Нежеланная невеста дракона (СИ) - Вишес Мира - Страница 29

Он хочет эту магию! Выжать из чешуйки то, что убило Аэлину, и использовать для себя? Ужас сковал душу. Если крошечный кусочек кожи смог убить драконицу, то на что был способен целый черный дракон? Неудивительно, что для «очищения» их дома всем другим драконьим родам понадобилось объединиться.

– Хватит совать свой нос куда не следует, любопытная невеста, – пресек Дезмонд дальнейшие расспросы. – Надеюсь, в следующий раз я зайду к тебе, чтобы доставить обратно в объятия твоего пылкого жениха.

Он исчез за завесой, бросив меня одну – с новыми знаниями, которые лишь усилили чувство безысходности. Аэлина, Хартвуд, чешуйка, сила Ноктварусов… Все сплелось в тугой, неразрешимый узел. И я была заперта в самом его центре.

И снова я сидела и размышляла, сидела и размышляла. Пока тишину не нарушил шелест. Сквозь плотную завесу тьмы, как сквозь маслянистую пленку, просочилось что-то. Несколько смутных, дымчатых отростков, напоминающих лапы с когтями из сгущенной тени. Они шевелились, словно ощупывая воздух внутри моего «кармана», тянулись ко мне. Достать не могли, но всем своим видом напоминали о совете Дезмонда: не трогать.

Я смотрела на эту жуть. Отчаяние накатило новой волной, горькой и окончательной. Зачем продлевать собственные страдания? Зачем ждать, когда Дезмонд решит мою судьбу, или когда этот серый кошмар окончательно разъест разум? Лучше уж встретить конец сразу. Пусть даже от этих «лап».

Я встала. Шагнула к завесе, вытерпев исходящий от нее холод. Лапы замерли, почуяв движение. Я протянула руку. Не к завесе, а к ближайшей дымчатой лапе. Мои пальцы коснулись холодной, упругой энергии.

Ни боли. Ни разряда. Ничего, кроме странного, леденящего покалывания.

Лапа не отдернулась. Наоборот, когтистые «пальцы» обвилась вокруг моей руки. Тьма внутри меня отозвалась, сочась сквозь кожу. Лапа потрогала ее, пульсируя. Будто налаживая контакт со мной. Потом ее касания стали решительнее. Она потянула меня на себя.

Я не сопротивлялась. Что терять?

Сгусток тьмы рванул меня вперед. Я вскрикнула, когда тело прошло сквозь завесу – не больно, но очень неприятно. Как погружение в ледяную жижу! И вот я уже была не в «кармане», а в мрачном «коридоре» серого мира, а передо мной клубилось существо, вытащившее меня. Оно было похоже на живой вихрь из теней, с несколькими такими же дымчатыми лапами и разинутой бездной вместо пасти. Нечистый дух. Но не враждебный. Вроде бы.

Оно отпустило мою руку и отплыло чуть в сторону, наблюдая. Чувствует наше «родство»? Моя тьма была для него чем-то знакомым, может, даже притягательным. Дезмонд соглал! Местные обитатели не обязательно хотят меня растерзать. А даже если этот – «добрый», а другие окажутся «злыми»… Что с того? Возвращаться в «чулан» я не намерена.

Наверняка Дезмонд хранит артефакты здесь, в своем измерении. Один из них – тот самый камень-якорь – способен вернуть меня обратно. Надо поискать его.

Я сделала шаг в сторону. Дух-вихрь не двинулся с места, лишь беззвучно колыхался. Я пошла дальше, углубляясь в лабиринт серых энергетических стен и причудливых, пульсирующих образований. Мимо проплывали другие сущности: одни похожие на аморфные тени, другие – на сгустки с множеством глаз или щупалец. Они наблюдали. Скалились невидимыми ртами. Извергали звуки, похожие на шипение. Пугали. Но не нападали. Видимо, мой темный дар служил неким пропуском.

Я шла наугад, стараясь запоминать путь, но все здесь было одинаковым. Серо, мрачно, бесформенно. И вдруг – знакомый контур. На одной из выступов, похожей на сталагмит из сгущенного тумана, болтался обрывок ткани. Темной, плотной. И на нем – вышитый герб. Кинжал и костяная корона! Дом Ноктварус.

Кровь застыла в жилах. Я потянулась к обрывку, не веря своим глазам. Это кусок плаща? Откуда он тут взялся?..

Я не успела его коснуться. Из тени за выступом метнулось нечто – стремительное, шипящее, когтистое. И напрыгнуло на меня! Я отпрянула, но когти впились в юбку платья, с хрустом разрывая ткань. В панике я вскинула руку, не думая, выплеснув в напавшего сгусток неконтролируемой тьмы.

Существо взвыло – не от боли, а скорее от неожиданности и наглости чужачки. Моя тьма не прожгла его, а облепила, как липкая смола, заставив отступить. Я развернулась и побежала. Благо оборванная юбка стала короче и не мешала. Куда я мчалась? Не знаю! Прочь от этой твари!

За спиной слышалось шипение, топот множества ног или чего-то похожего на ноги. Духи вокруг волновались, их шипение стало злее, агрессивнее. Я металась между серых стен. Поворот, еще поворот… Кольцо на моем пальце – то самое, помолвочное – вдруг стало горячим! Обжигающе горячим! Камень пульсировал изнутри искрами, тревожно и ярко.

Я подняла глаза. Прямо передо мной стена энергии забурлила – так, словно из нее готовился вырваться гейзер. На ее поверхности проступил огромный, серый силуэт. Остроконечные уши, мощная челюсть, гребень… Драконья морда! Черный дракон?.. Он прячется у демонов?!

Силуэт становился четче, плотнее. Духи завыли страшнее, сбиваясь в стаю, направляя свою злобу на проявляющуюся фигуру. Они явно видели в ней угрозу. А я… Я всмотрелась в контуры гребня, в линию челюсти. Сердце бешено заколотилось. Очень знакомая морда!

– Ксалор… – прошептала я, не веря.

В этот миг стена взорвалась. Не звуком, а волной сокрушительной силы. Золотисто-багровый дракон, настоящий, огромный, вырвался из разрыва в серой ткани нереальности. Его глаза пылали яростью. Он одним движением прижал меня к полу своей мощной лапой – мягко, не раздавив. А затем на сбившихся в стаю духов извергся поток ослепительного, ревущего пламени. Оно заполнило пространство, сжигая тени, испепеляя шипящую нечисть, превращая мрак этого кошмарного мира в кратер драконьего гнева.

Глава 25

Я лежала под гигантской, чешуйчатой лапой Ксалора, оглушенная ревом огня и воем уничтожаемых духов. Дракон был истинной яростью, воплощенной в плоть и чешую. Каждый взмах его крыльев рвал серую ткань демонического мира, как бумагу. Каждый пламенный выброс выжигал скопления духов и тьмы, превращая их в клубы дыма, который тут же поглощался пульсирующей пустотой.

Дезмонд не заставил себя ждать. Вынырнул из клубов дыма перед драконом, обратившись чернющей, окутанной тенями громадой мышц. Непропорционально угловатую голову венчали изогнутые рога, зубы казались стальными иглами. Из его вскинутых рук извергались волны жуткой, леденящей тьмы. Они били в Ксалора, сталкиваясь с его огненными залпами в ослепительных вспышках контрастной энергии. Грохот стоял невообразимый, земля (если это можно было назвать землей) содрогалась.

Ксалор рычал, выдерживая натиск. И вдруг его лапа, прикрывавшая меня, резко двинулась – не в сторону, а назад. Он буквально стал живым щитом между мной и потоками демонической тьмы. Кругом уже не было ничего живого – только выжженная пустота и клубящийся дым. Но Дезмонд черпал силу из самого этого места. Его темные волны сгущались, норовя поглотить дракона целиком.

Я не могла драться, не умела. Но я могла отвлечь. Помочь.

Сосредоточив всю волю, я вытянула руку, нацелившись на Дезмонда. Не на него самого – на ту тьму, что он готовил для новой атаки. И выпустила свою. Это был не разрушительный взрыв, а резкий удар из собранной в точку энергии. Как игла. Он пронзил поток Дезмонда, нарушив его направление. Волна дрогнула, сбилась с ритма, вспыхнула и рассыпалась темными искрами. Я выиграла всего долю секунды, но этого хватило.

Пламя Ксалора, яростное и неудержимое, накрыло демона с головой. Дезмонд взвыл. Огненная лавина прижала его к «полу», вминая в пульсирующую серую массу. И прежде, чем клубы пара рассеялись, Ксалор ринулся вперед. Золотистое свечение окутало дракона в полете, и через мгновение над пригвожденным к полу Дезмондом стоял уже человек. Его рука впилась демону в мощное горло, вжимая его в липкую, обугленную поверхность.

– Назови хоть одну причину, – процедил Ксалор, – по которой я не должен оторвать тебе голову прямо сейчас.