Я пришел править (СИ) - Прядеев Евгений - Страница 37

Однако… Офис в ресторане — это для меня что-то новенькое. По крайней мере, про директорство в ресторане никаких упоминаний в информации о Князеве не было. С другой стороны, можно сказать, что замаскировался. Да и кухня всегда под боком.

А вот кабинет у господина Князева оказался огромный и довольно безвкусно обставленный. Наверное, хозяин гордится этим кабинетом. Большой, с кучей картин на стенах и фотографиями известных артистов и других медийных личностей. Есть такая категория фотографий. Я где-то вычитал ее название — «Презентабельная». Это когда снимки делают на разных презентациях и выставках, а улыбающиеся в камеру люди мало того, что не знакомы ещё и видят друг друга первый и последний раз в жизни. Никогда не понимал, зачем развешивать по стенам подобный иконостас? Напоминает детсадовские развлечения из серии «Я видел БТР». Ну есть у тебя фото рядом с артистом или политиком. И что? Оберег от неприятностей? Ладно бы вы действительно друзья были. А так смех смехом. Уж лучше бы фотографию друзей или родственников повесили.

— Присаживайтесь, — царственным жестом указал мне на кресло возле приставного столика хозяин кабинета. Я, кстати, представлял себе его немного иначе. Все-таки, когда читаешь описание криминальных подвигов человека, то воображение рисует кого-то большого и может быть даже излишне накаченного. Должен же человек и с топором, и с удавкой, и с ручным пулеметом при случае хорошо управляться.

Князев же оказался вполне себе средней комплекции. Дорогой костюм, шейный платок вместо галстука. Ни дать, ни взять — представитель богемы. Такому максимум бокал с шампанским можно доверить, а вот что-то тяжелое, не факт, что удержит. Хотя взгляд Князева все же выдавал в нем хищника — цепкий, колючий, от которого невольно мурашки пробегают по телу.

И тот факт, что охранник даже не попытался выйти из кабинета, тоже не внушал мне особенного доверия. Что это? Демонстрация силы? Статуса? Или дополнительный метод давления на меня?

А раз так, то стоит держаться настороже вдвойне. Не может тюфяк сколотить криминальное сообщество и успешно удерживать его в узде. И запросто, что внешность — это обманка, на которую Князев успешно ловит разных простачков.

— Меня зовут Виктор Андреевич, — представился хозяин кабинета. — Надеюсь, что не очень сильно оторвал вас от текущих дел своим вниманием. Я, к сожалению, почти всегда занят, поэтому не смог лично нанести вам свой визит. Дела бизнеса требуют неусыпного контроля и не позволяют мне пока вести свободный образ жизни. Но я очень рад, что вы нашли время для встречи со мной.

Как поет! Как поет! Голосок только подкачал, никак не тянет на ангельский.

— Чай, кофе? Может быть чего покрепче? — по прежнему учтивым тоном осведомился Князев. — При желании можем и ужин приготовить. Буду рад угодить человеку, которого я ждал так долго.

— Нет-нет, — отказался я, продолжая оглядываться в кабинете. — Очень благодарен вам за предложение, но, наверное, стоит отказаться. Если честно, дико устал, поэтому надеюсь, что наша беседа не затянется.

Князев хмыкнул и посмотрел на меня оценивающе, как будто прикидывал, где на мне спрятан ценник и в какой он валюте.

— Угощайтесь! — Виктор Андреевич повернул ко мне небольшой деревянный ящичек, в котором оказались кубинские сигары. Недешевое удовольствие. Тем более, в таких условиях сигары не могут храниться вечно, они банально высохнут и при курении будут напоминать несвежую солому. А значит у хозяина вполне хватает денег на дорогие привычки. Впрочем, я начинаю повторяться. Понять, что хозяин кабинета не занимает пятерку у своих охранников до зарплаты можно было и без ящика с сигарами.

— Спасибо, — отказался я. — Стараюсь оградить себя от этой вредной привычки.

— Забота о здоровье — это похвально, — пафосно провозгласил Князев. — Тем более, в вашем возрасте. Большинство людей вспоминают про свой организм слишком поздно, когда он уже изношен неправильным образом жизни и бесконечными излишествами.

— Вынужден с вами согласиться, — усмехнулся я. — Так что никотин, к сожалению, остался в той, неправильной жизни.

— Это очень правильно, — продолжал разглагольствовать бизнесмен. — И очень актуально для мудрых людей, которые желают жить долго. Не у всех, правда, получается, но умный человек всегда сумеет трезво оценить свои и чужие шансы.

О как! Намек прозрачнее некуда.

— Умный человек умеет управлять шансами, — с ленцой в голосе ответил я, крутя головой, как будто разглядывая помещение, а на самом деле просто не желая пока встречаться с хозяином кабинета взглядами. — И, как правило, точно знает, какую роль в жизни сыграют те или иные поступки.

Почему-то выражение лица Князева стало удивленным, как будто в его картине мира я вовсе не умею разговаривать.

— Однако, — Виктор Андреевич откинулся на спинку кресла. — Вы удивительный человек и за последние дни успели удивить меня, как минимум, трижды.

Я молчал, решив не комментировать последнюю реплику. Пока что мне в этом кабинете не очень нравилось, а маячивший за спиной охранник совсем не добавлял настроения. Это что ж получается? Поманили пряником, довезли с комфортом, а теперь опять зубы показывают? Нее, ребята, я в таких играх участвовать не собирался.

— Давайте оставим словесные кружева до следующей встречи, –я уселся поудобнее, немного поерзав в кресле. — Вы искали со мной встречи? Я пришел. Если у вас есть конкретное предложение — говорите! Иначе я домой поеду. День был суетный, да и поздно уже.

— Уважаю, — кивнул Князев. — Ценю в людях деловой подход. Думаю, что мы с вами сработаемся.

— Может быть, для начала стоит прояснить суть работы? — усмехнулся я. — Пока что вы только туман пускаете.

— Органы, — ответил бизнесмен и вперил в меня немигающий взгляд своих водянистых глаз. — У меня серьезный бизнес по трансплантации, но, к сожалению, современная медицина не способна решить все возникающие проблемы. Иногда органы не приживаются. В каких-то случаях не справляется организм, где-то неизбежны ошибки, а иногда бывает просто не повезло. Понимаете меня, Геннадий?

— В общих чертах.

Я хотел усмехнуться, но внезапно обнаружил, что мои челюсти крепко сжаты и никак не желают разжиматься. Бизнес у него, видите ли… Я что, так сильно на лопуха похож, и не представляю из чего трансплантология состоит?

— Мои клиенты, Геннадий весьма уважаемые в определенных кругах люди, — с воодушевлением продолжал распинаться Князев. — И вместе с тем зачастую им больше не к кому обратиться за помощью. Стремительный темп жизни, напряженная работа изнашивают человеческий организм быстрее самого неблагоприятного климата. И вот тогда на помощь приходим мы.

— По-прежнему туманно и неопределённо, — грубо перебил я Князева. — Мои органы не продаются, резать никого не планирую. В чем заключается мое участие?

— Я сейчас вам всё объясню, — улыбнулся Князев и почему-то меня едва не передёрнуло от этой улыбки. — Многие наши клиенты стремятся к анонимности, поэтому обращаются к нам не только за органами, но и за операцией по их пересадке. Это исключительно богатые и весьма уважаемые люди, поэтому мне не хочется рисковать их жизнью и здоровьем.

Хм… Судя по всему, уже рискнули и с весьма печальными последствиями. Другой вопрос, откуда этот персонаж про целителей в курсе?

— Мне всё равно пока что непонятно, что именно вы хотите от меня, — продолжал я строить из себя идиота, хотя и видел, что Князеву мое поведение не нравится.

— Я хочу, чтобы вы присутствовали на операциях по пересадке органов и гарантировали их благополучное завершение, — слегка хлопнул ладонью по столу Виктор Андреевич. — Назовите цену, Геннадий, и давайте обсудим конкретные аспекты нашего сотрудничества.

— Нет, — покачал я головой, едва заставив себя не выругаться. — Никаких операций и никакого моего участия.

— Сто тысяч долларов за каждое участие, — теперь ладонь хлопнула по столу громче.

— Я сказал нет, — вновь покачал я головой и почувствовал покалывание в руке, как будто кольцо подбадривало и одобряло мое решение.