Игры мажоров. Испортить сводную - Герман Юлия Александровна - Страница 2

– Пошла вон! И больше никогда не попадайся мне на глаза, – морщится от отвращения мать, но у меня нет сил спорить.

Отшатываюсь от нее и убегаю в гостиную, через мгновение оказавшись на лестнице. До моей спальни всего пара шагов, но путь до нее мне преграждает самый ненавистный человек в мире.

– Зачем? – говорю едва слышно.

– Ты здесь лишняя, как и твоя мать. И теперь она уйдет следом за тобой, – ухмыляется он надменно. – Я сразу говорил, что ненавижу шлюх.

– Ты же сам… – хочу обвинить его, но понимаю, как глупо это будет выглядеть. Потому что я влюбилась в этого монстра и сама позволила всему случиться. – Зачем ты все это снял? И показал всем этим людям?

– А ты забыла про спор, мышка? Одно из условий – показать, что все действительно было. Все вы одинаковые, – лениво отвечает он, сверля меня синими глазами.

– Гори в аду, ублюдок. Ты говорил, что любишь, и сам все разрушил. А теперь, даже если приползешь на коленях, я тебя не прощу. И когда ты сдохнешь от одиночества, я приду станцевать на твоей могиле, – огибаю его, чтобы уйти навсегда и больше никогда не пересекаться с этой семьей и сводным братом, ставшим для меня первым всем и преподавшим мне два самых главных и жестоких урока: никому нельзя доверять, и любви не существует.

Глава 1

Стефания

– Ух ты! – Соня проходит вдоль “аллеи славы” отчима, в которую он превратил коридор, соединяющий гостиную и его кабинет. В первый раз, когда я оказалась в этом доме, меня тоже впечатлили десятки фотографий маминого мужа с самыми известными актерами нашей страны. – И что, он правда не просто с ними знаком, но и общается?

– Они работают на него, – говорю равнодушно, прислонившись к дверному косяку и наблюдая за подругой.

– А ты тоже их всех видела?

– Приходилось.

– Охренеть, Стеш. И как они в жизни?

– Избалованные, зажравшиеся лицемеры, с самомнением до небес и низкой самооценкой.

– Это как? – оборачивается она ко мне.

– Стоит им получить отказ или разгромную рецензию, как они скатываются в уныние и самобичевание. А потом ставят перед собой цель жизни: доказать, что они чего-то стоят.

– А? – хлопает глазами Сонька.

– Не бери в голову, – не хочется разочаровывать подругу, для которой моя новая жизнь – это ожившая мечта миллионов девчонок. Вот только я никогда не хотела всего этого.

Я просто мечтала, чтобы моя мама ставила на первое место меня, а не свою бесконечную вереницу выгодных женихов. Но она вспоминала обо мне, лишь когда ее посылал очередной муж. И то она возвращалась лишь для того, чтобы зализать раны.

Но самое смешное, все изменилось, когда я уже смирилась с тем, что не особо ей нужна, и не искала ее внимания. Именно тогда она решила поиграть в новую семью.

– Завидую тебе, Стешка. Живешь как в сказке.

– Нечему тут завидовать.

Потому что все это фальшивое. И семьей мы притворяемся только для посторонних глаз. Все остальное время мы— это мы с мамой, ее новый муж Александр и его сын от первого брака Тимур – сборище чужих друг другу людей, не имеющих точек соприкосновения.

– Да ты шутишь? Хочешь сказать, с бабушкой было жить лучше? – смотрит на меня как на умалишенную Соня, с которой мы дружим с первого класса, а теперь встречаемся в лучшем случае раз в пару недель.

– С бабушкой было теплее, – стараюсь не показать, как тяжело мне думать о бабуле и маминой подлянке. – Ну так что? Пойдем поплаваем? – перевожу тему, не желая поднимать со дна моей души ил, что едва улегся.

– Спрашиваешь! – расплывается в улыбке подружка.

Мы поднимаемся ко мне в спальню. Переодевшись в купальники, спускаемся к бассейну.

Сегодня отличный солнечный день и дома, кроме нас и прислуги, никого. Поэтому мы смело сбегаем к бассейну, ничего не накидывая на себя.

Но только успеваем расположиться на шезлонгах, как гул мотора разрывает тишину. Я замираю, прислушиваясь к звукам, надеясь, что он просто вернулся домой и поднимется к себе в спальню, не высовываясь оттуда до самого ужина. Точно так, как делает изо дня в день.

Но раздается хлопок двери авто, а за ним еще несколько, и следом громкий смех.

– Стеш, ты чего? – удивленно смотрит на меня Соня. – Кто это?

А я слушаю, как смех перекатывается в дом, и напрягаюсь. От прежней легкости не остается и следа. Все мои органы чувств сосредоточены на том, чтобы проследить за передвижениями тех, кого я совершенно не ждала сегодня и совсем не желаю видеть.

Похоже, я провинилась в чем-то перед Вселенной, иначе как объяснить то, что в единственный раз, когда я пригласила подругу, все идет не по плану? Дверь, выходящая на террасу, распахивается, и из дома высыпает толпа из пяти парней и пяти девушек.

Сердце уходит в пятки, когда я понимаю, в каком виде нахожусь перед всеми этими незнакомцами. Моя кожа вспыхивает под прицелом множества глаз, что жалят меня, ощупывая обнаженные участки тела. А затем кто-то присвистывает.

– Опа! Тим, а ты что не сказал, что нас тут подарочек ждет? – выступает вперед смуглый брюнет в белой футболке и бирюзовых шортах. – Зачет, бро! – он без стеснения осматривает меня с ног до головы, задерживая взгляд дольше положенного на груди.

– Куколки, похоже, вы нас заждались? – усмехается еще один.

Я же стою как вкопанная, не зная, как себя вести. За четыре месяца, что мы живем в одном доме, сводный ни разу не устраивал вечеринки. Более того, те несколько раз, что он возвращался домой с кем-то из друзей, это происходило глубокой ночью и я не пересекалась ни с одним из них.

– Привет, красотки, скучаете? – снимает футболку тот самый смуглый парень, красуясь перед нами рельефным торсом, при взгляде на который у Сони открывается рот.

– Да как-то не успели, – отвечаю я спокойно и отворачиваюсь от нежданных гостей, чтобы застелить шезлонг полотенцем.

– Это хорошо! Потому что таким персикам не стоит тухнуть в одиночестве, – не отстает самый разговорчивый, нервируя меня.

Но я не подаю вида, будто что-то не так, потому что обещала показать все прелести новой жизни Соньке, и не стану сбегать, трусливо поджав хвост, из-за внезапной компании.

Все-таки это теперь и мой дом тоже.

Между лопатками жжет, и дискомфорт опускается ниже, к ягодицам, которые я прячу, сев на лежак и взяв крем от загара, старательно делая вид, будто мне все равно на взгляды.

Всплеск воды привлекает внимание. Смотрю, как из-под воды выныривает татуированный блондин.

– Пит! Ты меня обрызгал, – надувает губки загорелая жгучая брюнетка в белом бикини.

– Это потому, что мокренькой ты мне нравишься больше, – белозубо улыбается он. – Иди ко мне!

И она грациозно ныряет в бассейн, подплывая к нему. Выныривает, обнимая его за шею и впиваясь в его рот губами.

– А я? – возмущается рыжая, прикрытая лишь тремя блестящими клочками ткани.

Вместо слов он манит ее пальцем, и вот она уже прижимается к нему с другой стороны, поворачивая его лицо к себе и засовывая язык в его рот.

– О-фи-геть! – шепчет Соня, которая никогда не сталкивалась со столь свободным нравом.

– Намажь спинку, – прошу подругу, с трудом отцепив взгляд от происходящего в бассейне, куда спрыгивают остальные гости моего сводного.

– Тим, давай к нам! – подпрыгивает на месте брюнетка, тряся грудью, что совсем не прикрывает мокрый белый лиф, демонстрируя ее соски в мельчайших подробностях.

Я сажусь боком и перевожу взгляд в ту сторону, куда направлено ее внимание, встречаясь с равнодушными серыми глазами, что на фоне загорелой кожи и темных, почти черных, слегка отросших волос выглядят неестественно бледными и нереальными, будто он не живой человек, а картинка, сошедшая со страниц глянцевого журнала.

Сводный прижимается губами к горлышку запотевшей бутылки, делая несколько глотков пива, и переводит взгляд на происходящее в бассейне.