Арестантка: Дьявол из Подпространства (СИ) - Вайшен Нина - Страница 13

«Мы вместе строим новое великое будущее, новую страну…»

Только… Ничего мы ещё не строим. Пока нечего строить. Или… Уже что-то и строим?

Я обернулась на Алисию, которая общалась с режиссёром по поводу осветительных приборов. Теперь я относилась к ней иначе, не как к зеркалу, в котором я виделась себе неполноценной и некрасивой. Не как балласту, а как к помощнице. Инициативной, аккуратной, исполнительной. Скоро, уверена, мы будем едва ли не подругами. Она хорошая и очень даже полезная.

Просто нужно было дать ей проявиться. Показать себя. Я даже немного ею гордилась. И очень надеялась, что и Матео разглядел в ней замечательного человека, а не просто красивую мордашку и сиськи.

Затем я перевела взгляд на Винсента, который настраивал капсулу для одного из раненых, и время от времени поглядывал на Кали. А когда он на неё не смотрел, она бросала на него взгляд. Притяжение между ними было такое, что могло бы столкнуть два астероида, не меньше.

Я даже не беспокоилась о том, помирятся они или нет. Конечно, если будут живы, они будут вместе. Тут просто без вариантов.

Мимо прошел Эрик, перетаскивающий какой-то большой прибор с помощью манипулятора, и я впервые взглянула на него под другим углом. Не как на мой личный навязчивый кошмар, а как важную часть моего совета. Он тоже мне помогает. И помогает мне лечить бывших имперцев. Хотя это вообще не его забота.

По-любому у него какой-то шкурный интерес. Пираты попросят отдать им половину Вега-7? Мы договорились эти вопросы решить уже после закрытия сектора.

Маленькая жужжащая камера, похожая на муху, подлетела ко мне. Алисия кивнула, а рыжеволосый режиссер Малкольм сказал:

— На счёт три можете начинать, госпожа комендант.

Волнение прокатилось по телу, приподнимая волоски. По планшету читать текст Альдо я не буду, уловила общий смысл и посыл. Людям нужно дать сил, а что даёт сил больше, чем ощущение, что ты не один?

— Один, — произнёс Малкольм, и я вспомнила, как Трой провоцировал на себя Рю, как получал ногами по животу, чтобы я могла сбежать. Но ведь я для него тогда ничего не значила. Просто злющая каторжанка.

— Два.

А потом и я не улетела, не оставила Троя умирать под пытками. Хотя ну кто он мне был? Случайный помощник. Но мы не бросили друг друга несмотря на то, что были из противоборствующих лагерей.

— Три, — выдохнул Малкольм и все разговоры стихли. Правда, стоны раненых в тишине будоражили слух сильнее. — Начинайте.

— Здравствуйте. Меня зовут Принс, я комендант нашей новой Республики, — на секунду меня сковал лютый страх, все слова забились в глубокие норы моего сознания, как крысы, и не хотели ложится на язык.

Вот здесь бы мне не помешало, чтобы Трой взял меня за руку и успокоил. Но я сама от этого отказалась. Спокойно. Всё правильно. Только в разуме звенела какая-то болезненная пустота. Ну какой из меня комендант? У меня ж в голове только мужики и самомнение. Слова Варахи вспомнились очень некстати.

— Там было что-то о переменах, — сказал мне по комлинку Эрик, вставший у дальней стены.

Точно! Текст начинался с мысли о переменах. Я сжала вспотевшие ладони. Пялилась в маленькую чёрную камеру и представляла, что я смотрю не в бездушное око, а каждому отдельному человеку в глаза. Оцепенение медленно отступало.

— Знаю, что вы ждёте перемен, и скоро они придут. Скоро Вега-7 будет нашей. Скоро мы будем дышать свежим воздухом, гулять под мягким голубым небом, ходить по траве, есть настоящую картошку, — я вдруг вспомнила, каково это всё ощущать, глаза в момент увлажнились. — Не будет больше прозябания в стальных коробках без света и надежды. Будет красивый вегианский восход и мы построим счастливое будущее. Но чтобы оно пришло, мы должны построить ещё кое-что, — сказала я, проходя глубже в зал медблока, склонилась к одному из раненых, и это был пират, который пострадал, помогая отбивать станцию.

Глаз камеры испытывающе глядел на меня. Было страшно. Страшно, что сейчас там, на Альфа Центавра, мои люди смотрят на меня разочарованно. Потому что ждут воодушевляющей речи на манер Карлоса. Что-то типа того, что мы будем стоять до конца, мы выломаем эту дверь силой своего духа. Но я. Я не могла такого сказать. Я не он. Да и ситуация совсем другая.

Вараха внимательно смотрела на меня, видимо, она знала, что я говорю не по тексту, но никак это не показала. Мне чудилось, что я видела в её глазах поддержку. Алисия же пялилась на меня восхищённо и гордо. От её взгляда я даже почувствовала себя уверенней.

Я подала пирату воды и присела рядом. Он изумлённо глядел на меня и улыбался. Я улыбнулась ему в ответ. Камера чуть отлетела от нас, чтобы взять более общий план.

— Итак, что мы строим? Да, пока не будущее, будущее сначала нужно отвоевать, а чтобы отвоевать, мы должны измениться, — я встала и пересела за соседнюю койку, где лежал один из имперцев. Светловолосый, веснушчатый, с полностью перемотанным медицинским шёлком телом.

Он не улыбался, глядя на меня, скорее, изучал. Камера снова приблизилась к моему лицу, вглядываясь чёрным оком в мою душу. А я думала о тех, кто за кадром. О каждом из них. Пыталась за чернотой увидеть их.

— Мы должны построить новых себя. Способных смотреть не через призму ненависти, — я наполнила в кулере очередной стакан и протянула его имперцу. Он осторожно взял. — Мы пытались отвоевать планету для нас в одиночку. И ничего не вышло. Теперь наши ряды пополнились. У нас появились необходимые технологии. Нам нужно перестать видеть в новых союзниках врагов и понять, что сейчас цель у нас с ними одна.

— Вы не истребите нас всех, после того, как закроется сектор? — внезапно спросил имперец. — Тогда все припасы, всё оборудование и техника будут ваши. Вас же гораздо больше…

Я посмотрела в глубь медблока, встречаясь взглядом с Варахой. Она сжала челюсти. Вопрос ей точно не понравился.

— Как вас зовут? — спросила я у него.

— Антуан Капет, старший лейтенант СИБ, — представился он и сделал короткий глоток воды. — Я сдался в плен после нападения на станцию. Вместе с моей женой, которая была в отряде медиков.

— Вот за этим, мистер Капет, я и записываю эту трансляцию. Она не только для жителей Альфа Центавра, она и для всех бывших имперцев, вставших на нашу сторону, — произнесла я, и Винсент, проходивший мимо с очередными носилками, одобрительно кивнул. — Нет больше никаких отдельных вы. Есть только мы. Мой жених, бывший имперец, Трой Этнинс, через две недели закроет сектор. Нам нужно выстоять это время! Нам нужно по-настоящему стать одним целым. На Альфе мы должны удержать позиции, не дать Корпорации Дельта вернуть себе шахты. Ни единой шахты! А здесь мы должны принять бой с войсками императора. Отразить главный удар. Есть только мы! Вместе! Одно целое!

Я заглядывала в око камеры, а ещё следила за реакцией людей в медблоке. Медики, пациенты, пиратские помощники будто замерли, слушая меня. Мне даже показалось, что и Вараха стала глядеть на меня с гордостью. Алисия вытирала растроганную слезу.

— Целое точно не будет истреблять само себя, — я улыбнулась Капету. — Выздоравливайте, вы будете очень нужны.

Я встала с его койки. Вышла в центр медблока, камера полетела за мной.

— Нам нужен будет сейчас максимальный вклад каждого. Но и максимальная забота друг о друге. Среди нас больше нет врагов, террористов, имперцев или колонистов. Каждый важен. Мы все жители Вегинанской Республики. Будущего, которое должно сбыться, если мы забудем о распрях и начнём работать вместе, как одно целое. Без этого будущее не наступит, — весь медблок зааплодировал мне, а я добавила. — Давайте приближать его.

Камера выключилась, я быстро вышла из палаты под гул аплодисментов. Карлос, ну как? Тебе понравилось? Я не сказала им, что мы должны вырывать сердца и ломать шею, тем, кто нас эксплуатировал. А сказала вот так. Правильно ли это? Замотивирует ли это жителей Альфа Центавра? Замотивирует ли это хоть кого-то? Я прижалась к стене. Мне, кажется, самой понравилось. По крайней мере, лица людей в медблоке как-то даже посветлели.