос. Знакомый… Это он был под маской.

– Кассель? – удивленно воскликнул шериф.

Что?! Это князь? Человек под маской, который командовал мордоворотами, которые тащили меня в башню, это князь?!

В голове случился настоящий цветной “мыслеворот”. Как будто кусочки пазла начали складываться и вставать на места.

– Что ты здесь делаешь, братец? – презрительно спросил князь.

– У меня тот же вопрос, – в тон ему ответил шериф.

Я стояла рядом с дверью, и мне было видно обоих братьев, замерших друг напротив друга. Смотрела я больше на шерифа, конечно. Ах, как он хорош! Мысли об этом даже на какое-то время затмили всю эту ситуацию.