Бокс-офис (СИ) - Прягин Владимир - Страница 49

Довольная журналистка села, а с кресла в первом ряду поднялся серьёзный дядя с пристальным взглядом. Я узнал питерского обозревателя, ведущего телепрограммы «Кино сегодня». Он заговорил неторопливо и веско:

— Итак, господин Свиридов. Вы предложили нашему вниманию ленту, которая, несомненно, отвечает критериям здешнего кинофорума. Но давайте попробуем разобрать её на составляющие. Натурные съёмки в фильме отсутствуют, а мультипликацию доводил до ума ваш сорежиссёр Йенс Ларсен, судя по косвенным данным. Поправьте меня, пожалуйста, если я ошибаюсь. В актёрской игре мне видятся постоянные элементы импровизации. Оговорюсь опять-таки — это не утверждение, а лишь моя догадка. Но если она верна, то эмоциональное наполнение диалогов — заслуга не режиссёра, а госпожи Клуманцевой и синьорины Бьянчи. Добавляет эмоций необычная музыка. В совокупности всё это и создаёт необходимый эффект. Но если вынести всё перечисленное за скобки, то останется лишь простенький сюжет, совершенно непритязательный…

— Да, — сказал я.

— Простите?

— Согласен с вами по всем означенным пунктам. Мой вклад в картину — лишь сюжетный каркас и умение не мешать профессионалам, которые имеют талант и знают свою работу.

Обозреватель озадаченно сел, а я коротко ответил ещё на пару вопросов от других журналистов. Всё это время нас продолжал снимать телеоператор.

После пресс-конференции мы ещё пообщались с организаторами, коллегами по цеху и несколькими гостями из списка особо важных персон. Все хвалили погони, песни и Настю с Рози. А княжна Юлия заметила:

— Второй фильм, как мне кажется, получился ярче и динамичнее первого.

— Это да, — согласился я. — На ходу учились.

На следующий день московские газеты пестрели отзывами о нашем кино. Впечатлённые комментаторы сходились во мнении — фестиваль стартовал просто феерически, зашёл сразу с козырей.

Московский таблоид «Ушки на макушке» опубликовал гигантский фоторепортаж с церемонии открытия. Центральной фигурой предсказуемо оказалась Анастасия, но и Арину показали во всей красе. В сопроводительном тексте разъяснялось подробно — кто такая, откуда, из какого сословия. И даже указывалось, где жук Свиридов мог с ней свести знакомство.

Фестиваль продолжался, мы с Ариной ходили на все показы — ей было интересно. К счастью, происходило всё уже без той помпы, что была в день открытия. Но всё равно теперь нас постоянно узнавали, и это надоедало.

Арине, как и ожидалось, понравилась комедия от «Индастриэл Эйдж», особенно парни в главных ролях. Они играли приятелей-раздолбаев, которые живут в современном Лас-Вегасе, но грезят о Диком Западе и в мечтах представляют себя ковбоями. Однажды местный мультимиллионер, оценив их прыткость, предлагает сделку — если они выкрадут из его поместья ценную статуэтку и довезут её до Техаса, то он выплатит им по миллиону. Так он якобы хочет проверить эффективность своей охраны. Приятели соглашаются, но всё идёт не по плану, и за ними начинает гоняться толпа народа.

Фильм так и назывался: «Бегом из Вегаса». Он представлял собой роуд-муви с трюками на земле, на воде и в воздухе. Погони технически уступали тем, что были у нас, зато была куча разухабистых шуток, и в кинозале стоял натуральный ржач. Судя по всему, это и впрямь был будущий хит — мировой прокат начинался сразу после московского фестиваля.

Ещё мне запомнился необычный фильм из Европы с простым названием «Ласточка». Формально он был про птичью стаю, которая улетает в Африку на зимовку. Фактически, однако, фильм представлял собой сборник киноновелл, действие которых происходило в местах, где ласточки пролетали. Персонажей этих новелл объединяло лишь то, что стая попадалась им на глаза. Главным же достоинством ленты были великолепные натурные съёмки, от Скандинавии и Средиземноморья до Сахары и влажных тропиков.

Мы с Ариной устроили для Сон-Хи экскурсию по Москве, а через пару дней съездили со Славиком в «Яр». От дебоширства и кутежа воздержались, но время провели весело и даже послушали цыганский ансамбль.

Репортажи в прессе о нашем участии в фестивале и о «Шпионском дне» добавили интереса к первому фильму, прокат которого продолжался. Уже три недели подряд мы оставались на первой строчке.

Оценив ситуацию, крупнейшее московское издательство связалось со мной, чтобы купить рукопись романа, ставшую основой для «Магии». Книжку они хотели опубликовать как можно скорее. Я согласился. Собственно говоря, подобный вариант я предвидел, поэтому ещё в Нью-Пасифик нашёл русскоязычную машинистку, которая сделала мне копию текста.

Копию эту я теперь лично отвёз в издательство, пообщался с главным редактором. Тот поинтересовался, не пишу ли я ещё что-нибудь. Я в двух словах рассказал о начатом романе, но воздержался от обещаний. Редактор попросил держать его в курсе.

Сон-Хи позвонила в Нью-Пасифик, на студию. Там изменений не было, но Рейчел сказала, что Гарсия требует личной встречи, как только мы вернёмся.

Я много думал о том, как выстроить свою жизнь в ближайшие годы, и понимание вроде бы появилось. На эту тему я собирался поговорить с Ариной.

Черёмуха в Москве отцвела. Закончились конкурсные показы на фестивале, жюри посовещалось и приготовилось объявить победителей.

Глава 25

— Дамы и господа, — заговорил москвич-режиссёр, входивший в жюри, — коллеги доверили мне оглашение результатов, и для меня это огромная честь. Не скрою — дебаты выдались жаркими. Мы пытались найти баланс, чтобы в своём вердикте отразить и заявленную направленность фестиваля, и наши взгляды на кинематограф как таковой. Взгляды эти, естественно, у каждого оценщика собственные, что дополнительно осложняло задачу. Но всё-таки мы нашли взаимоприемлемое решение. Кому-то оно покажется спорным, мы это понимаем заранее. Однако нам оно представляется адекватным той непростой задаче, которая перед нами стояла.

Он сделал паузу и продолжил:

— Начнём, впрочем, не с гран-при, а с другого приза, имеющего для нас особую ценность. Хотим отметить картину «Ласточка». Да, она нашла своё место в наших сердцах, однако, при всём своём визуальном великолепии, слишком меланхолична и поэтична, чтобы стать победителем фестиваля, ориентированного на развлекательное кино. Зато мы с радостью награждаем этот фильм специальным призом жюри, за особый взгляд.

Народ зааплодировал благосклонно, режиссёр фильма вышел и получил свой приз — небольшой жостовский поднос с разноцветной панорамой Москвы, на фоне которой изображалась подзорная труба, стилизованно-антикварная. Приз показали крупно, во всех подробностях, на экране за спинами у жюри.

— Теперь, — сказал режиссёр-арбитр, — мы переходим к самому сложному — к объявлению победителя. Ещё раз напомню — зрелищность и нескучность здесь обязательны, таковы условия фестиваля. И в этом смысле у нас почти сразу определились два фаворита. Думаю, вы уже догадались, о каких фильмах я говорю. Как между ними выбрать? Тут неизбежна некая субъективность. Поэтому, с вашего позволения, объясню, чем руководствовался я сам, когда мы голосовали.

Все напряжённо слушали, было тихо.

— На мой взгляд, комбинированные съёмки — замечательный инструмент в современном кинематографе. Их не надо чураться. И да, в обоих упомянутых фильмах они имеются. Но лично для меня не менее важен тот простодушный флёр, который присущ съёмкам на натуре. Кроме того, как вы понимаете, я неравнодушен к комедиям. Поэтому свой выбор я сделал. И рад, что в целом жюри склонилось к тому же мнению.

Немного повысив голос, он произнёс:

— Главный приз международного московского фестиваля «Черёмуховый цвет» получает картина «Бегом из Вегаса».

В зале зашумели. Одобрительные возгласы и аплодисменты смешались с недоумённым гулом, а кто-то даже заулюлюкал. Арина расстроенно проворчала:

— Непонятно вообще…

— Да брось, нормальное решение, — сказал я. — Тебе ведь как раз-таки фильм понравился — хохотала, пока смотрели.