Вор без имени (СИ) - Соломенный Илья - Страница 22

Эти ребята успели стать для меня если не родными — то близкими, точно. Они приняли меня, они защитили меня, накормили, дали «работу» — какой бы она ни была… Рив мне больше казался старшим братом, а не «клыком». Щелбан и Хрип — озорными братишками. Даже угрюмый Тур напоминал дядьку, который ворчит, но всегда прикроет спину.

Я начал им доверять.

Корабль слегка покачивался под нами, скрипя прогнившими досками. Я сидел, свесив ноги за борт, и разминал почти зажившую руку — она чесалась под бинтами, будто под кожей копошились муравьи. Рив, сидевший рядом, попивая из бутылки дешёвое вино, и смотрел на небо.

— Феррак… — прошептал он, сжимая в кулаке кусочек камня силы, — А ведь на этот раз они ошиблись. Чешуйчатые из Элиона предсказывали Прилив в ближайшие дни, когда мы тебя встретили, но прошло уже одиннадцать. Так иногда бывает, но когда он опаздывает…

Он замолчал, будто передумал продолжать.

Украдкой посмотрев на «клыка», я увидел, как его глаза бегают по горизонту, где солнце садилось в кроваво-красные облака. Во взгляде Рива было что-то, чего я раньше не видел — не страх, нет.

Скорее… предостережение.

— Что такое Прилив? — вырвалось у меня.

Этот вопрос я пытался задать уже несколько раз, но натыкался только на мрачные рожи и суеверное бормотание.

Рив вздохнул и потёр переносицу.

— Ты всё никак не уймёшься…

— Слушай, судя по всему, это опасная штука! Должен же я знать о ней! На всякий хотя бы…

— Ну да, да, просто… Не принято о нём говорить, сечёшь? Такие разговоры… Да ещё и накануне…

— Ну хотя бы в общем! Рив!

— Ладно, мелкий… Только быстро и в общих чертах! Не хочу, чтобы мне потом… Короче всё! — «клык» осенил себя святым знаком и мрачно посмотрел на меня, — Прилив, это… дыхание мёртвой луны. То, что осталось после…

— После чего?

— После того, как она раскололась, дурень, — Рив достал из кармана грязный платок и вытер лицо, а затем указал в небо, где висели две половинки луны.

— Хрен знает когда — очень давно! — луна разломилась пополам. Говорят, её разрушил какой-то дам’маракский колдун, вроде как из другого мира… А отголоски донеслись и до нас. Не буду врать, не знаю, как было — но осколки луны упали на землю. И принесли с собой… что-то.

— Что?

Рив сделал паузу, подбирая слова.

— Магию… Нет, не совсем. Что-то другое. Грязное и чужое, что просыпается с завидной, сука, периодичностью.

Тон у «клыка» был таким, что желудок у меня сжался в комок.

— И Прилив — это…

— Добланое дыхание этих осколков. Когда оно просыпается, что-то выползает из мест, куда они упали. Это дыхание… Оно меняет всё, к чему прикоснётся. И это приводит к непредсказуемым последствиям. Люди сходят с ума или умирают в страшных муках. Если повезёт… Животные тоже… Но иногда… — Рив кивнул в мою сторону и посмотрел на пояс, за которым у меня был заткнут коготь, — Превращаются в разных тварей. Например тех самых тайканов, что нападают по ночам.

Я машинально потрогал коготь.

— Но куда хуже, если эти животные переживут парочку таких Приливов. Тогда… Они становятся сильнее. После второго-третьего Прилива их уже не остановить обычным оружием. Именно поэтому городские патрули охотятся за ними. Да и вообще все — «теневые», «чешуйчатые», стража… Все, кто может. Никто не хочет, чтобы в городе поселилась тварь, которая любит лакомиться человечиной.

— Мрак какой…

Рив только фыркнул:

— Мрак и есть! Потому-то все и пережидают Приливы в укрытиях! Когда всякая такая мразь-то лезет, крепкие двери и ставни — это хоть что-то… Приливы обычно «стелются» по поверхности и приходят только по ночам, так что через щели в постройки особо не заползают, им улицы хватает… НО!Никогда нельзя быть уверенным наверняка.

Ну охренеть теперь… Могли бы раньше о таком предупредить, вообще-то это важная информация!

Я задумался о словах «клыка» — и не сразу понял, что меня смущает.

А потом до меня дошло. Меня смущало не то, О ЧЁМ говорил Рив — а то, КАК он это делал. Рассуждая о Приливе, о расколотой луне, о странах, о городе, о других вещах — иногда его речь менялась. Словно кто-то подменил уличного вора на ученика писаря.

«Периодичность», «лексикон», «непредсказуемые последствия», «логистика» — такие слова не вяжутся с человеком, который ещё вчера с руганью разбивал голову пьяному матросу о бочку.

Но вслух, само собой, я ничего не сказал — мысль в голове как промелькнула, так и исчезла, вытесненная картинками ужасов, которые может принести с собой Прилив.

Мы сидели молча, пока последние лучи солнца не скрылись за крышами. Где-то вдали завыла собака, раздался взрыв хохота…

— Ладно, — Рив сплюнул, — Хватит болтать попусту. Прилив или нет — а жрать нам всем хочется.

Он встал, потянулся так, что кости хрустнули, и бросил на меня тяжёлый взгляд.

— Нас запалили, да и твоя лапа зажила… Придётся думать о других вариантах.

Я почувствовал, как во мне что-то зашевелилось — любопытство или… предвкушение?

Похоже, сам того не замечая, я втянулся в воровскую жизнь.

— Есть идеи?

Рив ухмыльнулся.

— Утром наклюнулось дело. Горячее, — глаза «клыка» блеснули в сгущающихся сумерках, — Если провернём — будем купаться в золоте месяц, а то и больше! Да и простенькая работёнка, если честно. Но без твоей помощи никак.

Глава 10

Контрабанда

Утро встретило меня тягучим запахом жареной рыбы и дёгтя.

Тур копошился у печки, переворачивая на раскалённой сковороде куски трески, вокруг которых потрескивал жир. Щелбан, сидя на корточках, чистил ногти своим вечным кривым ножом, а Хрип молча перебирал кости, бросая их в деревянную кружку с глухим стуком.

Я потянулся, и вылез из гамака. Рука уже почти не болела — только слегка ныла при резких движениях. Да уж, слюна вульфаров оказалась действительно хорошим средством от перелома!

Интересно, как она действовала?

А, так ли это важно? Главное, что я использовал её всю, как велел Нералон, и…

«И теперь должен этим волкам какую-то услугу» — подумал хмуро — «Интересно, что они попросят?»

Впрочем, заострять мысли на этом я не стал — проблемы надо решать по мере их поступления!

А у нас, вроде как, на сегодня планировалось что-то новенькое.

— Ну что, симория, — Рив распахнул занавеску своей «комнаты» и вывалился наружу, почесывая живот, — Пока вы тут сопли жуёте, у нас дело нарисовалось. Горяченькое.

Щелбан тут же оживился, подняв голову.

— Кого на этот раз разводить будем?

— Не, — Рив уселся на пустую бочку и принял от кучерявого воришки кружку с водой, — В этот раз без разводок.

— Это как? — не понял я.

— Профиль чутка не наш, но… Деньги есть деньги. Контрабанда.

Тур перестал переворачивать рыбу и медленно обернулся. Хрип отвлёкся от своих костей.

— Серьёзно? — не удержался я.

Рив усмехнулся.

— Да не ссыте вы. Один знакомый контрабандист залёг на дно в «Ржавом якоре». Стража его ищет — не дал на лапу кому надо, жадным оказался. Попался патрулю, но смог смыться. Теперь боится высовываться, а товар нужно передать — его уже несколько дней ждут.

— Какой товар? — Тур скрестил руки на груди.

— Колдовские амулеты. Для какого-то торговца в Новом порту.

Я почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Колдовские штуки — это не просто краденые кошельки. Если стража засечёт — мало не покажется. За такое не просто изобьют и кинут в каталажку, нет… Будут пытать, чтоб выяснить, откуда взялись амулеты… И плевать, знаешь ты об этом, или нет…

А вот у Хрипа, несмотря на опасность, глаза заблестели живым интересом.

— И за сколько мы рисковать будем? — спросил я, — Колдовские амулеты… Ты же вроде говорил, что этот рынок крышуют «чешуйчатые»?

— Да уж не сомневайся, заплатят, — Рив хитро прищурился, — И заплатят хорошо. А насчёт «чешуйчатых» можно не переживать — они тут вообще не при делах. Амулетики привезённые из княжеств. Да и план так-то простой.