Рывок в будущее (СИ) - Марков-Бабкин Владимир - Страница 6

Что ж обыграла его русская Императрица! Партия окончена. Но, Игра — нет!

Что мешает юному Ивану «чудом уцелеть»? Пусть не здесь. Пусть не сейчас. Но, было уже такое и может случиться вновь. Пусть уже и без Шетарди. За свой апшид маркиз уже отомстил. Весточка ушла, и верные люди дня через три подпалят Москву. Нет нужды сберегать шальных наймитов теперь. Жаль, что в Петербурге не осталось у него даже таких лихих, но зато смелых людей.

* * *

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКАЯ ГУБЕРНИЯ. КРОНШТАДТ. 19 июня 1743 года.

Сегодня день знаменательный, хоть и скрытый пока от глаз джентльменов и более приличной публики.

Экспедиция.

Как она сложится? Да Бог её знает. Море полно случайностей. Потому «почтеннейшую публику» беспокоить не стали. Моя Лина готовится к свадьбе. А, что Матушка не приехала — так срок у неё большой.

Елисавета Петровна в части флота вроде успокоилась. Всех перепроверили. В ком сомневались — отправили служить в Астрахань или Архангельск. На Балтику же опытных в полярном плавании позвали. Нерадивых снабженцев, кригс-комиссаров да адмиралов от дела отстранили. Ушаков даже помог с толковым администратором. Я, с рекомендованным им, Фёдором Ивановичем Соймо́новым говорил в Москве дважды. Потом беседовала Императрица.

В чине действительного статского советника и обер-штер-кригскомиссара его в марте гражданским Начальником экспедиции утвердили. Но, не он сегодня главный. Его даже здесь нет. Его отряд («Счастие» и «Святой Андрей») отбыл на прошлой неделе из Ревеля. Докупить всё же многое надо в Киле. Я уже распорядился домой посодействовать. Ещё и ученых приглашенных на борт взять. Не хватает у нас пока их в нашей Академии в Петербурге.

— Здравия желаю, Ваше Императорское Высочество!

Приветствует меня контр-адмирал Калмыков. Знаменитый «табачный капитан». Калмык, учившийся за своего нерадивого хозяина навигации в Европе и потом выкупленный у того по весу табака после возращения. Такая вот о нём в истории байка.

— Здравствуй, Денис Спиридонович.

Жму руку. Приветствую всех. Экипажи «Святого Петра» и «Славы России». С трудом я эти флагманы у Адмиралтейства вырвал. Едва укрепить к отходу успели. С экипажами проблем нет. Капитанами князья Несвицкий, Скуратов, Римский-Корсаков, Урусов. Но двое последних уже на пути в Киль. Овцых, Малыгин, Харитон Лаптев… Опытные полярные волки Великой Северной Экспедиции. Команда и суда посильнее тех, с которыми Беллинсгаузен в моём времени Антарктиду открыл. Научную часть взял на себя сам академик Жозеф-Никола де Лиль. Старик ещё крепок и очень хочет, как и в Сибири, сделать, за Южным полярным кругом, звёздные карты и наблюдать «прохождения планет по диску Солнца». Под его имя многих европейских ученых удалось в экспедицию сманить. Но, наши моряки тоже во многих науках сведущи. Пока доплывут, их, и взятых в Академии русских адъюнктов, и студентов, ещё европейцы поднатаскают. Так что будут тамошние бухты и острова, и русские фамилии носить. Мелочь вроде, но важно.

— Дозволяете ли отплыть, Ваше Императорское Высочество?

Смотрю на обратившегося Калмыкова. Этот дойдет. За его народом долг перед Чингисханом. А я ему даю шанс достичь заветного для монгола «Последнего моря». Не за просто так, конечно. И не только для славы Отечества. Мне нужна Патагония и базы в Австралии нужны. Это не идея-фикс. Сейчас самое время столбить морские пути. Антарктида — это замечательно. Но ею сыт не будешь. С пингвинами какая торговля? Но, надеюсь, что их моим капитанам удастся привезти.

Базы, бухты, порты. Без них мы Океан никак не освоим, не говоря уж, что не покорим. Вражины-конкуренты пропустят нашу научную разовую экспедицию. Их мотив понятен. Пусть русские надрываются, а мы воспользуемся их открытиями. Но, наладить торговые пути через их порты нам не дадут.

Потому — Океан. Что получится? Бог весть. Посмотрим.

Господи, спаси и сохрани людей сих. И, вообще, всех. Ты ведь милосерден. Ну, хоть иногда, прости Господи. Пути Твои неисповедимы. Впрочем, как и мои. Сам их не ведаю. На всё воля Твоя.

В этом времени, я, почему-то, начал быть религиозным. Не так чтобы совсем, но, шевельнулось что-то в душе. Циник и скептик уходит на второй план.

Киваю.

Адмирал взлетает на борт.

Машу рукой и кричу.

— Цагаан Зам!

Денис Спиридонович слышит и вскидывается от родного пожелания «Белой дороги». Теперь точно дойдет и вернётся! Знаю я монголов. Упорный народ. Надёжный. Люблю их.

Зря что ли в Бурятии полгода в срочку служил?

* * *

Дружественная взаимная реклама с коллегами по перу:

Наши современники, попав со съемочной площадки 2024-го в предреволюционный Севастополь 1916-го, не желая того, оказываются вовлеченными в схватку погибающих империй.

Автор знакомит читателей с реальными героями и событиями Отечественной истории начала ХХ века. Никаких фантазий — всё так и было. https://author.today/work/450563

* * *

1682 г. Вокруг произвол и беззаконие. Стрелецкий бунт? Не можешь предотвратить — возглавь! Но на своих условиях. Лично воспитаю Петра — или погибну снова

https://author.today/reader/475541/4451330

Глава 2

Kronprinz von Oranienbaum

* * *

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКАЯ ГУБЕРНИЯ. ОРАНИЕНБАУМ. 27 июля 1744 года.

В чём смысл Бытия? Ну, хотя бы в том, чтобы Бытие хотя бы иногда не было Битиём. А это непросто.

Из хороших донесений этого месяца — золото нашли на Урале и в Карелии. До промышленной разработки очень далеко. Как говорится, Москва не сразу строилась, но важен сам факт — в России есть теперь собственное золото.

А золота с серебром нам надо очень и очень много. Нам, и, в частности, мне лично. Денежные бумажки можно отпечатать. Это не вопрос. Но, они лишь облегчают оборот, однако не отменяют их золотое и серебряное наполнение. Бумажки под воздух печатать смысла пока нет. Была бы война великая или ещё более великая стройка, тогда, может быть, а пока всё это ерунда. Лишь разгон инфляции за счёт ничем не обеспеченных бумажек. Россия пережила в своё время Медный бунт, когда казна решила, что народ — идиот и охотно согласится получать медные деньги, но платить за всё серебром. Трудящимся сие не понравилось. А тут просто бумажки. Доверия к ним ноль целых и фиг десятых. Приучать надо.

Кстати, о бумажках.

— Степан! Ну, что там?

Слышу крик из недр чудовища.

— Почти готово, Фёдорыч!

— Злой ты, Степан. Я бы уже чаю нам кликнул.

— Опосля! Давай запустим сие чудо! Катя моя всё равно в Петербурге!

Да, Катя в Петербурге. При Дворе. Мы как-то с ней расстались вдруг. Дело к этому, в целом шло, но, были варианты. Нам хорошо было вместе. Ну, во всяком случае, мне так казалось тогда. Я даже фантазировал на тему, готов ли бы я был, чтобы она стала по факту моей женой? Да, был готов. Все возмущения на тему, как может крепостная девка иметь выбор, я отметаю самым решительным образом. Как крепостная девка она мне была не нужна. А как вольная Голштинская дворянка она выбрала Нартова. И я её отпустил.

Да и не ужились бы они с Линой никак. Каролина бы раздавила её однозначно. Катя это прекрасно понимала, потому и покинула меня. От греха, как говорится.