Арестантка: Тюрьма Рая (СИ) - Вайшен Нина - Страница 80

— Да брось. Твои тактические решения иногда вызывали у меня вопросы, но уверена, ребята погибли не из-за них, успокойся, — она выдохнула, но посмотрела на меня точно ласковее. — У тебя всё? Тебя там ждут…

— А тебя? Ну тот, кто из себя генерала не строит…

Свернув голограмму, она опустила голову, отошла к дивану, в углу которого орудовал маленький робот-швея. Латал специальным устройством на руке простреленный подлокотник. Я на каталке проехал следом за Кали и увидел на диване термопакет.

— Негенерал мне подарил, — сказала она с саркастическим смешком, поймав мой взгляд, — Мороженое, твою мать. У нас война! А он…

— И что? Кажется, что это очень символично. Мороженое для снежной королевы, — я взял пакет в руки и раскрыл его.

Лицо мазнул холод, туманная дымка заклубилась над содержимым. Я опустил руку и достал вафельный рожок с красивыми синевато-белыми вензелями.

— Вот это красота! — облизнулся я и протянул рожок Кали. — Держи.

Она подняла вверх руки, как бы показывая, что нет, не надо. Она выше всяких там мороженых.

— Да возьми уже, — я чуть привстав, ткнул мороженым ей в лицо, но не дотянулся до носа. А жаль.

Вертолёты снова включили свои лопасти в моей голове. Я осел в кресле, но Кали всё-таки взяла мороженое. Пару секунд буравила его презрительным взглядом, будто это какая-то испорченная консерва.

— Рассказывай, что у вас там с Винсентом случилось?

— Да у нас и не было ничего, — как-то отрывисто сказала Кали, а потом как замычала. — М…м… это просто великолепный вкус…

— Винсент знает толк в мороженом, — сказал я, разглядывая бирку на термопакете. — Это интеллектуальное джелато. Используя органические нанозонды подстраивается под твои рецепторы. Мне родители такое в детстве покупали. Ощущение взрыва удовольствия.

Она с таким аппетитом касалась губами мороженого, что я даже замер, смотря на испачканные белой сладкой взвесью губы Кали. Замер, вспоминая, как приятно было их целовать. Стоп. Любовь прошла. А в каюте меня ждёт совсем другая девочка. Которая мне очень нравится.

Но Кали была так хороша в этом неожиданном для себя восторге. Стала как будто живее и открытее. Только вдруг она замерла, приоткрыв рот…

— Тебе плохо? Слишком холодное даже для тебя? — с наигранной тревогой спросил я.

— При… придумала! — она, засунув рожок в рот, так что торчало только две трети, включила снова голограмму на планшете, сделала пару свайпов по страницам.

Потом ткнула мне пальцем на одну строчку в перечне оборудования.

— Научные зонды? — спросил я.

— Дха… — она вытащила мороженое изо рта. — Их десять, мать его, тысяч! Из них можно дроны-камикадзе сделать. Целый, мать его, рой!

— О-о, — я изумленно кивнул, идея была бомбическая. — Вот видишь, ты всё придумала.

— Мне мороженое помогло, — она смачно лизнула уже подтаявший рожок. — И ты…

— Я теперь не часто буду в твоём распоряжении, — пожал плечами я.

— Переживу… — скривилась Кали и снова откусила мороженое, её лицо разгладилось от удовольствия.

— Я бы на твоём месте сходил к Винсенту за добавкой мороженого…

— Захлопнись уже, может, и схожу, — Кали улыбнулась, правда, через минуту стиснула челюсти.

— С тобой всё нормально?

— Да, но мне всё-таки нужно отдохнуть, — она потёрла плечо, разминая мышцы. — И ты уже иди.

— Кали, а можно мне забрать второе мороженое? Ну раз ты пойдешь за добавкой…

— А вдруг я не пойду, или Винсент мне больше не даст? Это просто… — Кали прикусила губу. — Это мороженое самое вкусное, что я когда-либо в жизни пробовала. Хочешь, попробовать дам?

Она протянула мне почти доеденный рожок. Я отрицательно мотнул головой.

— Я не для себя прошу.

— Для той красотки?

— Ага.

— Она тебе действительно невеста?

— Нет, конечно. Просто у неё по этому поводу пунктик…

— Чего не сделаешь, чтобы затащить её в койку?

Я задержал взгляд на глазах Кали. Задумался.

— Хочу ли я затащить Алисию в койку? — размышлял я вслух. — Пф… Хочу. Но, кажется, что она мне нравится… А вообще ж одно другому не мешает?

— Ладно, на… — Кали взяла термопакет и положила мне на колени. — Порадуй свою невесту…

Это звучало из её уст с теплом, но вместе с тем с ошеломленностью.

— Я тебя всё ещё люблю, — сказал я, ощущая какую-то тянущую щекотку в груди. — Просто теперь я понял, что люблю уже совсем иначе… А всё последнее время жил прошлым. Всё ждал от тебя чего-то.

— Если ты надеешься, что я признаюсь тебе в любви, — она взъерошила мне на затылке волосы. — То не рассчитывай на это. Я… иногда очень хотела дать тебе то, что ты от меня ждал. Просто… просто моё сердце больше на это не способно, что ли…

— Знаешь, я так тоже думал, — сказал я. — Пока не увидел тебя утром в уборной с Винсентом. Ты так нежно це…

— Прекрати… — смущенно скуксилась Кали и приложила руку в к моим губам.

— Ты твак нежмно, — я убрал её руку от лица. — целовала ему плечо… Я сразу всё понял! Так что сходи лучше за добавкой джелато.

— Отстань, — буркнула Кали с деланной злостью. — Едь уже!

Ну и я улыбаясь поехал в нашу с Алисией каюту. На коленях у меня лежал блестящий пакет с мороженым.

3112

Завтра после заседания совета мы летим на Броссар. Возьмем с собой Матео. Трой войдёт в это подпространство… Так скоро. Мысли вертелись вихрем и всё вокруг одного и того же. Страх заставлял сердце биться гулко и болезненно. Нет, стоп.

Трой выберется оттуда. Перед отлётом мы допросим Гомера. Он всё скажет.

В глубине сознания словно что-то зашевелилось тёплой тоской. Будто кто-то неслышно говорил: «Я всё сделаю, чтобы тебе помочь». Под койкой слышалось тихое шипение Красотки. Я очень настоятельно попросила её спрятаться, чтобы не шокировать доктора. Обещала вечером накормить лабораторными крысами, благо их на научной станции в избытке.

Я сидела на кушетке после осмотра врача. Голова была чуть мутная от усталости и недомогания. Рядом стояла Вараха, представившись моей лучшей подружкой и самым близким членом семьи. Она даже успела переговорить с доктором, пока я лежала в капсуле.

Когда врач — черноволосый невысокий мужчина — вернулся в палату, Вараха как-то вопросительно ему кивнула. Причём так вот железобетонно, что тот замер. Потом она без лишних слов поспешила к доктору.

— Эй! Куда вы? У меня, что ли, какая-то смертельная болезнь? — спросила я, когда Вараха вытолкала врача за дверь. Он даже возразить не смог, как так угрожающе на него пялилась Вар. — Эй… Вар…

Я хотела встать и выйти к ним, но мой локоть был помещен в обруч медицинского прибора. Вот зараза. Я пожала плечами. Даже если я неизлечимо больна. Какая разница? Возможно все мы проживём не дольше недели. А если проживём, я буду так счастлива, что просто, вашу мать, умру от счастья.

Дверь, за которой скрылась Вараха с доктором, была молчаливо закрыта. Я вздохнула.

— Вар, ну что там такое?

— У тебя пониженный гемоглобин, — с ходу выдала Вар, заходя в палату сквозь только разъезжающиеся створки гермодвери, и протянула мне какую-то ампулу со встроённым инъектором, видимо, взятую у врача.

— Да… наверное. А зачем ты уводила врача? Из-за гемоглобина?

Вар подошла ко мне ближе, взяла меня за обе щеки.

— Будешь задавать много вопросов, получишь в нос, — она поцеловала меня в лоб, как младшую сестрёнку и в этом поцелуе была какая-то дрожащая, переливающаяся за край радость.

У Варахи были такие приятно тёплые руки, грубоватые, но при этом от них веяло непригодившейся материнской заботой. Мне хотелось, чтобы она подольше подержала руки на моих щеках. У меня даже в груди как-то протяжно и тонко занялось. Будто я была маленькой девочкой, которая заболела и её приласкала мама. Ну или старшая любящая сестра.

Из-под кровати раздалось ревнивое шипение Красотки.

— Ну… если у меня какая-то хворь… Я… я же должна знать, — как-то смущенно пробормотала я, когда Вараха отстранилась.