Измена или холодный расчет (СИ) - Ильина Настя - Страница 26

так странно... Мне не хотелось, чтобы он стыдился меня.

- Новостями? Ну, в общем-то, они действительно есть... Величаев догадался, что я появилась в его

компании ради мести неверному мужу. Он согласился помочь мне, и он знает, что я живу в твоём

доме.

- Вот как? Очень интересно. И как же он догадался?

Внутри растёт раздражение, что Денис бежит от собственных чувств и боится посмотреть мне в

глаза. Он словно сам не понимает, нужно ли ему всё это. Или просто я так сильно разозлилась, посчитав его трусом за то, что отступил и не пошел дальше?

- Я не знаю. Сложил два и два? Да и какая разница? Он на нашей стороне, Денис.

Он согласился преподнести ещё один подарок Юре, если удастся доказать, что тот ворует его

наработки. В общем, в кафе всё решится. Я согласилась шпионить там на Артёма Валерьевича, поэтому буду сама обслуживать столик своего возможного отца.

- Ты согласилась на что?.. — Денис, наконец-то смотрит на меня.

Он удивлён так сильно, что даже рот не закрыл и сидит с приоткрытым, а мне становится смешно.

- Милка говорила, что ты будешь беситься, но я не собираюсь сдавать назад.

Величаев пообещал нанять для меня хорошего стилиста. Лаврентьев не узнает во мне знакомые

черты, даже если между нами и есть какая-то родственная связь.

ВСЁ сложилось так, как нужно нам, понимаешь? Я буду на той самой встрече в ресторане в

качестве официантки. Мне нужно будет прослушать разговор Бориса Анатольевича с партнёрами, по возможности записать его на диктофон и перевести впоследствии Величаеву. Я убью двух

зайцев одним ударом и добуду ДНК Лаврентьева. Всё будет хорошо, Денис. Тебе не следует

переживать. Я справлюсь.

Я уверена в своих силах. Думаю, Милке там не придётся присутствовать... я сама со всем…

- Какого дьявола, Малинка? Почему ты даже не посоветовалась со мной, когда согласилась

участвовать в столь серьёзной авантюре? А у Величаева, как только совести хватило просить тебя

об этом? Я считал его адекватным человеком, а теперь сильно сомневаюсь в этом. Ну какая с тебя

шпионка? Долго ты выстоишь на ногах? Как скоро дашь слабину? Мне категорически не нравится

эта затея, но слушать меня ты не станешь и сделаешь всё по-своему, правда?

- Ты прав, - с горечью выдавливаю из себя я.

После поцелуя с мужчиной мне не хочется ссориться с ним. В этом моменте было столько

недосказанности, что сейчас поговорить бы и обсудить, в какую сторону сдвинулись наши

отношения, но не получается. Денис злится на меня.

- Прав в том, что я хочу поступить по-своему. Денис, пойми меня.. Это имеет слишком высокое

значение.

- И ты настолько сильно жаждешь отомстить погорячее, что готова рисковать собственным

здоровьем? — нервно выплёвывает Денис и встаёт из-за стола.

Он подходит к окну и сцепляет руки в замок за спиной.

- Честно, я не понимаю тебя, Малинка. Не по-ни-ма-ю! Тебе стоит в первую очередь заботиться о

своём здоровье. Реабилитация не завершилась. Я закрыл на это глаза, позволил тебе устроиться в

компанию Величаева. Чёрт побери, я же даже помог тебе в этом. А теперь шпионские игры. Ты

хочешь не просто заполучить треклятый стакан, но и подслушать чужой разговор. Ты хотя бы

понимаешь, чем всё это может закончиться? Не боишься, что тебя засекут? Уверена, что станут

вести важные разговоры в присутствии официантки?

- Прекрати! — вскрикиваю я и затыкаю уши руками.

В голове появляется сильнейший гул. Она готова расколоться на множество частей.

Кажется, что мыслей становится так много, что я не успеваю ухватиться за определённую, и

потому возникают неприятные ощущения.

- Пожалуйста, прекрати взывать к чувству совести. Я понимаю, что должна прислушаться к тебе.

Денис, я уже согласилась. Мы с Артёмом Валерьевичем заключили соглашение. Я помогу ему, а

он поможет мне. Я обещаю тебе, что буду осторожна, и не сделаю лишний шаг если это будет

угрожать мне каким-либо образом. Ты сам рассказал мне про Лаврентьева, про связь с ним. Ты

сам говорил об этой проклятой встрече с партнёрами. Ты ведь понимал, что я захочу там

оказаться. Тем более сейчас, когда сделать это будет проще, чем нам казалось.

- Ты рассказала ему? Величаеву рассказала, что Лаврентьев может оказаться твоим отцом?

- Нет. Я ничего не говорила Артёму Валерьевичу об этом. Он знает только о моём прошлом с

Юрой, о моём желании отомстить за предательство.

- Ладно... Я попытаюсь придумать что-то. Придётся поговорить с моим приятелем, но я

постараюсь как-то обеспечить прослушивание их разговора, чтобы тебе не пришлось рисковать

собой и отираться рядом с ними, но Люда пойдёт вместе с тобой — это не обсуждается. Она будет

помогать, и ты не станешь полноценной официанткой. Ты будешь больше отдыхать, - Денис

говорит на удивление спокойно.

И ведь всё-таки он злится. Он переносит это чувство в себе. И мне хочется узнать, почему

закрывается от других. Он даже взгляд свой скрывает, отвернувшись к окну.

Не хочет пугать меня? Или боится, что загляну в душу и увижу что-то непредназначенное для моих

глаз?

Потихонечку встаю и почти на носочках приближаюсь к мужчине. Кладу ладонь на его плечо, и

чувствую, как Денис вздрагивает Он никак не реагирует на это прикосновение, и я смелею: пальцы

сжимаются чуть сильнее.

- Я переживаю за тебя, Малинка. Я боюсь, что в погоне за местью ты потеряешь самое главное —

своё доброе чистое сердце. Никакая сволочь недостойна таких жертв. Мне хочется оградить тебя

от этого. Понимаешь?

Голос Дениса с небольшой хрипотцой словно срывается. Дрожит?

Втягиваю в лёгкие побольше воздуха, подхожу чуть ближе и кладу голову на плечо мужчины.

Денис постанывает себе под нос, но не отталкивает меня. Его рука оказывается на моей талии, мягко приобнимая. Не знаю, что мы творим, а самое главное — как назвать происходящее между

нами, но мне хорошо в этом мгновении. Уверена, что не только мне.

Смотрю в окно вместе с Денисом. Мы молчим какое-то время, наслаждаясь такой приятной

тишиной. от мужчины приятного пахнет хвоей и зрелым апельсином. Этот аромат успел стать

слишком родным для меня. Раньше он раздражал, а теперь кажется, что именно так пахнет семья.

Я вспоминаю о том, что подумывала встретиться с тётей. Возможно, разговор с ней поможет

настроиться на правильные мысли?

- Денис, я хотела позвонить тёте... - говорю я негромко, но всё равно разрушаю такую блаженную

тишину, что сейчас соединяла наши с мужчиной сердца.

- С той женщиной, что ненавидела тебя и пыталась избавиться от твоего присутствия в их жизни?

задаёт Денис вопрос ледяным голосом.

Он отстраняется от меня не только физически, но и духовно. Ограждается от меня?

Или ограждает от себя? Но я не решусь задать эти вопросы.

- Да, она не была лучшей родственницей, но она не позволила мне оказаться в детском доме.

Возможно, у мамы была ещё одна сестра? Может, двоюродная? Мне хотелось бы понять, почему

внешне мы с женой Лаврентьева похожи.

- А ты не думала о том, что твоя мать могла оказаться приёмной?

Дергаюсь от последнего вопроса. Отшатываюсь от Дениса и зло гляжу на него. Как он может

задавать такие вопросы? Я люблю маму, пусть её уже давно нет со мной.

Я никогда не задавалась таким вопросом, никогда не смогла бы.

- Прости, но такие мысли невольно приходят в голову. Я не хочу сказать, что она сто процентов

тебе неродная, но такая вероятность есть. В своё время я встал на сторону матери, уверившей

меня, что отец плохой. Это непростая история, которой я не хочу загружать тебя. Я наломал

немало дров в своё время, а потом долго винил себя, что не разобрался в случившемся, не

докопался до правды и не выслушал две стороны. Ладно... Не принимай близко к сердцу и прости, что я загрузил тебя этим. Я спросил это к чему? Не советую тебе пока связываться с тетей. Она не