Бессмертные - Ганн Джеймс - Страница 5

Слежка продолжалась несколько недель. Сколь-нибудь явно он ее так и не обнаружил, но уже не сомневался в ней. Пирс настолько привык к ней, что почувствовал себя голым и одиноким, когда понял, что слежка прекратилась.

Ничего необычного не было в том, что однажды зазвонил телефон. Врачу звонят в сто крат чаще, чем кому бы то ни было.

Звонил доктор Истер. Он посоветовал Пирсу не глупить и помочь мистеру Уиверу.

— Что значит «помочь»? — спросил Пирс. — Помогать пациентам — моя обязанность.

— Перестань, ты знаешь, о чем я, — вкрадчиво возразил Истер. — Ты должен работать с ним, а не против него. Дело того стоит…

— Единственно, что я должен, так это как можно лучше применять свои медицинские знания, — возразил Пирс. — На этом мои обязанности кончаются, и требовать с меня что-то сверх этого никто не имеет права.

— Какая патетика, — по-прежнему вкрадчиво, но уже с ехидцей сказал Истер. — Осталось спросить, что скажет об этом Уивер. Особенно о твоем соответствии… Советую подумать.

Пирс бросил трубку и задумался. Его совсем не радовала перспектива потерять лицензию. Он любил свою работу и ничего лучшего не желал. Но он понимал, что угроза Истера вполне реальна. Врача довольно просто обвинить в некомпетентности и злоупотреблении.

После тяжких раздумий Пирс решил, что лучше потерять лицензию, чем предать самого себя.

В ожидании и размышлениях прошла еще неделя. Ничего примечательного не случилось. Все шло обычным чередом.

Все свалилось сразу.

Пирс отошел от своей машины и направился к парадной двери. Вдруг из тени вынырнула рука, схватила его и потащила во тьму.

Он даже не успел ничего сообразить, когда рука грубо зажала ему рот и кто-то шепнул ему в ухо:

— Т-с-с… Я Локке. Частный сыщик. Помните?

Пирс с трудом кивнул. Рука разжалась. Постепенно глаза привыкли к темноте, и Пирс разглядел лицо сыщика. Его украшала густая борода, а нос как-то странно изменился. Приглядевшись, Пирс понял, что все лицо Локке в синяках, а нос сломан.

— Чепуха, не стоит внимания, — прохрипел Локке. — Вы бы посмотрели на тех сукиных детей.

В старой, потрепанной одежде, зияющей дырами и заплатами, он походил на одного из бедолаг, что вечно роются в помойках.

— Сдается мне, что я зря втянул вас в это дело.

— Пустяки, работа такая. Слушайте внимательно. У нас мало времени. Я должен все вам рассказать.

— Сначала надо заняться вашим лицом. Зайдемте ко мне, а доклад пришлете потом по почте.

— Нет! — Локке тяжело дышал. Говорил он нервно, отрывисто. — Нет времени. Совсем. Слишком опасно. Уже несколько дней я прячусь от них. Но сегодня они меня подловили. Мелочь пузатая… Ха! Я им вкатил! Рассказать?

Пирс кивнул.

Посчитав поначалу дело не слишком сложным, Локке поселился в «Эбботе» и быстро подружился с администратором. Однажды, как бы невзначай, он спросил у него о своем друге Картрайте. Но тот знал мало или не слишком доверял ему. Похоже, этот администратор вообще никому не доверял, подозревая каждого в принадлежности к санитарному управлению. Постояльцы же были не в ладах с полицией и налоговыми инспекторами и к любым расспросам относились с великим подозрением.

Локке лишь узнал, что Картрайт оплатил счет и неожиданно уехал, не оставив адреса.

«Что, твой дружок попал в беду?» — с любопытством спросил администратор.

«Угу», — озабоченно ответил тот.

Сделав таинственную физиономию, администратор наклонился к нему.

— Кажется, он уехал в Де Мойн. Что-то он об этом говорил, точно не помню…

Захватив с собой образец почерка Картрайта, Локке рванул в Де Мойн. Он излазил все отели и пансионаты города. В одном из первоклассных отелей в регистрационной книжке он наткнулся на имя: Маршалл Картер. Но все остальное совпадало и даже почерк совпадал. Из «Эббота» он уехал девятого, а здесь появился десятого.

Картера он нашел в Ист-Сан-Луисе, но это оказался пожилой коммивояжер, торгующий фототоварами. В Канзас-сити он не бывал более года. Все. На этом след обрывался.

— А кто-то другой смог бы его найти?

— Нет, если он сам этого не захочет. Могло бы помочь объявление по радио или по телевидению. Наверное, он сменил фамилию, а новую не ставит на бумагах, идущих в определенные учреждения. Словом, парень лег на дно. Вот и все.

Пирс молча смотрел на сыщика.

— Кто напал на вас? — спросил он наконец.

— Двое. Прямо возле моей конторы. Способные детишки, но не вундеркинды. Они предложили мне бросить это дело. Глупые — они просто не знали, что это не в моих правилах. Я бросаю дело лишь после того, как закончу.

Пирс одобрительно кивнул.

— В полиции о нем ничего, — продолжал Локке. — Даже ФБР ни черта не знает, я выяснял. Под этой фамилией нет ни сведений, ни отпечатков пальцев.

— Что ж, вы сделали все, что смогли. Пришлите счет.

— К черту счет! — рявкнул Локке. — Пять сотен наличными. В конверте. Пришлете мне прямо в контору. А чеки я не признаю. Следовало бы содрать с вас побольше, вы же подставили меня за болвана. Ладно, хрен с вами. Надо думать, у вас были на то свои причины. Будьте осторожны, док.

Исчез он быстро и бесшумно. Пирс собрался еще что-то спросить, но вдруг обнаружил, что рядом никого нет.

Посмотрев по сторонам, он пожал плечами и вошел в дом. Поднялся на лифте до своего этажа. Остановился перед дверью, рассеянно вставил ключ в замок. Удивительно — ключ не поворачивался. Разозлившись, он толкнул дверь. Она оказалась незапертой. От испуга что-то екнуло в груди. Пирс с опаской вгляделся в темноту.

— Можете войти, доктор Пирс, — негромко сказал кто-то. Зажегся свет. Пирс вздрогнул, но сразу овладел собой.

— Мистер Уивер? Какой приятный сюрприз! И Янсен тут же. Как вы себя чувствуете? Чего изволите?

— А чувствуем мы себя прекрасно, — ответил Уивер. — Ну, прямо совсем прекрасно.

«Однако он хреновато выглядит», — не без злорадства подумал Пирс. Уивер и вправду выглядел больным и постаревшим. Он сидел у камина в любимом кресле Пирса, обитом зеленой кожей. Лицо его заметно осунулось. Рядом стоял верный Янсен.

— А вы неплохо устроились. Совсем кап дома.

Уивер хмыкнул, раздраженно, как показалось Пирсу.

— Консьержке мы назвались вашими друзьями. Она поверила. Но ведь мы и в самом деле друзья, правда?

Пирс внимательно оглядел непрошеных гостей.

— А у вас, значит, бывают друзья, а не только наемники? Что-то вы плохо смотритесь. Может, вернетесь в госпиталь?

— Я, кажется, ясно сказал, что чувствую себя прекрасно, — повысил голос Уивер, но тут же дружески добавил: — Нам очень надо поговорить.

Пирс выразительно глянул на Янсена.

— Какая жалость… А у меня как раз сейчас нет желания говорить. День, понимаете ли, был тяжелый…

Уивер не сводил с Пирса проницательных глаз.

— Карл, выйди, — тихо приказал он.

— Но, мистер… — начал было Янсен, зло сощурив глаза.

— Я сказал, выйди! — уже рыкнул Уивер. — Подожди меня в машине.

Хлопнув дверью, Янсен ушел.

Устало опустившись в кресло напротив Уивера, Пирс спросил:

— Как успехи?

— Не так хорошо, как ожидалось, — спокойно ответил Уивер.

— А именно?

— Мы искали Картрайта. Безуспешно.

— Ага, и вы считаете, что я-то уж всяко знаю, где он, так?

Уивер сложил руки на коленях.

— Почему бы нам не работать вместе?

— В принципе можно. Что конкретно вам нужно? Что вас интересует?

— Вы очень часто брали у меня кровь. Высосали, пожалуй, ту же пинту, что влили в меня. Что вам удалось выяснить?

— Немного. Из крови мы получили плазму. Обработав ее цинком, выделили гамма-глобулин. Исследовали его на животных…

— И что же?

— Иммунитет, если можно так назвать это явление, локализуется именно в гамма-глобулине. Испытали на крысе. Видели бы вы ее! От старости она вот-вот готова была загнуться, а теперь мечется не хуже молодой.

— И это… часть меня?

Пирс покачал головой.