Дорогуша - Скюз Си Джей - Страница 2

Прошло совсем немного времени, и вдруг явился поднос с напитками: просекко и разномастные бокалы, не слишком чистые.

– Что это? – спросила Мел.

– От джентльменов у бара, – сказал официант, мы посмотрели туда и увидели двух типов, подпирающих барную стойку и явно вознамерившихся вступить в контакт с ближайшей дружелюбно настроенной вагиной. Один, с золотыми кольцами-сережками и с переизбытком геля на волосах, поднял в нашу сторону пинту пива – вторая рука у него была в перевязи. Его друг, в футболке валлийской регбийной команды, с татуированными предплечьями, рассеченной левой бровью и выпирающим пивным брюшком, беспардонно пускал слюну в отношении немыслимой груди Люсиль. Она говорит, мол, «ну я же не нарочно». Ага, а у меня из промежности каждый месяц не хлещет кровь.

– Как чудесно, – улыбнулась она, ныряя в хлебную корзинку.

Мы все взяли по бокалу, подняли их приветственно в направлении мужчин и вернулись на свою разговорную карусель – дети, бойфренды, ИКЕА и как это в целом изнурительно – иметь сиськи.

Анни развернула подарки, и каждый оказался, по ее мнению, либо «потрясающим», либо «ой, как это мило». Анни бесила меня меньше, чем остальные ЛОКНО. Она всегда могла рассказать историю о том, как в травматологическое отделение привезли мужика с куклой Барби в заднице или мотоциклиста с не совсем оторвавшейся головой. С ней было, по крайней мере, не смертельно скучно. Конечно, скоро у нее родится младенец, и тогда у нас не останется других тем для разговора, кроме Малышей, и Какие Они Чудесные, и Как Бы Мне Тоже Такого Хотелось. Обычный исход в подобных случаях.

Мы все заказали по стейку, разных размеров и с разными соусами, несмотря на радужную палитру диет, на которых все мы сидим. Мел – на Дюкане или на низком гликемическом индексе, не помню, на которой из них. Люсиль – на 5:2, но сегодня был день из категории «пять», так что до того, как принесли заказ, она успела съесть три булочки и двадцать хлебных палочек. Клео на ПП [2], но у нее перерыв на Рождество и Новый год. У меня диета под названием «Жри все, что видишь, до первого января, а потом умори себя голодом», поэтому я заказала десятиунцевый стейк из вырезки под соусом беарнез с картошкой фри – и попросила, чтобы мясо прожарили так слабо, чтобы было неясно, как уместнее поступить – съесть его или скормить ему морковку. На вкус получилось просто нереально. И плевать я хотела на страдания коровы: задница у нее оказалась просто объедение.

– Ты вроде подумывала о веганстве? – спросила Люсиль, отрывая очередной кусок от бесплатного хлеба.

– Больше не подумываю, – отозвалась я.

Невероятно, как она ухитрилась запомнить то, что я говорила примерно восемьдесят пять лет назад. Вообще-то это врач мне тогда посоветовал завязывать с говядиной – вроде как это должно было помочь от скачков настроения. Но пищевые добавки, которые он мне прописал, и сами справлялись, так что я не видела причины превращаться в Пола Маккартни из-за какой-то несчастной парочки приступов. К тому же в брокколи я вечно нахожу уховерток, а у брюссельской капусты такой вид, что ее не зря называют геморроем дьявола.

– Что тебе хорошего на Рождество подарили? – спросила меня Клео, когда официант принес набор ножей для стейка, на вид абсолютно смертоносных.

– Спасибо, – сказала я ему. Я всегда слежу за тем, чтобы благодарить подавальщиков в общепите: никогда не знаешь, чем им вздумается размешивать твой соус. – Книжки, духи, подписку на «Нетфликс», сертификат «Уотерстоунс», билеты на Бейонсе в Бирмингеме…

О «Сильваниан Фэмилис» я умолчала: единственными людьми, способными понять мои чувства к Сильванианам, были пятилетние близняшки Мел.

– О, мы на Бейонсе идем в Лондоне в апреле, – сказала Пидж. – А кстати, слушайте, я вспомнила, что хотела вам сказать…

Пидж затянула беспощадно длинную речь о том, как она объехала шесть разных зоомагазинов, пока не нашла правильное что-то там для своих домашних кроликов – Бейонсе и Соланж. Темы, которые Пидж выбирает для разговора, – это всегда нечто среднее между «невыносимо» и «готовь петлю и мыло», почти так же скучно, как рассказы Анни про походы в женскую консультацию или Сказания Люсиль об Убийственной Ипотеке. Я отключилась, мысленно переставляя мебель в столовой моих Сильванианов. Думаю, им нужно побольше места для приема гостей.

Несмотря на ярость, которая непрестанно грызла меня изнутри по милости Прекрасного Бойфренда, ужин оказался славным, и мне даже удалось удержать его в желудке. Я заметила, что на всех столах цветы в вазах искусственные – фее Трипэдвайзера [3] такое вряд ли понравится! – но в целом тут было неплохо, насколько в ресторанах вообще может быть неплохо. Тут было настолько неплохо, что я, пожалуй, даже не зря потратила два часа на то, чтобы извлечь себя из пижамы, в которой жила с самого Рождества, и принарядиться. Ну то есть неплохо было до тех пор, пока все не заговорили о свадьбе Мел. Начала Люсиль.

– Так, а с прической для Лучшего Дня Своей Жизни ты уже определилась?

Это, кстати, был тот редкий случай, когда Мел реально услышала, что говорит Люсиль, – потому что вопрос касался лично Мел, свадеб в целом и свадьбы самой Мел в частности.

– Не-ет, – проныла она. – Я хочу что-нибудь такое высоко подобранное, но не взлохмаченное. Для подружек невесты – французские косички, ничего лишнего. А про фотографов я вам уже рассказывала? У нас их будет два. Джек нашел какого-то парня из Лондона, и вот он со своей парой – ну, в смысле они работают в паре! (последовал необъяснимый взрыв хохота) – в мае приедут взглянуть на церковь. Знакомый Джека планирует стоять сзади, чтобы снимать лица гостей, когда я пойду по проходу, а второй будет фотографировать у алтаря.

– То есть без шансов что-нибудь упустить, – ввернула я.

– Вот именно! – улыбнулась Мел, в восторге от того, что я проявляю интерес.

– А вечером ты в чем будешь? Уже решила? – спросила Анни, в третий раз возвращаясь из туалета.

– Ну конечно, опять в свадебном платье.

– Получается, целый день в нем проходишь? – уточнила Клео.

– Да-а. Хочу, чтобы это было нечто незабываемое. Ведь это же мой день, и все будут приходить специально для того, чтобы заценить меня, так что… Ну и потом, люди, которые не приглашены в церковь, смогут увидеть платье вечером.

– Ага, у них тоже никаких шансов что-нибудь упустить, – пробормотала я, заглядывая в телефон. А Мел снова улыбнулась, будто мы с ней на одной волне.

Анни кивнула и прикусила губу.

– Мел, ты будешь просто убийственной красавицей. Представляю, какой классный получится праздник. К тому же я к лету уже тоже смогу пить!

Я вытерла нож для стейка салфеткой. На левом запястье у меня ветвились вены. Если бы хватило смелости, можно было бы разом положить конец этому всему.

– Никакой убийственной красавицей я не буду, – сказала Мел. – Я наверняка в кадр не помещусь ни на одной из камер!

Очередь Люсиль:

– Девчонки, вы все красотки! Все будете прекрасными принцессами, а еще там везде будут цветы, и церковь эта такая потрясающая… Свадьба получится как в сказке!

– Да уж, – фыркнула Мел. – Если я за ближайшие полгода не избавлюсь от свисающих боков и живота, свадьба получится реально как в сказке – называется «Шрек»!

Последовали вопли хохота.

– К тому же в июне всегда солнечно, так что с погодой наверняка все сложится просто идеально, – сказала Пидж, потирая Мел предплечье. – Не волнуйся, все пройдет чудесно.

Может, хватит?

– Да, думаю, ты права.

(Примечание: я дословно записала здесь этот бесконечный сеанс взаимной лести, но прошу заметить, Дорогой Дневник, что свадьба Мел занимает по меньшей мере девяносто процентов каждой нашей вылазки в свет.)

И тут Мел вспомнила про то, чего я жду с ужасом еще с сентября, когда об этом заговорили впервые, – про Уик-энд, Который Нельзя Упоминать.